Санаторий
Шрифт:
— К лестнице, наверх! — крикнул незнакомец.
Игорь рванулся к лестнице, ведущей в верхние покои, взлетел по ступенькам и обрушил на нападающих тяжелую дубовую скамью. Это произвело замешательство в их рядах и позволило незнакомцу оказаться рядом.
Однако скоро их оттеснили и с этой позиции. Они с трудом удерживали последние ступеньки лестницы.
— Сейчас! — крикнул незнакомец и исчез за одной из соседних дверей. Ловким ударом Игорь сбросил своего противника с лестницы, но его место сразу заняли двое других. В
— Держитесь за нижние ножки! — крикнул он, взялся за верхние, и они понеслись на врагов. Как тараном, тяжелой столешницей сокрушили передние ряды, опрокинули их, съехали вниз по телам своих противников и покатились по полу в невообразимой свалке. Среди грохота, стонов и проклятий незнакомец схватил руку Игоря, и они бросились к выходу. Секунда — и они уже неслись по ночной улице, свернули в один переулок, другой и остановились, тяжело дыша и оглядываясь. На них падало немного света из окон соседних домов.
Игорь поглядел на своего спутника и обнаружил, что его лицо претерпело некоторые изменения. Исчезла бородка и подозрительно потемнело под левым глазом.
“Пожалуй, пора его узнавать!” — подумал Игорь. Он сделал изумленное лицо и начал заикаться:
— Ва… Ва…
— Что?! — недовольно спросил незнакомец. Он пытался рассмотреть свое лицо в миниатюрное зеркальце, украшенное витой позолотой.
— Ваше величество! Вы?!
Франциск спрятал зеркальце в карман, затем оторвал усы.
— Вы отлично фехтуете, шевалье! Я с искренним удовольствием видел вас сегодня в деле, но, право, было бы лучше, если бы вы меня не узнали.
Он произнес это таким тоном, что Игорь понял: “Было бы лучше для вас!”
— Сир, — сказал он, — моя жизнь принадлежит вам вдвойне: как властителю Франции и как человеку, спасшему мне эту жизнь. Она ваша, но вряд ли когда-нибудь у вашего величества будет слуга, более верный и преданный, чем я.
Король хмыкнул, потрогал темное пятно под глазом.
— Проклятие! Завтра Гуго опять изведет меня своими нравоучениями! Впрочем, черт с ним! Вы, кажется, что-то сказали? Ах, да!
Он посмотрел на Игоря, как будто впервые увидел его.
— Мне нравится ваша ловкость, шевалье. Я вообще люблю ловкость! Правда, еще больше я люблю молчание. Вы поняли?
Игорь поклонился в ответ. Король шагнул в темноту, но остановился.
— Я жду вас завтра в Лувре к десяти утра, — сказал он и растворился во тьме.
На следующий день Игорь присутствовал на завтраке короля. Когда он явился, король знаком подозвал его и спросил:
— Шевалье, кажется, ваш отец служил при дворе?
— Да, сир, — ответил Игорь, а про себя подумал: “Вот не знал! По-моему, он был старшим механиком на “Галактее” и всю жизнь болтался между Цефеидами и Землей! Однако не будем отвлекаться”.
Окончив завтрак, король снял со
— Как вы находите эту шпагу, шевалье?
— В руках вашего величества самая плохая шпага становится маршальским жезлом, — склоняясь в поклоне, сказал Игорь.
— Ответ, достойный искусного придворного, — заметил король. — Будьте при мне, шевалье!
Легкий вздох пронесся по рядам придворных. Восхождение новой звезды вызвало зависть. Игорь мог ликовать — он стал если не другом, то фаворитом короля!
Полетели дни придворных событий — балы, охоты, приемы, аудиенции и прочее. Игорь постоянно находился при короле, днем сопутствуя ему в его официальных развлечениях, ночью — в неофициальных. Он пользовался чрезвычайно большим доверием короля. Насколько большим, он мог судить хотя бы по тому, что был с посланием у его любовницы: до него это не поручалось никого из придворных. Частенько ночью его поднимали рассыльные из кабаков с записками “от благородного шевалье, он не сказал, как его зовут”. Игорь собирался и шел вытаскивать короля из очередной передряги, сопровождаемой грохотом разбиваемой посуды, воплями, проклятьями и громадным количеством различных предметов, летающих по воздуху в различных направлениях.
Игорь потерял счет дням и уже чувствовал, что начинает понемногу тупеть от этого бездумного времяпрепровождения.
“Черт побери! — ругался иногда он, оставаясь наедине с самим собой. — Иногда начинает казаться, что я на самом деле бедный дворянин из Нормандии и появился на свет только для того, чтобы таскать на себе нарезавшегося монарха да подставлять свою грудь под сталь, что адресована ему! Чертова моя работа!”
Между тем дата начала загадочных событий приближалась.
Однажды утром Игоря разбудил осторожный стук в дверь.
— Мсье д’Эттоль! — раздался из-за двери голос домовладельца. — Вам письмо!
Игорь поблагодарил хозяина и, закрыв за ним дверь, вскрыл конверт.
“Игорь! — написано было в письме. — Решением Совета я задействован в поиске по линии Гуго. Срочно зайди ко мне на улицу Августейших младенцев, дом метра Брюи. Жду”.
Ниже стояла витиеватая закорючка, в которой Игорь без труда узнал подпись своего сослуживца по Управлению Володьки Брюинского.
“Улица Августейших младенцев, — размышлял Игорь, одеваясь. — Это в Латинском квартале. Похоже, метр Брюи представляет на сей раз мир науки. Наука и Гуго. Странно. Что между ними общего? Впрочем, нечего ломать голову — Володька сам все расскажет!”
И он отправился на улицу Августейших младенцев.
…Тогда и решили, что поиск нужно расширить! — говорил Володя, расхаживая по небольшой, уютно обставленной комнате под самой крышей дома.
— Хм, — Игорь задумчиво пожевал кончик уса. — Думаешь — клюнет?