Санек 4
Шрифт:
Но это ладно, волновало меня сейчас совершенно другое. Если грамотно распорядиться собранной здесь коллекцией, на вырученные деньги можно придумать уже что-нибудь интересное, и мне кажется, я даже знаю, что. Но об этом я подумаю позже. Сейчас мама начала выдыхаться в своём монологе, так что надо уделить ей внимание. Всё-таки, как ни крути, а трудно заставить окружающих воспринимать тебя всерьёз, когда тебе всего четырнадцать лет. В прошлом мире я хоть выглядел посолиднее благодаря работе в кузнице и деревенской жизни. Сейчас телосложение у меня субтильное, подростковое, вот и отношение ко мне у окружающих, как
— Мама, я очень хорошо понимаю ответственность за свои действия и слова, а твои упрёки осознаю и принимаю. Но и ты, пожалуйста, пойми: я вырос и я мужчина, я не могу просто стоять и смотреть, как нас пытаются безнаказанно втоптать в грязь.
В этом месте моей речи она попыталась отстраниться, но я не позволил, ещё крепче к ней прижавшись, и продолжил говорить.
— Это первое, но есть и второе. Положение у нас сейчас незавидное, и нам так или иначе придётся думать, как мы будем выживать. Я точно знаю, что в силах обеспечить нас всем необходимым, но при условии, что ты разрешишь мне действовать по своему разумению и не станешь мешать в моих начинаниях, а наоборот будешь помогать в тех делах, где понадобится присутствие взрослого. Я, к сожалению, несовершеннолетний и не везде смогу все сделать без твоего участия.
Мама, словно пригревшаяся в моих объятьях, слушала и не перебивала, а потом, отстранившись и взлохматив мои волосы, ответила.
— Какой ты ещё ребёнок. Неужели ты правда думаешь, что тех разговоров, которые вёл с тобой отец, хватит для ведения успешного торгового дела? Он не научил тебя и десятой части того, что нужно знать, чтобы устроить все правильно.
— Мама, во-первых, о торговле сейчас речь не идёт, а во-вторых, просто поверь, моих знаний с лихвой хватит, чтобы вести наши дела и зарабатывать достаточно для достойного содержания нашей семьи. Конечно, на первых порах будет трудно, но я точно знаю, что смогу все сделать наилучшим образом.
Мама как-то недоверчиво хмыкнул и спросила:
— Ну и что, по твоему мнению, нам следует делать сейчас?
— Сейчас нужно перебираться в имение и тут же организовать посевную, чтобы прокормить наших людей и сделать запас продуктов на случай, если я не успею реализовать свои планы до наступления зимы. Да и помимо посевной в имении найдётся, чем заняться. Это только кажется, что там можно получить доход только с урожая. При грамотном подходе к делу, думаю, мы без проблем сможем прожить на деньги, заработанные в имении за лето.
Тут мама и правда удивилась и, конечно, не постеснялась задать очередной вопрос.
— И чем же помимо выращивания урожая можно ещё заниматься в имении?
— Да много чем. Например, заготовкой и продажей даров леса. Принадлежащая нам земля по большей части покрыта лесом, надо заняться сбором всякого ещё и там.
— Грибы, что ли, собирать? — скептически спросила мама
— И грибы в том числе, только не продавать их
Мама рассмеялась и с трудом выдавила из себя:
— Да кому они там нужны! Придумал же такое.
— Мама, ответь мне честно. Вот увидела ты в торговых рядах симпатичную корзинку из липового лыка или из лозы, покрытую лаком и полную сушеных грибов или ягод, неужели не захотела бы купить? Вернее, купила бы такую корзинку, в которой товар можно рассмотреть, или взяла бы из полотняного мешка, как этим торгуют у нас?
— Думаешь, в этих городах люди дурнее тебя и не додумались продавать так свои товары?
— Не знаю, может, и умнее, только судя по тому, как торгуют у нас, не думаю, что там это делают иначе.
Действительно в Курске на торговых рядах я такого не видел. Нет, были большие корзины для переноски и хранения товара, но в основном народ здесь использует полотняные мешки, по крайней мере так делают приезжие купцы. Поэтому и мелькнула у меня идея замутить что-такое, тем более что женщин у нас в имении сейчас много, не то что мужиков. На самом деле грибами и ягодами можно не ограничиваться. Торговать какими-нибудь сборами для компотов или, как сейчас говорят, взваров. Больших денег, понятно, не срубить, но для поддержания штанов — почему бы и нет.
В общем разговор у нас с мамой выдался долгий и напряженный. Особенно он стал тяжёлым, когда я высказал свое предложение насчет нашего городского дома.
Как по мне, глупо и нерационально, перебравшись жить в имение, оставить здесь пустующий дом, тупо тратясь на его содержание. Можно ведь его использовать с толком, тем более что расположен он в очень интересном месте — буквально в двух шагах от торговых рядов. Не совсем на окраине торговой площади, но в какой-то сотне метров, притом по дороге к центру города. Все, конечно, относительно, но, как по мне идеальное место для какого-нибудь пафосного ресторана с изюминкой.
Понятно, что на подобную затею нужны деньги, которых сейчас нет, но варианты решения проблемы есть, главное, чтобы мама согласилась дать мне карт-бланш на мои действия в ведении семейных дел. Поэтому я старался изо всех возможных сил убедить её в своей состоятельности, что невероятно трудно было сделать.
В итоге пока мы ни до чего не договорились, но и категорического отказа я не получил, может, все-таки со временем у меня получится добиться желаемого, пока пришлось отступить, чтобы не передавить. Честно сказать, вот так сразу я и не надеялся получить добро на свои затеи, но вода камень точит, может, удастся потихоньку привести её к мысли, что правда на моей стороне. Посмотрим.
Пока же пришлось мне переключаться на решение совершенно других проблем.
Дело в том, что помимо всего прочего я здесь ещё и числюсь учеником в местной гимназии. Так-то там учатся в основном дворянское отпрыски, но покойный отец сумел и меня тоже пристроить. Нет, я там не один купеческий сын, всего не из дворян там учится целых четыре человека, помимо меня ещё два купеческие ребёнка и сын инженера из Курска, который работает, как это ни странно прозвучит, в судоходной компании. Есть тут, оказывается, и такая. В составе этой компании есть даже два парохода, механизмы которых этот инженер в основном и обслуживает.