Сассинак
Шрифт:
— Теперь они знают, что поблизости вооруженное судно, поэтому, если мы хотим спасти несчастных рабов, нам нужно делать это поскорее.
На всех дисплеях вокруг мостика замигали красные огоньки — сканеры информировали о вражеской активности.
— Проклятие! Можно не сомневаться, что они засекли ракету, — как раз этого нам и не хватало! — Хурон мрачно покосился на Сасс, и она усмехнулась в ответ.
— Риск — благородное дело, не так ли? Если мы пойдем прямиком на их боевые корабли, то наверняка не сможем спасти рабов, а если у работорговца имеется здравый смысл и хотя бы детский пугач в придачу, он сможет обстрелять нас сзади. Поэтому…
«Заид-Даян»
— Хурон! — окликнула старпома Сассинак, и он тут же оторвался от своего экрана. — Вы возглавите абордажную группу и уведете этот корабль в соседний сектор. Я дам вам в помощь Паррсита — он хорош в бою, а Курральд выделит половину наших бойцов… — Она быстро перечислила других членов десантной группы, и Хурон нахмурился, услышав имена двух вефтов.
— Капитан…
— Не спорьте, Хурон. Подождите, они себя еще покажут — вам понадобятся и мускулы «тяжеловесов», и сообразительность вефтов. Приступайте.
Хурон отсалютовал и покинул мостик. Сассинак теперь ждала рапорта абордажной группы о готовности; все бойцы и так были при полном боевом снаряжении, но, чтобы захватить работорговца, им требовалось облачиться в скафандры для выхода в открытый космос. Корабли сближались с каждой секундой. Когда с переднего стыковочного узла подали зеленый сигнал, Сассинак кивнула рулевому:
— Задействовать навигационные экраны, включить тяговое поле!
Теперь главный экран показывал увеличенное компьютером толстое брюхо работоргового судна, находящегося в пределах прямой досягаемости. Пираты предприняли последнюю попытку оторваться от противника, но тяговое поле не только удерживало их судно, но и уверенно подтаскивало к крейсеру.
Абордажная группа в отделяемом отсеке, чьи навигационные экраны отражали тяговое поле, устремилась в атаку.
Битва с работорговцами была краткой и жестокой: уже в переходном тамбуре абордажная группа столкнулась с отчаянными, хорошо вооруженными пиратами, которые дрались врукопашную в коридорах, между палубами и, наконец, на мостике. Бойцы Флота потеряли пятерых, когда в коридоре, который они посчитали очищенным, на них внезапно набросились сзади устроившие засаду головорезы. Сассинак слушала по головному телефону донесения офицера, болезненно вздрагивая при каждом упоминании о потерях.
Работорговцам было нечего терять — они знали, что если их возьмут живыми, то каждого ожидает промывание мозгов. Приходилось проверять каждую дыру и каждый угол. Но Сасс была бессильна помочь своим людям, оставаясь на «Заид-Даяне», и не могла покинуть корабль, а бойцы меньше всего нуждались в ее поучениях по радио. Они рапортовали об очистке очередной палубы на фоне истерических воплей, которые, очевидно, издавали пленники.
Наконец выдохшийся Хурон доложил об успехе, признав, что вефты оказались «более чем на высоте». Он сообщил, что на работорговце достаточно топлива, кислорода и продуктов для краткого броска до ближайшего поста Флота, но двигатели корабля нельзя использовать на полную мощность из-за наличия семисот — восьмисот пленных колонистов на борту.
— Они в скверном состоянии и к тому же обезумели от паники.
— Хорошо. Мы вас прикроем. Давайте побыстрее выбираться отсюда.
— Но вокруг полным-полно всякого хлама, — пожаловался Хурон. — Я наверняка врежусь в какой-нибудь обломок. И навигационный компьютер тут не поможет.
— Тогда поможем мы. Проверьте, какая у вас самая чистая линия связи.
Получив ответ, Сасс велела связистам наладить прямой контакт между навигационными компьютерами «Заид-Даяна» и работорговца. Теперь Хурон мог заранее отслеживать астероиды прямо по курсу и постараться избежать их.
— Будьте осторожны, — предупредила Сассинак напоследок своего бывшего офицера. Ей хотелось сказать это Хурону до того, как он покинул крейсер, хотелось попрощаться с ним как следует. Теперь же его лицо на экране казалось незнакомым; это было лицо коллеги — такого же командира корабля.
Она видела, как он повернулся, отвечая на вопрос одного из членов уже своего, а не ее экипажа.
— И вы тоже, — отозвался Хурон.
По выражению его лица Сасс поняла, что они оба думают об одном и том же. Она хотела коснуться его руки или плеча, но было уже поздно: он стал капитаном в высшей степени уязвимого судна, а она осталась командиром флотского крейсера, и даже если им суждено встретиться снова, это будет совсем другая встреча.
Сассинак окинула взглядом серьезные лица офицеров на мостике. Сражаться с одним врагом — это одно, а удерживать целую стаю хищников от уничтожения невооруженного транспортного судна с ограниченными возможностями маневрирования — совсем другое. Все понимали, что пираты с радостью разнесут этот корабль в щепки — как свидетельство их преступлений, тем более что наряду с их сообщниками там находятся бойцы Флота.
Но времени на раздумья почти не оставалось. Ракеты, запущенные с планеты и, как подозревала Сассинак, нацеленные на транспортное судно, были уже совсем близко. Арли, с легкостью избежав первого удара, отправила информацию, полученную в результате перехвата ракет, в банк данных для последующего анализа. Однако возможность чего-либо «последующего» представлялась весьма сомнительной, ибо конвойное судно должно было очень скоро выйти из-за края диска планеты и устремиться в погоню за ними. Хурон уже вывел транспорт на траекторию выхода во внешний космос; Сассинак держала «Заид-Даян» позади, где было легче перехватывать выпущенные с планеты ракеты. Она знала, что за ними, помимо конвойного судна, погонятся и маленькие одноместные истребители. Единственным шансом защитить транспорт и спастись самим было использовать максимальные возможности прикрытия, которые предоставлял весь комплекс системы вооружения.
На экране главного монитора теперь светился переливающийся красно-желто-зеленый рисунок: эти цвета обозначали зону, где транспорт и крейсер будут в безопасности от рейдеров и баз противника, зону, где опасности подвергается один из кораблей, и зону, в которой опасность грозит обоим. Их текущие и экстраполированные курсы обозначались синими и голубыми линиями — с появлением любого нового фактора рисунок немедленно менял очертания.
— Если бы пиратская посудина обладала приличными летными качествами, — сердито бормотала Сассинак, нажимая кнопки, — Хурон мог бы использовать спутники в качестве заслонов и безопасно выйти за пределы кольца. Но держу пари, что ему с этим не справиться…