Саван для свидетелей

Чейз Джеймс Хедли

– А они их проверяют?

– Снаружи это бесполезно, но у каждого входящего в отель проверяют.

Форест сел.

– Как дела?

Лицо у Конрада изменилось.

– Она в достаточной безопасности, но становится все более подавленной. Боюсь, что Вайнер посеял много сомнений у нее в голове. Теперь, когда шок, вызванный смертью Вайнера, прошел, она сожалеет о своем признании. С ней у нас могут быть неприятности позже. Она даже может попытаться отказаться от своих показаний.

– Ты так и не добился у нее подписи под показаниями?

Конрад

покачал головой.

– Нет. Она не станет их подписывать. Она думает, что, пока она их не подписала, Маурер не станет охотиться за ней. Рассуждение, конечно, наивное. Маурер с гораздо большей вероятностью попытается добраться до нее до того, как она это сделает. Я ей говорил об этом до тех пор, пока не посинел, но так ничего и не добился. Дело в том, что она все больше боится. Мне бы хотелось, чтобы вы поговорили с ней сами. Я больше не могу.

Форест быстро взглянул на Конрада, затем подался вперед и похлопал его по колену.

– Эта девушка для тебя что-нибудь значит, Пол?

– Вы очень сообразительны, сэр, – ответил Конрад, криво улыбаясь. – Ну что ж, я отвечу. Она настолько много значит для меня, что я попросил ее выйти за меня замуж. Я безумно люблю ее.

Форест кивнул, снял шляпу и вытер лоб носовым платком.

– А она любит тебя?

Конрад покачал головой.

– Думаю, нет. Она не в состоянии думать обо мне. Она считает, что у нее нет будущего.

Форест посмотрел на загорающую на лужайке высокую стройную девушку в белом купальнике, лежащую на спине с закрытыми глазами.

– На свете есть много девушек и немало красивых, Пол. Только выбирай. Мне не хотелось бы вмешиваться в твою жизнь, но мне кажется, что ты сделал не вполне удачный выбор.

– Это из-за ее отца?

– Да. Я тебя высоко ценю, Пол. Когда-нибудь ты станешь окружным прокурором. Если же ты обзаведешься женой с таким прошлым, то карьеру тебе не сделать.

Конрад беспомощно зашевелился.

– Я знаю, что вы думаете обо мне, сэр, и ценю это, но карьера не самое главное для меня в жизни, когда встречаешь женщину, с которой хотел бы провести остаток своих дней. Бог с ней, с карьерой. Я так думаю.

Форест достал сигару, откусил кончик и закурил.

– Ладно, хорошо, это твое дело. Какие у тебя планы, Пол?

– В настоящий момент никаких. После суда я надеялся отвезти ее в Англию. Я говорил ей об этом, но она не желает даже думать о будущем. Она говорит, что ей осталось очень мало жить. Она не может отделаться от мрачного предчувствия, что скоро умрет.

– Не могу сказать, что я осуждаю ее, – спокойно заметил прокурор. – Она выступает против самой мощной гангстерской организации в стране. Ее показания разнесут в клочки рэкет на миллионы долларов, и Маурер не такой человек, чтобы упустить из рук такое богатство. Честно говоря, Пол, у нее немного шансов выжить.

Конрад сжал кулаки.

– Они не смогут здесь до нее добраться. Реальная опасность появится, когда она войдет в здание суда.

– Ты абсолютно уверен, что она здесь в безопасности?

– Да, я уверен. Для начала они должны

хотя бы знать, что она здесь.

– А ты уверен, что они не знают?

Конрад напрягся и посмотрел на Фореста.

– На что вы намекаете, сэр? Вы думаете, они знают, где Фрэнсис?

Форест пожал своими мощными плечами.

– Я не знаю, но Маурер не дурак. Дженни знала об этом отеле, Пол?

– Дженни? Почему вы об этом спрашиваете?

– Так она знала об этом отеле?

– Мне пришлось оставить ей номер телефона. Она оставалась совсем одна, сэр. Я не хотел, чтобы она не знала, где я. Но я внушил ей, насколько это секретно.

– В таком случае ей надо было только позвонить по телефону, чтобы выяснить, что это отель «Океан», – сказал Форест, выпуская дым в неподвижный жаркий воздух.

– Я не понимаю, куда вы клоните, – резко сказал Конрад. – Несмотря на все ее многочисленные недостатки, она никогда не стала бы разговаривать ни о чем, связанном с моей работой.

– Я просто предупреждаю тебя, Пол. Мы должны учитывать все, если только хотим обеспечить девушке безопасность. Твою жену видели в Парадиз-клубе, штаб-квартире Маурера. Она знала, где была спрятана мисс Колеман, и теперь она мертвая. Я, может быть, говорю чепуху, но, Бога ради, не позволяй себе убаюкиваться до такой степени, что появится ложное ощущение безопасности. Нет никакой безопасности, пока Маурер руководит организацией.

– Я сознаю всю опасность, – сказал Конрад, – но вы можете исключить Дженни. Она погибла от несчастного случая. Я ее десятки раз предупреждал об этой бахроме. Она постоянно наступала на нее, но ни разу не побеспокоилась об этом. Я не могу сделать больше того, что сделал, для безопасности Фрэнсис. Абсолютно ничего сделать больше нельзя. Вы сами это увидите, когда подниметесь наверх. И если вы решите, что я что-то упустил, я приму меры.

Форест что-то проворчал. Он следил за подъезжающим большим белым фургоном. На его боку хромированными буквами была выложена надпись:

«ВАРВУДСКАЯ ГИГИЕНИЧЕСКАЯ ПРАЧЕЧНАЯ»

– Если ты доволен, тогда я тоже буду доволен, – сказал он. – Но мне иногда становится не по себе, когда я подумаю, как много зависит от показаний этой девушки. Это же первый раз после того, как Маурер оказался в седле, когда у нас появился шанс привлечь его к суду.

Конрад проследил взглядом в том же направлении, в каком смотрел Форест, и так же безразлично проводил взглядом фургон прачечной, пока тот не скрылся за поворотом.

– Нам слишком долго не удавалось поймать Маурера, – сказал он. – Пока Маурер на свободе, нам придется держать Фрэнсис здесь.

– Каждый корабль в море оповещен, – снова заговорил Форест. – В океане не так трудно спрятаться, Пол. Но рано или поздно ему придется когда-нибудь зайти за топливом и припасами, и тогда мы его накроем. – Он встал. – Ну, хорошо, Пол, давай осмотрим твои оборонительные редуты. Попробую найти в них дырку.

Конрад тоже поднялся, и они вместе пошли в отель.