Шрифт:
1
– Кончай его, Стиви!
– Нет, прошу вас! – взмолился мужчина среднего возраста, на волосах которого только-только начала появляться седина. Он стоял на коленях, два пальца на левой руке были сломаны, а кровь капала с его гладко выбритого подбородка на некогда белую классическую рубашку и черный галстук.
– Что ты сказал, Эдди? – изобразил наигранное удивление тот, кого называли Стиви. – А как же шестая заповедь Библии, Эдди? Ты что, не читал Библию?
– Заповедь? –
– Майк… Майк, меня зовут Майк! – срывающимся голосом ответил тот, при этом тоненькая полоска густой крови повисла на его дрожащих губах.
– Майк, – повторил Эдди и поморщился. – Какое глупое имя. То ли дело – Майки! Как дела, Майки?
Он любил добавлять «и» к именам.
– Ты помнишь шестую заповедь, Майки?
Тот поднял полные слез глаза.
– Не убей. Прошу вас, не надо! Святая дева Мария, прошу тебя…
Так и не договорив, он расплакался, вызвав взрыв сухого и отвратительного смеха вокруг себя. Не переставая хохотать, Эдди выпрямился, развернулся и отошел на два шага. Он упер руки в бока и посмотрел на здание перед собой – в правом верхнем углу находился большой логотип НАСА, а в левом – флаг Соединенных Штатов Америки. В небе еще виднелась серая полоса, оставленная недавно улетевшим челноком. Последним челноком. Эдди смачно сплюнул и повернулся к Майку.
– Назови мне хотя бы одну причину, почему мы не должны тебя убивать.
– Прошу вас, – все еще плакал и содрогался всем телом Майк. – Я отдам вам все, что у меня есть.
– Это? – спросил Эдди, показывая рукой на лежащий на земле рюкзак. – Майки, так это итак уже наше. Ты можешь нам дать еще что-нибудь?
Майк часто и прерывисто дышал, смотрел в узкие, как у борова, глаза Эдди и понимал, что, если сейчас не убедит его в том, что может быть им как-то полезен, они не мешкая убьют его. Но он молчал, и какая-то часть его сущности уже смирилась со своей участью.
– Так я и думал. Кончай его, Стиви.
– Информация, деньги, – Майк услышал собственный срывающийся голос. Существовала и другая часть, которая стремилась выжить. – Я был успешным бизнесменом, и у меня был…
– Майки, очнись, – перебил его Эдди и снова подошел к нему. – Посмотри на небо – последний челнок улетел, дружище. Кому теперь нужны деньги, информация? Теперь главная валюта – это вода, жратва и иногда телки. А, Стиви?
– Верно говоришь, – ухмыльнулся тот, заискивающе глядя главарю в глаза, – особенно телки.
– Я буду доставать вам провизию, клянусь, – слезы снова потекли по щекам Майка. – Я буду приносить вам все, что добуду. Я буду стирать ваши вещи, готовить вам еду. Я буду…
– Ну-ну, тише, дружище, – успокоил его Эдди и тихонько хлопнул по плечу. – Не нужно так переживать.
Он посмотрел на своего помощника, взгляд которого выражал щенячью преданность и радостное предвкушение любой команды.
– Посмотри на себя, Майки – ты хорошо одет, гладко выбрит. Не думаю, что из тебя выйдет хороший слуга. Твое место, – Эдди показал рукой в небо, – среди них, а не среди мародеров. Кончай его, Стиви.
Новый приступ рыданий охватил стоявшего на коленях человека, и его дико колотящееся сердце готово было выпрыгнуть из груди. А затем глухой удар по затылку прервал его страдания. Эдди некоторое время молча смотрел на тело, а затем перевел взгляд на лежащий рядом рюкзак. Со стороны парковки к ним приближался третий мародер с таким же рюкзаком на плече.
– Куда подевался сопляк, дружище? – крикнул Эдди издалека.
– Не знаю, Эдди. Я погнался было за ним, но он оказался уж слишком шустрым. Но он скинул все свое добро, Эдди.
Главарь головорезов самодовольно улыбнулся, обнажая желтые, неровные и немногочисленные зубы. Новый мир ему определенно нравился больше, чем старый.
– Подними рюкзак, Стиви, и вернемся в лагерь, – сказал он, разворачиваясь. – У нас сегодня отличный улов.
Улов действительно был неплохим – рюкзаки были набиты водой и провизией.
2
Автомобиль марки «Форд» пронесся по практически пустому «Кеннеди Парквэй», лишь изредка встречая на своем пути другие автомобили, брошенные на обочине. Несмотря на то, что шоссе пустовало, «Форд» двигался по зигзагообразной траектории, иногда лишь чудом не улетая в кювет. После очередного зигзага, который едва не окончился аварией, он начал сбавлять скорость и вскоре остановился прямо на полосе.
Спустя несколько минут дверь открылась, и наружу вышел подросток. Он был довольно высокого роста, что позволяло ему дотягиваться до педалей и видеть происходящее перед носом автомобиля, не вытягивая при этом шею. Он с силой хлопнул дверью, прислонился к ней спиной и сполз вниз, а затем поднес руки к лицу и разрыдался.
Тим Фоллис, пятнадцати лет от роду, пребывал в полной уверенности, что его жизнь окончена. Левой рукой он смахнул слезы с глаз и посмотрел в сторону, где находилась та стартовая платформа мыса Канаверал, с которой был произведен запуск – серая полоса, уходящая в небо, еще оставалась едва различима. Тим проследил направление и поднял взгляд повыше, однако орбитальный причал, который обычно был заметен как небольшой темный объект прямоугольной формы, разглядеть не смог из-за яркого летнего солнца. Зато саму межзвездную станцию, между которой и причалом ежедневно курсировали несколько десятков кораблей, было видно превосходно – будто в небе было две луны.