Саркофаг

Варго Александр

Противник сразу исчез, а Сергей выпрыгнул следом. Высокий человек, с ног до головы закутанный в черное, возился в дорожном песке, пытаясь подняться. Опер, не давая незнакомцу прийти в себя, с ходу рубанул его по голове голенью правой ноги. Взвилась и улетела в сторону тряпка, скрывающая лицо, а тяжелое тело с глухим стуком опрокинулось навзничь.

Баринов на секунду застыл, но неподвижная фигура в пыли не подавала признаков жизни. Тогда Сергей ужом скользнул к правому заднему крылу машины и осторожно выглянул. Водительская дверь была открыта настежь. Из салона свешивалось тело одного из лейтенантов, а его пистолет лежал под колесом.

Баринов рванулся вперед, на ходу подхватывая оружие.

И тут обнаружился второй нападавший, прилипший к откинувшемуся на переднем пассажирском сиденье Коркину. Сергей, не задумываясь, вскинул «ПМ», совместил мушку с целиком точно по центру черной головы и плавно нажал на спусковой крючок.

Грохот выстрела не сумел заглушить сочного шлепка. Существо дернулось, зашипело, как проткнутая гвоздем покрышка, и проворно метнулось в лес. Баринов успел послать ему вслед еще две пули, прежде чем кончились патроны и затвор отскочил в крайнее заднее положение…

Первым делом Сергей, отстегнув ключ с пояса лейтенанта и попутно убедившись, что тот мертвее мертвого, избавился от наручников. Затем, вытащив у него же запасную обойму, перезарядил оружие и, держа его на изготовку, направился к задней двери машины.

С распростертым на дороге телом было что-то не так. Баринов осторожно подошел, прикоснулся к нему носком кроссовки и застыл в изумлении. Внутри провалившейся внутрь одежды, четко повторяющей силуэт человека, никого не было.

Сергей, теряя способность удивляться, присел рядом и стволом пистолета пошевелил тряпки. Грубый балахон вместо мертвой плоти наполнял странный серый порошок. Баринов нерешительно дотронулся до него пальцем и вдруг сообразил, что это пепел.

Окончательно запутавшись, он обхватил голову руками и, мерно покачиваясь, отстраненно размышлял: «Что же, в конце концов, происходит? Чертовщина какая-то… Я ж тому уроду в машине с двух метров башку навылет прострелил как мишень в тире… А он как ни в чем не бывало ускакал перепуганным зайцем. Этот второй – так вообще сгорел, понимаешь, на работе… Палыч, волчара битая-перебитая, верно спинным мозгом неладное почуял. Потому-то и сорвался отсюда как угорелый. А меня, видать, решил на всякий случай крайним сделать. Только вот не успел… – Массируя пульсирующие жгучей болью виски, Сергей мучительно вспоминал:

– Что-то я упустил из виду, что-то проворонил… е-мое! – Он звонко хлопнул себя по лбу. – Они ж, кретины, в деревне Ольгу забыли! К бабке не ходи, на произвол судьбы бросили!

Тут же забыв о головной боли, Сергей подхватился как подпаленный. Особо не церемонясь, вывалил из салона машины трупы Коркина и лейтенанта, сложил их на обочине, а оружие и удостоверения небрежно бросил на заднее сиденье. Для очистки совести попытался связаться по радиостанции с отделом, а затем с прокурорским «РАФом». Однако в эфире лишь равнодушно трещали помехи. Тогда Баринов плюнул, завел заглохший во время нападения «уазик», развернулся и помчался обратно в злополучную деревню.

13 августа 1989 года. 10 часов 10 минут.

Ленинградская область.

Деревня Грызлово

Машину прокуратуры он увидел метров за пятьсот от первых домов. Перегородивший дорогу «РАФ» уткнулся смятым бампером в кривую березу. Баринов выругался и вслух спросил сам себя:

– Интересно, на будущем разборе полетов этих

тоже на меня повесят?

Сергей осторожно объехал микроавтобус по обочине и остановился, не глуша двигатель. Не выходя из машины, провел ревизию имеющегося арсенала. В результате несложных подсчетов выяснилось, что у него имеется три пистолета – собственный, лейтенанта и Коркина, а к ним четыре обоймы. Три полностью снаряженных и одна с пятью патронами. Итого двадцать девять выстрелов. Судя по складывающейся ситуации – негусто. «Калашников» с полным боекомплектом тут явно пришелся бы кстати.

С другой стороны, как он убедился, неизвестным тварям, которые без зазрения совести убивали его коллег, пули не наносили особого урона. Но с оружием Баринов все же чувствовал себя увереннее.

На всякий случай отслеживая обстановку боковым зрением, Сергей разрядил пистолет начальника и бросил его под сиденье, а полные обоймы засунул в левый боковой карман джинсов, чтобы в случае чего были под рукой. Личный «ПМ» оставил в кобуре, а если что, решил использовать новенький, недавно выданный лейтенанту.

Настроившись на худшее, Баринов пригнулся и, на цыпочках подбежав к «РАФу» со стороны настежь распахнутой боковой пассажирской двери, прижался спиной к прохладному металлу. Прислушался и, собравшись с духом, резко развернулся, с ходу запрыгивая в салон. Ухватив «макарова» двумя руками, Сергей судорожно тыкал стволом туда, где, по его мнению, мог спрятаться неведомый неприятель. Но все приготовления к схватке оказались напрасными, машина была пуста.

Баринов опустился на краешек сиденья, унимая мелкую дрожь, вызванную чудовищным выплеском адреналина, и теперь уже осмысленно осмотрелся. Открывшаяся картина не внушила ему оптимизма.

Смутно знакомая – сразу и не вспомнить хозяйку – растерзанная дамская сумочка на полу. Раздавленный градусник, вывалившийся из лежащего на боку баула с красным крестом на крышке. Монтировка, которой, судя по всему, безуспешно пытались обороняться.

«В салоне были как минимум трое, – прикинул Сергей, – следователь, судмедэксперт и водила. Только вот куда они могли подеваться?.. Похитили?.. Кто?.. Зачем?.. Бред какой-то…»

Баринов мучительно напрягал мозги, пытаясь сообразить, что же за напасть могла завестись в забытом Богом и людьми медвежьем углу. Так и не сумев придумать ничего путного, он машинально поднял сумочку и обнаружил в ней, помимо косметики, мобильного телефона с расколотым дисплеем, бордовое удостоверение, на вкладыше которого значилось: «Старший следователь, советник юстиции третьего ранга, Сенина Марина Владимировна».

«Тебя-то, Мариночка, зачем сюда понесло?» – горестно вздохнул Баринов.

Эффектная тридцатипятилетняя разведенная блондинка являлась достопримечательностью местной прокуратуры. Сергей, в числе многих, когда-то пытался строить ей глазки, но дальше милой улыбки в ответ дело не пошло. Марина Владимировна предпочитала проводить свободное время с более состоятельными гражданами, нежели с нищим провинциальным оперком.

Еще раз вздохнув, Сергей бросил сумочку обратно на пол, сунул удостоверение в задний карман и выбрался из машины. Вокруг стояла неестественная, ватная тишина серого пасмурного дня, нарушаемая только сбивчивым тарахтением двигателя «уазика». Пристроив на ходу пистолет за пояс – совсем не лучшее решение, но из кармана выдергивать сложнее, – Баринов забрался в свой автомобиль и тронулся на поиски Ольги.