Самозванка

Джеймс Тейт

Не то чтобы я часто занималась такой работой. Карманные кражи были для детей, как Флик. Ему едва исполнилось двенадцать, но он был достаточно взрослым, чтобы зарабатывать себе на жизнь и возвращать долг мастеру Кровавый Глаз.

Он ободряюще кивнул мне, и я растворилась в толпе. Мне потребовалось меньше двух минут, чтобы достичь своей цели, отобрать у него один свиток и затем вернуться к возбужденным зрителям. С другой стороны, я была одной из лучших. В восемнадцать лет я уже приобрела неплохую репутацию в Тейхе. Я была печально известной Райбет, протеже и предполагаемым фаворитом

мастера Кровавый Глаз.

Не было никакой ошибки в том, что мое имя прозвучало как звук, издаваемый лягушкой. Технически, это было не мое имя, это было прозвище, данное мне в возрасте пяти лет, когда мастер Кровавый Глаз увидел, как легко я могу незамеченной входить и выходить из зданий и толпы… Скользкая, как лягушка. Я понятия не имела, как меня зовут на самом деле, поскольку он нашел меня четырехлетней, блуждающей по улицам в темноте, не помня ни своего имени, ни своих родителей. Впрочем, в этом не было ничего необычного. Годы засухи, за которыми последовали такие сильные штормы, оказали влияние на психическое здоровье многих людей.

Гвардеец и глазом моргнуть не успел, как моя рука скользнула под его плащ, вытащила свернутый лист пергамента и засунула его себе в рукав. Это, конечно, было преимуществом того, что вокруг было так много людей.

Пройдя дальше по улице, я оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что Флик выполняет инструкции, в точности повторяя то, что только что сделала я.

Место нашей встречи, «Свинья и Хорек», находилось всего в нескольких сотнях ярдов отсюда, но мне нужно было присматривать за ним, чтобы убедиться, что он сможет это сделать. Я проследила за ним взглядом, пока он пробирался сквозь толпу и приближался к тому же толстому гвардейцу, который сильно зевал.

Спина Флика скрывала его руку от посторонних глаз, но я знала, что он переложит ее из кармана охранника в свой рукав, а потом… Я нервно вздохнула, когда Флик отошел. Охранник ничего не понял.

Хороший мальчик!

Позволив напряжению спасть с моих плеч, я повернулась к нему спиной, чтобы поторопить свою задницу к «Свинье и Хорьку», чтобы он не узнал, что я осталась наблюдать. Я хотела, чтобы парень думал, что я доверяю ему делать все самому.

Как только я положила руку на тяжелую деревянную дверь гостиницы, на улице позади меня поднялась суматоха. Страх скрутил мой живот, и я обернулась, чтобы посмотреть, что вызвало такой переполох.

— Сиськи Ааны, — выругалась я, игнорируя шокированный вздох прохожего, когда бросилась обратно в толпу. Как будто я была единственной, кто проклинал имена наших божеств.

Мне все еще нужно было подойти поближе, чтобы увидеть, что происходит, но когда я это сделала, мое сердце дрогнуло.

Флик… тот же самый грузный дворцовый стражник крепко держал его за запястье, а украденное приглашение размахивало перед его охваченным паникой лицом. Черт! Как?

Впрочем, не имело значения, как. Мне нужно было освободить его от охраны, иначе у него не было бы шансов. Дворцу было все равно, что он всего лишь ребенок. Он был жителем Понда, и они считали своим гражданским долгом сократить нашу численность любым возможным способом.

— Флик! — Закричала я,

бросаясь вперед быстрее, только для того, чтобы меня схватила сзади стальная рука и потащила в темный переулок между двумя вычурными особняками.

Инстинкт борьбы или бегства был мощной штукой, и у меня было и то, и другое. Яростно отбиваясь, я била своего похитителя локтями и пятками, пытаясь ослабить его хватку, но он ни на мгновение не отступил. Его руки крепко прижимали меня к сильному телу, и большая ладонь зажала мне рот, прежде чем я успела закричать.

— Прекрати! — прошипел он мне в ухо. — Прекрати драться, парень! Неужели твоя жизнь так мало значит для тебя, что ты готов пожертвовать ею, чтобы спасти сироту из Понда?

Конечно, нет, идиот!

Мне хотелось прокричать ему эти слова, но было бы слишком сложно объяснить, что меня не смогли бы поймать… Просто хотела дать Флику время сбежать. Однако он назвал меня мальчиком, и это было хорошо.

— Ты поймал одного живым, — усмехнулся другой мужчина, как будто мне было мало одного. У меня не было ни единого шанса против двух взрослых мужчин в рукопашной схватке. Последнее, в чем я нуждалась, — это отбиваться от изнасилования в такой момент.

В моей профессии было не так уж много девушек. Когда ты росла в трущобах, у хорошенькой девушки действительно был только один выбор карьеры. Проституция. Мне это никогда не нравилось, и, к счастью, Кровавый Глаз разглядел таланты, выходящие за рамки дохода, который я могла бы получать, лежа на спине с задранными ногами.

Я почти всегда носила мужскую одежду — свободную рубашку, кожаные бриджи и тунику безразмерного размера, скрывающую мои женственные формы. Очевидно, было слишком многого просить Аану, нашу Богиню Процветания, благословить меня мальчишеским телосложением. К счастью, этот парень, казалось, был слишком отвлечен, чтобы заметить, так как он удерживал меня.

— Для него уже слишком поздно, — рявкнул мужчина мне на ухо, и у меня возникло отчетливое ощущение, что он думал, что спасает меня. — Они поймали его с поличным. Теперь ты ничего не сможешь сделать.

И действительно, дворцовые стражники уже связывали Флику запястья и перекидывали его через передок лошади, чтобы отвести в королевские подземелья. В Лейкхейвене воровство считалось преступлением. Черт возьми, воровать где бы то ни было в Королевстве Тейч считалось преступлением, но совсем другое дело — воровать у самих членов королевской семьи.

Когда самодовольный охранник уехал с моим маленьким другом, хватка мужчины на моем лице ослабла, но не на талии.

— Теперь ты можешь поблагодарить меня, малыш, — саркастически пробормотал он. — Я только что спас тебе жизнь.

— Теперь ты можешь отпустить меня, давай, — усмехнулась я ему в ответ, понизив голос немного ниже, чем у девушки, и посмотрев вниз на руку, все еще крепко прижатую к моему животу. Еще немного выше, и он почувствовал бы доказательство того, что я, безусловно, не мальчик.