Сашка
Шрифт:
– Курильщики… Курят-то не мох, а табак. – ухмыляясь, сказал дед и смачно вдохнул в себя дым, потом поднёс к губам мальчишки цигарку. – На-ка, втяни!
Тот опасливо посмотрел на старика и вдохнул дым:
– Не так, – подсказал Семён. – Тяни пошибче.
Мальчишка, затянувшись, закашлялся, из распахнутых глаз его брызнули слёзы; закрыв рукой рот, он убежал за сарай. Семён пощипал бородёнку и, улыбаясь, подал цигарку Вовке. Тот поднёс её к губам и тоже глотнул дым глубоко в себя. И тоже закашлялся, и поскакал за другом. Семён затрясся от смеха, вытирая слезившиеся глаза. Пока он смеялся, Сашка подобрал кинутый Вовкой окурок и, присев на корточки, начал разглядывать его.
– Чего смотришь? – усмехнувшись, сказал дед. – Давай, затянись.
– И я за ними побегу? – спросил Сашка.
– Погляжу, крепкий ты, али нет.
Сашка набрал в рот дым и, морщась, выдохнул его.
– Не так, – подсказал Семён. Он взял окурок и стал показывать, как надо делать правильно.
Сашка снова наполнил рот дымом, посматривая на сарай, за которым слышался кашель, и глубоко вдохнул его. У него сразу перехватило дыхание,
– Ну, как? – спросил он, прижав к себе Сашку, который снизу смотрел пьяными глазами.
Малый поднял вверх палец и, заикаясь, проговорил:
– Во-о как накурился!
Снова сел на завалинку Семён глядеть в одну точку и думать о своём.
– Старый пёс, отравил мальчишку! – послышался голос Агафьи Кирилловны через приоткрытую дверь.
У порога над ведром склонился Сашка, в рот толкая пальчики.
– Дальше суй, дальше, – учила бабка. – Вырвешь, сразу полегчает. Хотела тебя к Польке взять, а теперь брата возьму.
– Вовка тоже курил, почему его?
– Ты зелёный весь.
– Не зелёный, возьми.
– Ладно, иди, одевайся, пойдём, – сказала бабка, улыбаясь.
Сашка, сорвавшись с места, побежал переодеваться. Спрыгнув с крыльца, он догнал бабку и, оглянувшись, помахал деду Семёну рукой.
– Баба, а скоро листки появятся? – Сашка решил поговорить…
– Скоро, весна на носу, – ответила Агафья Кирилловна.
Конец ознакомительного фрагмента.