Сандэр. Дилогия
Шрифт:
Женщины выли волчицами, дети плакали. Сегодня день печали. Вождь Варн-Джакал, сорок зим водивший троллей на войну, погиб.
Три дня назад он охотился на трёхрогого буйвола. Ранив могучего зверя, в охотничьем азарте он преследовал добычу и оторвался от сопровождавших его телохранителей. Совсем ненамного, на четверть полёта метательного топора. Потревоженное семейство мохнорылых кабанов приостановило спутников, и они не сумели помочь ему в момент опасности.
Смерть в обличии саблезубого лесного кота настигла пожилого вождя в момент броска отравленного дротика в трёхрога. Следопыты не понимали, почему хищник напал. Махайр обычно сторонится
Шаманы, посоветовавшись с духами, утверждали — смерть предводителя Чёрного Копья не случайна. Ловушку подстроил колдун-зверомастер, управлявший зверем или сам обернувшийся саблезубом. Таких в соседних племенах несколько. Длинные Клыки издавна поклоняются махайру, их шаман великий повелитель животных. Кроме него гибель вождя мог организовать верховный шаман озерников. С Водяными Крысами Чёрное Копьё не раз воевало, и победителей не было. Зимой назревала очередная война, от неё предостерегал соплеменников Варн-Джакал.
Погребальный костёр почти догорел, когда из заснеженного леса к деревне вышел старый морщинистый тролль в накидке из бобрового меха и подпоясанной шнурком змеиной кожи ветхой холщовой рубахе. Старик горбился, точно от обилия свисающих с шеи и запястьев амулетов. Щиколотки перевязывали разноцветные колдовские браслеты. Из-за спины торчали деревянные, костяные и каменные варды. Он шёл, опираясь о кривой посох с насаженным на него черепом аллира. Лобную кость испещряла вязь древних знаков.
Створки ворот со скрипом раздвинулись, пропустив старика в деревню.
— Зораг-Джин! — выдохнули разом шаманы кланов, прибывшие на похороны. — Зораг-Джин явился! Болотный отшельник пришёл!
Масса синекожих расступилась, давая дорогу колдуну. И десятки зим назад, до ухода и передачи ожерелья верховного шамана преемнику, и поныне, живя на Змеином болоте, он оставался сильнейшим колдуном племени. О нём ходили легенды по всему Ксаргу, от южных лесов коротышек гоблинов до предгорий севера, занимаемых горными карликами дварфами. Он шагнул к склонившему голову в почтительном поклоне Рак-Джакалу и осенил себя священным знамением, отдав дань уважения ушедшему в Серые Пределы.
— Приветствую тебя, славный молодой вождь, — прокаркал болотный отшельник. — Да продлятся годы твоей власти над троллями.
— И тебе здравствовать, почтеннейший верховный шаман, — ответил старший сын погибшего владыки Чёрного Копья. — Что привело тебя в нашу деревню?
Много зим утекло по реке вечности с того дня, как Зораг-Джин покинул родное племя. С тех пор он не появлялся ни в одном из кланов, изредка помогая соплеменникам. Он не приходил ни на празднества, ни на похороны вождей, и сегодняшний визит порядком удивил троллей.
— Духи привели меня сюда, наказав поведать правду о гибели твоего отца, — заявил старик громко, чтобы услышали все. Синекожие заинтересованно переглядывались, в толпе послышались шепотки. — Да! Я знаю, кто убил Варн-Джакала! — провозгласил, воздев руки к небу, колдун. — Слушайте все! Предки требуют отмщения, и они явились мне во сне, указав на убийцу. Гин-Джин, верховный шаман Водяных Крыс, послал саблезуба за жизнью вождя. Он расставил силки, а приманкой послужил тучный трёхрог. Озёрникам нужны наши леса, они готовятся напасть. Сегодня до меня долетела весть об их войне с племенем Огненного Жала. Они будут заняты несколько седмиц. За это время озеро покроется льдом, рыбоголовые
Шаман говорил складно, и толпа зашумела. Послышались выкрики воинов, желающих отомстить озёрникам, их поддержали женщины. Любимая жена покойного — старая карга Анкила, явившаяся на похороны растрёпанной и простоволосой, — завыла и начала рвать на себе волосы. С её губ потоком текли ругательства и проклятия, предназначенные убийце мужа и Водяным Крысам.
Троллей легко поднять на войну и трудно умиротворить. Они с радостью пойдут мстить, попутно грабя и насилуя, и не задумаются о том, верно ли истолковал послание духов шаман. Рак-Джакал точно знал: озёрникам невыгодна сейчас война. Гин-Джин и Ран-Джакал топят в крови кланы Огненного Жала, если верить разведчикам. Им не до Чёрного Копья. Убивать предводителя одного из сильнейших племён севера Ксарга очень глупо со стороны светлокожего шамана обитателей Зеркального озера, а он никогда за время ношения шаманского ожерелья не делал глупостей. Зимой Водяные Крысы уязвимы. Их полубог, живший в водах, ещё не возродился, а колдовство рыбоголовых ослаблено. И это не учитывая потерь от идущей междоусобицы с племенем Огненного Жала, занимавшего часть прилегавших к озеру земель.
Война между озёрниками обещала затянуться, правда, не на такой уж долгий срок. Водяные Крысы быстро расправятся с врагами, понеся потери. Не могут не понести, раз на стороне Жала выступает Лар-Джур, ученик болотного отшельника, успевший прославиться, несмотря на молодость.
Рак-Джакал отговаривал Говорящего с Духами от задуманного, но тот выполнял волю учителя. Его задачей было столкнуть лбами озёрные племена, и с ней он хорошо справился. Предательство и колдовство сослужили добрую службу молодому колдуну Чёрного Копья, метящему на место верховного шамана.
— Презренное племя Водяных Крыс должно исчезнуть с Зеркального озера, — старший сын погибшего вождя обвёл собравшихся троллей тяжёлым взором, остановившимся на Зораг-Джине. — Мы пустим его под лёд, когда будем готовы.
Старик торжествующе ощерился.
— Острите ножи и копья! — закричал он. — Мы не пойдём одни. С нами жаждут крови и славы тролли Мёртвого Медведя, Длинных Клыков и Звёздных Рысей. Весь север Ксарга поднимется против озёрников! А потом мы двинемся дальше, за Вал, в земли мягкотелых людишек! Давно не видел большой каменный дом над рекой настоящей войны. Ножи железошкурых затупились, они разленились и не выдержат нашей атаки. Я, Зораг-Джин Песнь Гибели, иду с вами, чтобы пожирать дух и плоть наших врагов. Слушайте, тролли!
Старик замер, будто и впрямь к чему-то прислушиваясь. Из леса донёсся протяжный рёв. Земля мелко задрожала от топота.
— Огры, — изумлённо воскликнул кто-то из воинов, инстинктивно принимая боевую стойку.
Дозорные, выставленные в сотне шагов от деревни, и сторожевые чары молчали, точно никого нет в окружающих селение чащобах. О приближении чужаков должны предупредить заранее, но никто не сообщил об этом.
Не дожидаясь приказа, синекожие из числа телохранителей вождей рассредоточились по частоколу с копьями и отравленными дротиками наготове. Рак-Джакал с метательным топором в одной руке и дротиком в другой направился к своим воинам, пытающимся закрыть ворота. Отшельник окриком прекратил подготовку к обороне.