Сат Чит Ананда
Шрифт:
Просто посмотрите на ум. Когда ваш ум вмешивается, проблески исчезают. Вы вмешиваете ваш ум, я здесь ни при чем. Когда вашего ума нет, когда он не вмешивается, к вам приходят проблески, и я здесь не при чем. Я не могу ни дать вам проблесков, ни отнять. Я никогда не вмешиваюсь ни в чью свободу. Для меня свобода священна. И мне бы хотелось, чтобы вы не теряли своего достоинства и были полностью свободными.
Эти слова, которые ты написала, неправильны. Ты начинаешь смотреть на меня, чтобы я дал тебе что-то. Но у тебя есть все, что тебе нужно. Тебе нужно просто открыть это в себе. Я могу показать тебе путь, я могу
Ум полностью слеп. Но если отложить ум в сторону, вы снова обретете ваше внутреннее прозрение. Индуисты в этой стране назвали это третьим глазом. Когда вы выходите за пределы ума, у вас возникает странный опыт: появляется глаз, который открывается внутри. И вы начинаете видеть свое собственное великолепие. Вы так же полны блаженства, величия, как и Гаутама Будда.
Существование одинаково относится ко всем. Оно дает вам одинаковые внутренние сокровища, так же, как и другим. Отличие вырастает из-за того, что вы открываете сокровища медленно.
Но последнее, что ты говоришь, правильно. Ты говоришь: «Возлюбленный вор - мне нравится звать вас так– возлюбленный вор, не украдете ли вы меня?»
Это возможно только в этой стране. Богу здесь дали много имен. Суфии назвали Бога ста именами, девяносто девять из которых можно произнести, а сотое нельзя выразить. Но в Индии есть тысячи имен Бога. И одно из самых красивых - Хари. «Хари» означает «великий вор». Только действительно мужественные люди, могли назвать Бога Великим Вором, потому что Он крадет ваше сердце.
Поэтому ты можешь говорить, что, несмотря на то, что я не украл ничего, я отнимаю лишь то, что не принадлежит вам. И я даю вам только то, что у вас уже и так есть! Поэтому моя работа очень простая. Но если вам так нравится слово «вор», помните о том, что это древнее имя Бога. И вы можете пользоваться этим именем, независимо от того, краду я у вас что-то или нет.
Иногда я думаю о том, чтобы украсть у вас зонтик. Что я буду делать с этим зонтиком? Когда я думаю об этом, я прихожу к выводу, что он мне не нужен. У меня никогда, всю мою жизнь, не было зонтика. Поэтому когда иногда такие мысли появляются в моей голове, я думаю: почему бы не украсть зонтик у Панканджи? Это единственное, чего мне не хватает. Но мне он не нужен просто потому, что я никуда не хожу. Если же я буду держать зонтик открытым внутри комнаты, вы начнете думать: «Теперь он действительно стал сумасшедшим».
Но было бы здорово, если бы ты могла подарить мне свой зонтик. В этом смысле я не могу сказать тебе «нет». Я никогда никому не говорю «нет». Тебе понравится сделать мне подарок, несмотря на то, что я прекрасно понимаю, что он старый. Я даже не смогу прикоснуться к нему. Мои врачи запрещают мне это. Они настаивают: «Вы не должны прикасаться к старым вещам». Они говорят: «У вас аллергия, вы не должны прикасаться к таким вещам».
Но все равно, я приму в подарок твой зонтик, чтобы ты могла избавиться от него. Я его выброшу, нет другого пути. Он не должен быть в моем доме. Но для того, чтобы помочь тебе избавиться от него, я могу принять
И последнее: «Не украдете ли вы меня?» Я уже это сделал. Иначе вас бы не было здесь. Люди, которые со мной - это те люди, которых я уже украл. Мне приходится делать странные вещи: красть людей из разных стран.
Каждая страна сердится. Немецкое правительство сердится из-за того, что все немцы, которые едут в Пуну, просто исчезают. И никогда не возвращаются больше! Теперь японцы пытаются соревноваться с немцами. Жены приходят и забывают о своих мужьях. Мужья приходят и пишут мне: «Я не хочу возвращаться домой, несмотря на то, что у меня есть жена и дети. Что вы можете предложить мне делать в такой ситуации?»
Что я могу предложить? У вас нет возможности сбежать отсюда. Просто будьте здесь. Если ваша жена действительно ненавидит вас, она приедет сюда! Все зависит от того, насколько она вас ненавидит. Она может даже стать саньясинкой - просто для того, чтобы смущать вас.
Панкаджа, тебе не нужно беспокоиться об этом. Просто будь здесь. Если твой муж действительно ненавидит тебя, он приедет сюда. Она ездит в Англию на несколько дней, а потом возвращается. И я понимаю, какие у нее трудности, но после того как вы становитесь моими людьми, вы больше не принадлежите никакой семье, никакой расе, нации, религии. Вы принадлежите всей вселенной.
Миссис Грумблюум всегда зовет врача, когда у нее болит голова или что-то еще. Однажды ее не смогли вылечить и похоронили, после того как она умерла, на местном кладбище.
Через две недели умирает сам врач, и его закапывают рядом с миссис Грумблюум. Как только похоронная процессия покидает кладбище, врач слышит шум около своего гроба.
«Ну что там у вас еще, миссис Грумблюум?» - спрашивает он.
«Пожалуйста, доктор, - говорит она, - вы можете мне дать что-нибудь от червей?»
Старые привычки. Несмотря на то, что они умерли... Панкаджа, это просто старая привычка, согласно которой тебе кажется, что ты отделена от меня и моих людей. Отбрось эту старую привычку. То, кем ты была раньше, погибло, и теперь это кто-то совершенно новый.
Педи выдвинули по партийный линии на вышестоящий пост. На радостях он садится играть на пианино, но крышка пианино падает ему на пальцы.
Его жена, Мурен, идет и поднимает его с пола.
«Не забудь мне напомнить, чтобы я тебе приложила лед к синяку, когда мы вернемся домой!» - говорит она ему сладко.
«Но у меня нет синяка под глазами», - говорит Педи.
«Я знаю, - говорит она, - но ты еще не добрался до дома!»
Панкаджа, ты старая саньясинка, но еще никогда не была полностью здесь. Это происходит с теми, кто много работает умом и интеллектом. Они не могут быть в этой тишине и присутствии. Они становятся нервными, их умы начинают мечтать о том, чтобы попасть в то или иное место. И годами продолжается один и тот же цикл. Вы не можете уйти от меня, вы не можете уйти от этой тишины. Куда бы вы ни отправились, я отправлюсь вслед за вами, буду преследовать вас. Поэтому вам нужно вернуться назад, но эта раздвоенная ситуация будет возникать снова и снова и будет приносить вам беспокойства.