Сапфир
Шрифт:
– Хватит говорить мне этот бред! – вспылил Сапфир. – Я – вампир из благородного рода и не желаю прятаться как крыса от каких–то негодяев.
Малик хотел было ещё что–то сказать, но не успел, граф выставил руки вверх, сжавши в кулаки и внезапно взлетел. Мгновенно пробил верх шахты и вылетел наружу. Малик перепугался не на шутку, за то, что не смог сдержать Сапфира от безрассудной смелости и прошептал:
– Великие убьют меня… – и, взлетел следом за графом в то же отверстие с громким криком:
– Великий! Вернитесь в шахту! Вы ещё не готовы!
Но когда вылетел на поверхность, так и замер,
Сапфир схватился в свирепой драке с тремя верзулями одновременно. Он дрался как разъярённый вепрь, одного схватив за шею крепкими ручищами, сжал со всех сил, да так, что у того вылезли глаза из орбит, и одним быстрым движением оторвал ему голову. В этот момент его схватили другие верзули за спину, пытаясь раздавить, но он напряг каждую клеточку тела и нечеловеческой, мощной даже взрывной вампирской силой, разжав их лапищи, резко разверзнулся и ударил, словно стальными кулаками в челюсти сразу обоих верзулей. Те совсем не ожидания такой силы от простого вазамбийца, отлетели в разные стороны и, упав, вытаращили глаза на молодого мужчину.
Один из них гнусаво прокряхтел:
– Кто он? Может из этих… Великих?
– Да не может быть, от него же нет золотого сияния, которое им дают световые камни, значит он обычный вазамбиец, только какой–то самородок, очень сильный.
– Ага, и свирепый.
Один верзулий встал и за доли секунды покинул поле битвы, второй решил поступить также и мгновенно взлетел за другом, оказавшись в своём огромном золотистом облаке, которое служило им космическим кораблём.
Сапфир так рассвирепел, что полетел за ними, и снова услышал испуганный крик Малика, раздающийся позади:
– Великий, остановитесь!
Но у Сапфира взыграла кровь, и он не обращая внимания на отчаянные крики Малика, подлетел к облаку и, совершенно забыв, как его уже спасали от него однажды, так и врезался в густую золотую энергию. В этот момент она начала затягивать его внутрь, противно обклеивая руки и ноги. Граф, совсем не ожидая такого, начал бороться с совсем непонятной ему силой, но всё было тщетно. Малик был уже рядом и, схватив Сапфира за одну руку, стал с силой тянуть на себя. Вдруг золотая злая энергия схватила вазамбийца за шею и тоже потащила внутрь. Граф, понимая, что Малик оказался намного слабее, собрал всю волю в кулак и, совершенно не осознавая, как это сделал, вытащил Малика из облака и отбросил его на Вазамбию. Но его самого верзулиевская энергия затягивала уже сильнее, ещё минута и она поглотит тело целиком. Сапфир чувствовал, что не может справиться и, как–то совсем странно для вампира, начал задыхаться, как вдруг его мускулистое тело стало внезапно сиять, почти как те камни, которые он видел в комнате Великих, но даже ярче то золотым, то серебряным свечением, то совершенно необъяснимым светом, и он услышал чёткий голос в голове: «Борись, ты – Великий!»
В этот же момент он встряхнул головой, и его взгляд внезапно поймал двух Великих, зависших в воздухе на расстоянии двух метров напротив него – это были его так называемый братец со своей правой рукой. «Борись!» – снова послышалось в голове. Сапфир хотел с нарастающей злостью прошипеть в ответ: «Как, чёрт возьми, я могу бороться с этим липким киселём?»
Но слова не произносились, рот не
«Борись же, Великий!» – голос повторился.
Сапфир закрыл глаза от беспомощности, и тут перед его мысленным взором встала Лилия – Любовь и её прекрасная обнажённая грудь, которую она так демонстративно выставляла перед ним. От этого видения его пробила волна безумного возбуждения, и силы каким–то чудом вернулись. Усилием неимоверной воли, он вытянул всё тело в струну, откинул голову назад и закричал:
– Я хочу тебя, сестра!
В этот миг его тело засияло таким ярким светом, окутывая полностью алмазным серебристым сиянием, и золотая злобная энергия дрогнула, медленно, словно трусливый слизняк стала отползать, оставляя вокруг тела Сапфира некоторое пространство, чтобы он смог вытянуть из неё руки, ноги и всё тело.
Ещё мгновение и облако быстрее стало отползать, миг, и оно быстро улетело, так быстро, что Сапфир даже не понял, куда оно делось, оглянулся на Великих, и хотел выругаться, но замер в удивлении от их странной реакции. Они смеялись, и брат произнёс:
– Ох, никогда не видел, чтобы Великий справился с верзулиевой энергией силой мужского возбуждения. Бред, но факт остаётся фактом. Как можно так желать собственную сестру, брат, ты в своём уме?
– Она мне не родная, а сводная, – злобно буркнул Сапфир и плавно слетел вниз на поверхность Вазамбии.
– Пусть сводная, но тоже немного родная, – всё ещё улыбаясь, добавил Великий.
– Ага, если принять всю ту правду, которую ты мне преподнёс сегодня, что мы с тобой дети одного Великого с Вазамбии, и я зачат от его космического жезла, то моя сводная сестра мне вовсе и не родная, тогда я могу хотеть её в полной мере.
– Ха, но если так размышлять то да, однако, твои родители тоже являются ими, косвенно, ну да ладно, это твоё дело, кого тебе хотеть. Только ты вазанбиец и твоя судьба здесь, а не на земле, а твоя сестра жить на Вазамбии не сможет.
– Почему же? Я же могу здесь дышать и ходить.
– Глупый, ты вазамбиец и наш воздух для тебя родной, а она тут же здесь погибнет.
– Как это погибнет? Она же бессмертна, вампир, такая же, как и я.
– Нет, брат, это её на Вазамбии не спасёт. Твоя сестра – сгорит.
– Бред. Какой бред, тогда я вернусь жить на Землю и заставлю её себя полюбить.
– Ты итак вернёшься на Землю за людьми, наша планета жаждет их, иначе мы все погибнем.
– Я уже высказал своё мнение насчёт людей.
– Твоё мнение сугубо субъективное, человеческое, подумай о вазамбийцах, о наших семьях и детях. Мы же без человеческого ресурса погибнем. Ты – Великий и это и твой народ.
– Я – вампир!
– Жаль, значит, пророчество не про тебя, и мы ошиблись.
– Какое пророчество?
– «Придет он на Вазамбию с Земли, зачатый от жезла Великого. Земные родители – вампиры воспитали его и другое имя ему дали, и космический народ весь спасёт, и деву полюбит, юную и красивую словно звезда, из нашей вселенной. Настанет в наших мирах – мир и покой, вечная любовь и счастье!»