Санта-Муэрте
Шрифт:
Погромщики ворвались в усадьбу, которую занимал мексиканец. Ho тому удалось скрыться. А вскоре один за одним погибли дети тех, кто ополчился на Хосе-Марию. Кто-то заманил их на кладбище и задушил. Троих мальчиков и двух девочек...
– ...А было это как раз под Рождество. И потом долго еще в нашем городе почти никто не справлял рождественские праздники, - закончил рассказ Терентьич.
– И вы считаете, что всё это - не более, чем байки?
– спросила Варвара, обращаясь к Горелову.
– Да, именно так я считаю! Нет никаких - я повторяю -
– Конечно, их нет, - крякнул Терентьич.
– После революции многие архивы сожгли, усадьбу мексиканца разграбили, а участники событий погибли, либо по заграницам разъехались. Вот и осталось всё на уровне бабских сплетен.
– Да, но... Совпадения... Особенно меня беспокоит число жертв. Две девочки - три мальчика. А у нас? То же самое!..
– Варвара поднялась.
– С вашего разрешения, пойду перекушу. За едой легче думается.
Она вышла из здания УВД. И увидала Женю, гореловского помощника, который как раз садился в новенький кроссовер. Варвара махнула ему рукой. Он предложил:
– Я - обедать. Давайте со мной?
Она села в его машину. Ту самую, которая не далее, как вчера днем доставила ее из аэропорта.
– И давно управление получает такой транспорт?
– полюбопытствовала Варвара.
– Управление? Это моя..., - с легкой обидой в голосе ответил Женя.
Они припарковались у кафе со странным названием 'Старая Лисица'. Витрину украшала небрежно нарисованная лиса с пушистым хвостом. Интерьер был декорирован в новогоднем стиле - елочка, 'дождик' с потолка, и даже официантки сновали между столов в красно-белых колпачках, на манер Снегурочек.
Женя был тут постоянным клиентом.
– Здесь неплохо кормят, - заметил старший лейтенант, с аппетитом поглощая жареную рыбу.
– Женя, скажите... Вы что-то слышали о мексиканце, который жил в Энске много лет назад и исповедовал культ смерти?
Анисимов замер на секунду, не донеся вилку до рта.
– Ну да... Я ведь здесь родился. Думаю, что все это - выдумки 'желтой' прессы. Надо же им о чем-то писать.
– А что вы думаете о схожести событий? Юрий Терентьевич довольно подробно рассказал ту историю, и мне кажется, кто-то копирует события столетней давности. А если так, то, возможно, этот кто-то имел доступ к материалам.
– Вряд ли, - покачал головой Анисимов.
– Материалов как таковых не существует.
– Вы уже пробовали копать в этом направлении?
– Терентьич настоял, чтобы мы проверили эту версию - секта, и всё такое... В городском архиве ничего не оказалось.
– А кто-нибудь обратил внимание на то, что все погибшие были знакомы между собой? Подробно ли опрашивали родителей?
– Товарищ майор, - укоризненно произнес Женя.
– Они все были в шоке - какие тут разговоры? А эта несчастная семья Зотовых - они ведь потеряли и Игоря, и Свету... Я, кстати, знаю отца Игоря, Петра Семеновича, он был педагогом в школе, где учились
– Был? То есть, сейчас он там не работает?
– Уволился. На него очень подействовала гибель племянницы и сына.
Женя покончил с рыбой и принялся за десерт.
– Понимаю. Все же я обязана поговорить с родителями ребят. Не забывайте: если наш убийца все же копирует того чокнутого мексиканца, то могут быть еще жертвы.
– Все будут праздновать Новый год, а мы..., - задумчиво проговорил Женя, помешивая ложечкой сахар.
– Такая уж у нас работа, - Варвара достала кошелек.
– Я заплачу!
– запротестовал было Женя. Но майор Сон проявила твердость.
– Да, и вот еще что... Мне нужно встретиться со следователем, который ведет это дело. Его фамилия Вольф, я не ошибаюсь?
– Не ошибаетесь. Виктор Геннадьевич сейчас в больнице, а прокуратура пока не назначила никого на замену.
' Опять облом, - зло подумала Варвара.
– Еще немного, и я окончательно поверю, что тут заговор'.
– Хорошо, Женя. Подготовьте справку о родителях потерпевших. Это-то вы можете сделать?
**
Поговорить удалось не со всеми.
Учитель Зотов был в перманентном запое, а жена его (мать погибшего Игоря) от общения отказалась. Родители Светы Зотовой давно были в разводе. Отец Светы, который приходился Петру Семеновичу младшим братом, проживал в соседнем городе с новой семьей. Его бывшая жена находилась в больнице после нервного срыва.
Оставались еще Незлобины, Зеленины и Сибиряковы.
Аркашу Незлобина воспитывала тетка - его родители погибли в автокатастрофе много лет назад.
Валя Зеленина росла без отца; от ее матери, наркоманки со стажем, Варвара ничего вразумительного не добилась.
Что же касается Паши Сибирякова - его родители согласились поговорить, но ничего принципиально нового сообщить не смогли. Да, неплохо учился. Дружил с остальными потерпевшими, особенно - с Валей, хотя она и была постарше. Вместе они посещали частные уроки рисования. Нет, никаких наркотиков или спиртного, Боже упаси...
Следующий вопрос, который волновал Варвару - были ли у ребят мобильные, планшеты, ноутбуки? Как оказалось, были, и все они изъяты следствием. Ничего подозрительного спецы из техотдела не обнаружили.
'Странно. Я почти уверена, что была секта... И ребята эти чем-то были связаны между собой. Чем-то... Или - кем-то?..'
Неясная тревога заставила Варвару, сидящую в кресле у себя в номере, поднять взгляд наверх. Человек, сидящий за монитором, встретился с нею глазами. И улыбнулся...
1 января
– Спасибо, конечно, за поздравления, - вздохнул Виктор Геннадьевич, грустно взирая на традиционные апельсины.
– Впервые Новый год на больничной койке встречаю. Хотите поговорить - давайте пройдемся. Снег обещали только к вечеру, ветра тоже нет, так что...