Самозванка

Джойс Бренда

— Подождите, пожалуйста, подождите! — кричала Виолетта, перепрыгивая через две ступеньки.

Оглянувшись, Блэйк сердито крикнул:

— Вы не можете позволить себе ходить по дому неодетой!

Не обращая внимания на замечание мужа, Виолетта припустила еще быстрее. Слуга на первом этаже сделал вид, что не замечает ее. Виолетта бросилась в столовую, откуда доносился недовольный голос Блэйка.

За накрытым столом, на месте хозяина, где обычно сидел Блэйк, теперь восседал Ральф. Виолетта не сомневалась, что друг детства

занял это место нарочно. Перед ним стояла тарелка с таким количеством еды, которое ни один смертный не смог бы переварить сразу. Откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди, Ральф чванливо наблюдал за происходящим.

— Хорн, должен признаться, что ваше появление в моем доме является для меня неожиданным. Ступайте прочь с моего места!

— Ральф, пожалуйста, сделай то, что он сказал, — запыхавшись от бега, проговорила Виолетта, загораживая собой Блэйка.

Ральф молча смотрел на неодетую Виолетту.

— Ступайте наверх, — холодно приказал Блэйк. — Вас происходящее здесь не касается. — Блэйк повернулся к Ральфу и прорычал: — Хорн, убирайтесь с моего места, иначе я сам вышвырну вас из-за стола!

Ральф поднялся.

— Доброе утро, ваша светлость, — ухмыльнулся он. — Надеюсь, вы хорошо спали?!

— Думаю, что этот вопрос я должен адресовать вам. Вам было хорошо в моем доме?

— Конечно, — подтвердил Ральф. — Только теперь я понял, почему она вышла за вас замуж. На ее месте я сделал бы то же самое.

— Прекрати, — сказала Виолетта.

Мужчины не обратили на нее никакого внимания. Блэйк сделал шаг вперед.

— Скажите, Хорн, где вы были? Честно говоря, я не рассчитывал на ваше появление до окончания процесса.

— Где я был, это не ваше дело, ваша светлость, — нагло ухмыльнулся Ральф.

Виолетте показалось, что мужчины вот-вот бросятся друг на друга.

— Пожалуйста, успокойтесь, — обратилась она к Блэйку. — Ральф был в Тамрахе. Он узнал кое-что о мышьяке. Ему удалось выяснить, что экономка леди Фелдстоун в течение года покупала значительные порции этого яда.

— Вы что… лжете, чтобы спасти его? — с недоверием спросил Блэйк.

— Я не лгу! — воскликнула Виолетта.

— Вы ничего не сказали мне об этом ни вечером, ни ночью. И кто, скажите мне, позволил вам пригласить этого… этого мужчину ко мне в дом?!

Виолетта вздернула подбородок и, дерзко глядя Блэйку в глаза, сказала:

— После того, что произошло ночью, я решила, что это наш дом.

— То, что произошло ночью, ничего или почти ничего не меняет.

Виолетта охнула — трудно было обидеть ее больнее — и попятилась.

— Виолетта, — Блэйк попытался обнять жену, но она ловко увернулась. — Прошу прощения, во мне говорила злость.

Виолетта выбежала из столовой.

— Ну что… довольны? — грязно улыбнулся Ральф.

Блэйк размахнулся и всадил кулак в скулу противника. Ральф отлетел к противоположной стене столовой. Хозяин

дома бросился на гостя, схватил его за грудки и с силой поставил на ноги.

— Вы мне не нравитесь. Я вам не доверяю. Честно говоря, вторым человеком, кого я подозреваю в убийстве сэра Томаса, являетесь именно вы. — С этими словами он отпустил Ральфа.

— Вы можете подозревать, кого хотите, ваша светлость, но ваше подозрение не в силах изменить фактов. Я не убивал сэра Томаса, но, что для вас значительно важнее, — меня Виолетта любит так, как никогда не полюбит вас.

Блэйк был как натянутая струна. Ральф торжествовал.

— Мы с ней одно. В один прекрасный день ей прискучит все ваше богатство, и она вернется ко мне.

Блэйк замер. По выражению его лица нельзя было сказать, о чем он думает.

Виолетта вернулась к себе в комнату. Из окна спальни она наблюдала, как из ворот дома вышел Ральф, очевидно изгнанный ее супругом. Примерно через час после Ральфа дом покинул Блэйк. Он укатил куда-то в легком двухместном экипаже.

Горничная уговаривала ее немного поесть, но Виолетта решительно отослала на кухню все, даже сливовый пудинг.

Как же так могло случиться, что человек, которого она любит, не испытывает к ней никаких добрых чувств? Как жесток и безжалостен Блэйк!

В дверь постучали. Виолетта отворила и увидела на пороге горничную.

— Госпожа, — откашлявшись, сказала девушка, — его светлость просил передать вам, что сегодня в восемь часов вы ужинаете в Хардинг-Хаусе.

— Я никуда не пойду, — не задумываясь, ответила Виолетта. Она не могла видеть никого из членов семьи мужа. Она прекрасно понимала, что граф и графиня будут страшно расстроены, узнав, что их сын женился на выскочке, парвеню. Кроме того — что было еще важнее, — она не собиралась показываться на людях в обществе Блэйка, не считая, возможно, слушаний ее дела в палате лордов.

— Но ведь его светлость… — зашептала Марджи, — ведь его светлость желает пойти с вами, иначе он не стал бы присылать посыльного.

— Мне все равно, — огрызнулась Виолетта. — Когда он вернется, можете сказать, что я нездорова. Я серьезно говорю, — подтвердила она, видя, что горничная сомневается. — Я действительно скверно себя чувствую, и я не собираюсь обедать с ним в Хардинг-Хаусе.

— Хорошо, госпожа, — промяукала горничная и скрылась за дверью.

Услышав шаги Блэйка за дверью своей спальни, Виолетта насторожилась. Она молила Господа, чтобы он спокойно лег спать, но он постучал к ней.

Виолетта бросила взгляд на часы. Было семь вечера. До обеда в Хардинг-Хаусе оставался целый час.

— Виолетта? — Блэйк ворвался в ее спальню, не дожидаясь позволения войти. Он смотрел прямо ей в глаза. Объяснения было не избежать.

— Итак, вы скверно себя чувствуете? — Блэйк изогнул одну бровь.

— У меня весь день болит голова, — солгала Виолетта.