Саур Могила
Шрифт:
– Ты смотри! И правда! – удивился один в накинутом на плечи бушлате. – У них по два жетона «За дальний поход». Это ж надо!
– Факт, – цикнул слюной в межвагонье второй. – И по «офицерской классности» 3 .
Военных строителей (на местном сленге «партизанов») в Заполярье уважали. Они возводили целые города, поселки и военные объекты. Но, к сожалению, имели две слабости.
Пили все, что горело и увольнялись в запас непременно в морской форме. Которую покупали в военторге. Ну а наградные жетоны у «братвы»
3
нагрудный жетон классного специалиста
– Ну, давайте, лишенцы, топайте, – пробурчал прапор чуть пришедшим в себя «партизанам» и тех, вихляясь из стороны в сторону, патрульные повлекли дальше. Лишая прелестей гражданской жизни и дорожной романтики.
– Жаль «сапогов» 4 , а все так хорошо начиналось, – вздохнул один из старшин.
– Ништяк – рассмеялись два других. – Проспятся, покрасят «губу» или еще чего. А потом с чистой совестью на свободу.
– Поезд Мурманск – Москва отправляется с первого пути! – металлически пролаяло из вокзальной трансляции.
4
солдат (жарг.)
На вторые сутки, начиная со Свири, вагоны с военными стали редеть, и на их места садились гражданские.
Под Свирью сошли человек пять, то же случилось в Волхове, Бологом, а потом Вышнем Волочке с Тверью.
– Прощай, братва! – махали им вслед из окон остававшиеся.
– Счастливого пути! – отвечали те. И ускоряли шаг. К родному дому.
В Москве, на Ленинградском вокзале, Сашка распрощался с последними из своей «шестерки» (один ехал в Серпухов, а двое в Белгород), после чего направился к метро, рядом с которым прохаживался милицейский наряд, с бубнящей у одного рацией.
У старшего – с погонами младшего лейтенанта, сержант расспросил, как добраться до аэровокзала, после чего спустился на эскалаторе под землю.
Метро впечатляло красотой, перемещающейся по нему массой людей и небывалым ритмом жизни.
Стиснутый со всех сторон, чуть обалдевший Сашка, вышел на станции «Аэропорт», откуда троллейбусом добрался до аэровокзала.
Там, простояв в воинской кассе два часа, он взял билет на ближайший рейс Москва – Луганск и перекусил в кафе заветренным бутербродом с колбасой и стаканом кофе.
А поскольку времени до отлета у него было «воз и маленькая тележка», решил прошвырнуться по столице.
В ней он никогда не был, очень хотелось взглянуть на Кремль с Красной площадью, а если повезет, то и побывать в мавзолее. Навестить великого Ленина.
Сдав чемодан с гитарой и бушлат в камеру хранения, а также наведя «марафет» в одной из умывальных комнат, морпех вскоре покинул аэровокзал и снова воспользовался услугами метро, домчавшего его до станции «Площадь революции».
Там, восхищенно обозрев шедевр инженерии и искусства, Сашка обнаружил у одного из пилонов, увековеченного в бронзе матроса, чему весьма обрадовался.
– Здорово,
Далее, определившись с выходом, гость столицы вознесся наверх и через десять минут, с трепетным чувством (сказались политзанятия), ступил на гранит брусчатки Главной площади Страны Советов.
Она оказалась меньше чем в документальных лентах, которые видел моряк, но все остальное впечатляло.
Зубчатые стены древнего Кремля, мавзолей с застывшими у входа часовыми с карабинами и уходящие в высокое небо, увенчанные рубиновыми звездами, Спасская и Никольская башни.
Народу на площади было немного – школьники да несколько групп туристов, а вот к Мавзолею тянулась очередь.
– М-да, – подойдя ближе, – нахмурился Сашка. – Хрен попадешь к «дедушке». Тут рыл двести будет.
В это время его кто-то тронул сзади за локоть.
Обернувшись, морпех увидел стоящего рядом крепкого мужчину средних лет, в сером костюме с галстуком, который с интересом его оглядел, довольно хмыкнув.
– Понравился? – спросил Сашка с иронией.
– Еще бы, – кивнул мужчина. – Я когда-то служил в ВДВ, богато у тебя прыжков сержант, – кивнул на форменку где в числе других, красовался жетон «Парашютист» с цифрой «15» на подвеске.
– Ясно, – понял его интерес морпех – У нас в десантно-штурмовом, у ребят было и побольше – Рад встрече с ветераном.
– В отпуск или запас?
– На дембель. Еду через Москву, хотел посетить мавзолей, да видно не судьба. Народу много.
– Это не беда сержант, – чуть улыбнулся мужчина. – Щас решим. И сделал знак прохаживающемуся вдоль очереди милицейскому лейтенанту
– Слушаю, товарищ майор, – подойдя, тихо сказал тот. И покосился на Шубина, – нарушает?
– Наоборот, отдав стране воинский долг, товарищ возвращается домой и желает видеть Ильича – назидательно произнес человек в штатском. – Проводи его в начало очереди.
– Есть, – качнул фуражкой лейтенант. И Сашке – «пройдемте».
– Спасибо, товарищ майор, – поблагодарил тот незнакомца, после чего оба пошагали вперед. К революционной святыне.
«Интересный дядька» – защелкали в голове Шубина временные связи. Примерно таких, он видел в советском посольстве в Луанде, куда с отшвартованного в порту советского десантного корабля, морпехи по ночам доставляли тонны «дипломатического груза».
Между тем они подошли к началу очереди.
Прошу задержаться, – протянул руку лейтенант перед третьей от входа тройкой граждан. А потом Шубину – «пожалуйста».
Сашка монолитно стал впереди, – подумав про себя, «вот это тпруха» и сделал приличествующее месту лицо. Выражающее скорбь и отрешенность.
Через несколько минут, в числе других, он ступил под мраморные своды мавзолея, где в небольшом фойе стояли еще два милицейских стража и один гражданский, шарящие по процессии глазами.
Лежащий в стеклянном, освещенном приглушенном светом гробу, вождь мирового пролетариата был похож на восковую куклу.
– В кино он совсем не такой, – мелькнула в голове мысль. Но Сашка ее тут же отогнал. Впечатляясь.