Саша Саша
Шрифт:
Так было не всегда. А точнее началось после той ночи, когда в дом нашей троюродной тетки позвонили и сообщили о том, что родителей больше нет. Помню, что не хотел в это верить. Мотал, как дурак головой и постоянно твердил «Нет». Тетка плакала, прижимая перепуганного и ничего не понимающего Тему к себе, и что-то спрашивала меня. Не помню. Я тогда вышел на улицу прямо так – в носках, майке и трусах и бродил по улице не в силах поверить в то, что с нами произошло. Я не заметил, как наступил рассвет, и только увидев розовеющее небо, вспомнил, как, наверное, сейчас страшно брату.
Мы с ним
Я тихонько встаю с постели, убеждаюсь, что братик беззаботно посапывает в своей кровати и выхожу из спальни. Я не знаю, куда мне пойти, но спать не хочется. Хочется выйти на улицу и подышать. В раздумьях мой взгляд натыкается на неприметную лестницу в конце коридора, что ведет наверх.
Я поднимаюсь по ней и с удивлением обнаруживаю, что дверь не заперта. Помещение под крышей еще не отремонтировано, и, кажется, на ближайшие пару лет заброшено. Подсвечивая себе фонариком на телефоне, я оглядываюсь. Самойловы временно устроили тут склад старых вещей, которые вроде бы уже не нужны, но выбрасывать еще жалко. Также здесь находятся материалы и инструменты, что они использовали при строительстве и ремонте: банки с красками, рулоны обоев, стремянки, куски утеплителя.
Я подхожу ближе к огромному во всю боковую стену мансардному окну, сквозь которое видно звездное небо и полную луну. Блин, это красиво. Выключаю фонарик на телефоне и придвигаю какой-то ящик с инструментами, сажусь на него и смотрю в окно.
Мысли плавно бродят в голове, перескакивая с одной на другую. Я вспоминаю английский, на котором Ваня, как придурок бросал мне комки бумажек с дурацкими записками типа: «Смотри, как Самойлова зло пыхтит», или «У Самойловой уже глаз дергается», и еще «Сейчас Самойлова покраснеет от бешенства, потому что я попаду ей этой бумажкой в лоб». И все в таком духе. Что вообще это за фигня? По всей видимости, в их городишке так заигрывают с девчонками, вместо того, чтобы пригласить на свидание или подарить что-то. В принципе об этом я ему и написал в одной из записок. После нее, он перестал кидать всю эту хрень.
Теперь мои мысли возвращаются к родителям. К тому, как они отчитывали меня, а я просто кричал что-то в ответ и убегал на улицу к друзьям. Сейчас я был готов слушать их ругань до бесконечности, лишь бы они были рядом и живы. Как же мне их не хватает. И рассказать кому-то о том, что я чувствую, невозможно.
Кто сможет понять? Многочисленные новые приятели в школе? Ваня, который только и думает о том, какую девчонку ему сегодня подцепить? Карина? Нет, эта самовлюбленная красотка даже слушать не станет. Ирина Петровна? Она, возможно, поймет и выслушает. Только вот и без того ее вечный жалостливый взгляд добивает и просто бесит. А мелкого я ни за что не стану напрягать этим. Я должен быть сильным, продолжая жить,
Остаются только звезды. И я начинаю мысленно им рассказывать. Мой внутренний монолог переходит в тихий шепот, когда я вспоминаю все моменты, что связывали меня, Тему, папу и маму. Каждый счастливый или грустный момент надшей семейной жизни. Теплые слезы омывают мое лицо, но я даже не пытаюсь их стереть. А звезды все слушают и молчат.
Тихие шаги на лестнице выводят меня из моего тоскливого состояния. Не желая, чтобы кто-то заметил меня, я быстро встаю и отхожу в сторону к стене, прячась в полумраке за досками. Дверь тихонько скрипит, и кто-то проскальзывает внутрь. Легкие шаги, небольшая заминка, по всей видимости, у моего ящика, потом шуршание и все стихает.
Я осторожно выглядываю из-за своего укрытия, и вижу странную картину. Прямо на полу сидит Саша с распущенными взлохмаченными волосами. Перед ней на моем ящике стоит открытый ноутбук. Девушка что-то делает в нем, несколько секунд смотрит в окно, точно так, как это недавно делал я, а потом ее пальцы начинают порхать над клавиатурой. Она что-то очень быстро печатает, временами останавливаясь и вновь устремляя свой взгляд через окно на небо. Не знаю почему, но это зрелище меня завораживает. Она как будто не здесь, а мыслями и мечтами улетела выше звезд. По всей видимости, девчонка пишет вновь свою тягомотину в виде розовых соплей. Я тихонько выбираюсь из-за досок и крадусь к двери. Она вновь скрипит, но Саша даже не замечает, продолжая творить в своем ноутбуке.
Возвращаюсь к себе в комнату, радуясь, что Тема все еще спит и не замечает моего отсутствия. Закрыв глаза, я практически сразу проваливаюсь в сон. В нем я вижу девушку с распущенными волосами, которая танцует среди звезд, раскачивая луну и перебирая пальцами так, что раздаются щелчки.
И никаких кошмаров.
Главы 5-7.
Глава 5.
Саша С.
– Чем сегодня займемся? – на мою кровать бесцеремонно плюхается Ася, придавив меня своими пятьюдесятью килограммами.
– Слезь с меня, толстуха, - ворчу я, накрываясь с головой одеялом. – Рань такая.
– Опять полночи писала свою чушь? – интересуется Ася, продолжая сидеть на моих ногах. Она успела выудить из-под кровати давно потерянный мной блеск для губ, и сейчас с подозрением рассматривает его и даже нюхает.
– Это не чушь, а романтическое фэнтези, - тут же возмущаюсь я из-под одеяла.
– Да откуда же мне знать? Ты же не даешь никому читать, что там строчишь.
– Потому что это чушь.
– Вот я и говорю, - смеется Аська. – А теперь доставай свою попку из-под одеяла и собирайся.
– Куда? – вновь скулю я, как мне самой кажется, весьма жалобно. – Мне же сегодня ко второму уроку, историчка заболела. А вот ты должна быть уже там.
– А то я не знаю, – фыркает подруга. – Но у нас сегодня по плану акт мести.
– Акт мести? – от любопытства я все же высовываю голову наружу и удивленно гляжу на Асю. – Кому?
– Как кому? У тебя много врагов?
– Нет, - хмурюсь я. – У меня просто мало друзей.