Саркофаг
Шрифт:
– Будешь доставать, покусаю, - хмыкнул Стас и удалился в салон.
За ним вышли все остальные, кроме Влада и прикрыли дверь в кабину.
Влад уселся в кресло второго пилота, пристегнулся и спросил:
– И что будем делать?
– Облетать влево, вправо или вниз, - равнодушно пожал плечами Летун.
– Небо оно ведь большое. Ну и будем надеяться, что эта штуковина и дальше будет неподвижно висеть на месте, как лампочка. А, вот и она!
Влад от неожиданности отшатнулся назад и вжался в кресло. Прямо перед ними из облаков вынырнуло нечто грандиозное. Это была настоящая летающая тарелка,
Что его поразило, так это пугающий угольно-черный цвет бублика. Черная матовая поверхность медленно надвигающегося на них объекта, несмотря на яркий солнечный цвет не блестела. Более того, создавалось впечатление, что она не только не отражает свет, а поглощает, затягивает его в себя. По мере того как Боинг подлетал к тороиду, становились видны все новые и новые подробности его конструктивных особенностей. Первое что бросалось в глаза так это полное отсутствие прямых линий. Все детали, несмотря на их обилие и кажущуюся хаотичность расположения, были сглажены, заполуовалены и скруглены в некий трудновоспринимаемый орнамент.
Внезапно Влад почувствовал, что он падает вниз со страшной скоростью вместе с Летуном и всем самолетом. Его тело жестоко вдавило в кресло, а в желудке заворочалась тугая волна, которая распространилась на его живот, связав внутри него кишки тугим узлом.
Он не успел понять как именно, но они поднырнули под черный бублик и, продолжая падать, резко пошли вниз. Влад уже не в состоянии бороться с тошнотой смирился с мыслью, что его сейчас вырвет прямо на приборную доску, расположенную перед ним. Но в этот самый момент, когда позывы на рвоту были как никогда убедительны, Летун вдруг нежно выровнял самолет и полетел строго горизонтально.
Влад утер бисеринки холодного пота с бледного лица и неодобрительно пробормотал, повернувшись к Летуну:
– Ну, ты и камикадзе!
– Шел бы ты к остальным в салон, - мягко посоветовал ему Летун.
– Вестибулярный аппарат он ведь, как и мускулы, тренировку любит.
– Ладно, все нормально, - простонал Влад.
– Скажи мне лучше, как ты думаешь, что это было?
– Честно?
– скосив на него глаза, спросил Летун.
– Мне кажется, что это был боевой воздушный корабль гоблинов.
– А почему же он нас не расстрелял?
– Да потому же самому, что они нас тогда в аэропорту не тронули, - тяжело вздохнул Летун.
– Они уже тогда могли нас свободно перестрелять. Но не стали этого делать, так как боялись рисковать своим кейсом. Ну а то, что в нем находится, мы уже знаем.
– Получается, что они нас пасут по всему маршруту?
– предположил Влад.
– Выходит что так, - невесело кивнул Летун.
– Меня во всем этом больше всего занимает, что они будут делать, когда им это надоест? И самое главное, когда именно это произойдет?
– 10 -
Где-то в будущем.
Хепри с обреченным видом смотрел, как к нему неторопливо направляется низкорослый ксеносервус. На его тупом лице со скошенным подбородком и узким лбом,
От сознания, что такая судьба уготована всем людям планеты Земля, Повелитель Жуков взвыл от ужаса.
Вызванный им скарабей уже давно должен был появиться. Однако его все еще не было. Между тем, ксеносервус уже поравнялся с 'сырьем' и, удостоверившись, что оно не собирается сопротивляться удовлетворенно угукнул. После этого легко подняв кувалду, он сделал широкий замах и ударил, метя в лоб Хепри. В самый последний момент высокий тощий старик неожиданно отшагнул в сторону и молот со свистом пронесся мимо его лица на расстоянии ладони. Ксеносервуса закрутило по инерции и развернуло спиной к Хепри. Когда он снова повернулся, оказалось, что шустрое 'сырье' успело отойти в сторону.
– Человек, перестань унижаться и бегать!
– осуждающе воскликнул томинофер Гжел.
– Стойко встретить смерть и сослужить своим хозевам последнюю службу, став мясом, что может быть достойнее для человеческого существа?
В это время дверь в цех по переработке сырья влетела вовнутрь вместе с косяком и фрагментами стены. С грохотом посыпались кирпичи и бетонные блоки. В плотном облаке поднявшейся пыли возникла чудовищная туша белого скарабея.
– Долго же тебя пришлось ждать!
– укоризненно пробормотал Хепри и, указав на подступающего к нему с кувалдой ксеносервуса, коротко выкрикнул команду, - Съесть!
В следующее мгновение тело забойщика 'сырья', словно гигантским секатором, было перекушено пополам. Другие ксеносервусы наученные горьким опытом своего товарища, не пожелали разделить его судьбу. Побросав ножи и молоты, они бросились вон из цеха, сквозь развороченный вход.
Томинофер Гжел на секунду замешкался, засмотревшись на чудовищного жука, чуть дольше, чем следовало. После этого он также попытался бежать. Но повинуясь Повелителю Жуков, белый скарабей укоротил гиганта, перекусив ему обе ноги ниже колен. Рухнув на пол, Гжел в ужасе взвыл, доказав тем самым, что томиноферам ничто человеческое не чуждо. И в частности страх за свою жизнь.
– Прими свою смерть достойно, как подобает истинному томиноферу!
– мстительно усмехнулся Хепри.
– Это ли не цель достойная всяческой похвалы - положить свою жизнь на алтарь спасения человечества?
Гжел протестующее всхлипнул выпущенными на волю внутренностями и забился в агонии. Проявив изумительную волю к жизни, он дожил до того момента, когда Хепри вслед за скарабеем исчез во временном тоннеле.
Первым делом нужно было определить, какая временная каверна соответствует времени предшествующему вторжению томиноферов. Именно там, Повелитель Жуков планировал вбросить информацию о грядущем кошмаре, ожидающем человеческую расу. Также нужно было сообщить о том, что у непобедимых томиноферов есть слабое место - необъяснимый ужас перед загадочной цивилизацией, стоящей по своему развитию неизмеримо выше их. Которые вдобавок, как признался Гжел, являются их собственными хозяевами.