Самозванка
Шрифт:
В дверь постучали. Виолетта вся сжалась.
— Войдите.
В дверь протиснулась Катарина. Улыбнувшись, она устроилась на диванчике возле Виолетты.
— Вы уже пришли в себя после того, что случилось? Блэйк мне все рассказал.
— Не совсем. — Девушка пристально вглядывалась в лицо подруги, пытаясь понять, что та думает о случившемся. — Вы не сердитесь на меня? Вы так добры ко мне? Вы не начали меня ненавидеть? — Виолетта опустила глаза. — Я знаю, что виновата в несчастье, которое постигло Джона. Я знаю, что он никогда не захочет
— Я не виню вас, Виолетта, просто я волнуюсь за Джона. — Катарина разрыдалась.
Не выдержав, Виолетта заключила подругу в объятия.
— Возможно, он поправится. Чудеса случаются.
— Я молюсь за то, чтобы слова ваши оказались пророческими. — Вытерев глаза и высморкавшись, Катарина снова взглянула на Виолетту. — Блэйк рассказал мне об утреннем допросе. Я беспокоюсь о вашем будущем. Он — тоже. Поймите, Виолетта, я не виню вас ни в чем. В несчастье Джона я виню себя. — Прикрыв глаза, она прошептала: — Боже, прости меня.
— Катарина, вы не должны обвинять себя ни в чем! — обняв подругу, прошептала Виолетта.
— К сожалению, этим Джону не поможешь. — В голосе Катарины была обреченность.
— Катарина? Тогда… как вы считаете?.. не могу ли я повидать Джона? Я должна его увидеть. Для меня встреча с ним будет едва ли не самым трудным делом в жизни, но виновата я именно перед Джоном. Я буду на коленях умолять его простить меня.
— Джон в отчаянии. Сейчас он отказывается видеться с кем-либо, даже со мной, хотя я его лучший друг. После последнего визита доктора Брамана он полностью отказался от встреч с родными. Он не малодушный человек. Он самый великодушный из всех, кого я знаю. И я прекрасно знаю, что сам Джон не винит вас ни в чем. — Она помолчала. — Если теперь он не ждет вас или меня с распростертыми объятиями, это не значит, что в будущем он не будет рад нас видеть. Даже если он не сможет двигаться, он наладит отношения с близкими, я в этом не сомневаюсь.
«Хорошо бы», — подумала Виолетта.
Блэйк никак не мог избавиться от воспоминаний об утреннем допросе. Он содрогался при мысли о предстоящем судебном разбирательстве. Даже несмотря на то, что девушка полностью невиновна, ее будет нетрудно обвинить в убийстве, поведав во всеуслышание о ее прошлом и о том, что накануне смерти мужа она купила в аптеке крысиный яд.
Блэйк уже написал письмо одному из лучших адвокатов Лондона, Джорджу Доджу. Молодой человек был уверен в том, что, будучи связанным с самыми лучшими юристами города, Джордж сможет сделать для Виолетты больше чем кто-либо.
Прежде чем отправиться к себе домой, Блэйк решил подняться наверх и навестить брата. Это было трудным делом, и Блэйк мысленно готовился к встрече. Ради выздоровления Джона он был готов на все. Он с радостью бы продал душу дьяволу, если бы это помогло Джону подняться на ноги. Он готов был даже поменяться с Джоном судьбами.
Когда
— Привет, — заставил себя весело поздороваться Блэйк, — рад видеть тебя в добром здравии.
— К несчастью, я не могу спать весь день напролет, — пожаловался Джон.
— Тебе скучно, — заметил Блэйк. — Я бы тоже скучал на твоем месте. Позволь, я перенесу тебя вниз, там тебе будет веселее.
— Нет, — твердо отказался Джон. — Я вовсе не желаю, чтобы меня переносили с места на место, как младенца.
— Тебе следует приспособиться к этому, ведь до тех пор, пока ты сам не начнешь ходить, тебе понадобится посторонняя помощь.
— Пожалуйста, не говори мне об этом. Ты прекрасно знаешь, что я никогда не буду ходить сам.
— Ты обязательно встанешь на ноги, — начал было Блэйк, но в это время Джон нащупал возле себя на тумбочке тяжеленную книгу и запустил ею в брата. Блэйк не успел увернуться, и книга больно ударила его по плечу. Он выпрямился и ошеломленно посмотрел на брата.
— Ступай прочь, — сквозь зубы процедил Джон.
Блэйк не верил собственным ушам.
— Джон, ради Бога… я твой брат, и я хочу помочь тебе.
— Убирайся, — повторил Джон.
Блэйк застыл на месте. Он никогда не слышал, чтобы Джон разговаривал в таком тоне. Он был безукоризненно вежлив даже с недругами. Джон находился в таком потрясении, что не знал, что ему предпринять.
— Черт подери! — взорвался Джон. — Я не могу встать, следовательно, не могу вышвырнуть тебя из комнаты! Поэтому я прошу: убирайся! Сию же секунду!
Блэйк онемел. Он никогда не чувствовал себя более скверно, чем теперь. Тихо добравшись до двери, он обернулся и сказал как можно естественнее:
— Я зайду вечером.
Джон не ответил. Блэйк, ни слова больше не говоря, вышел.
Глава 22
Блэйк привез в Хардинг-Хаус адвоката и намеревался представить его Виолетте. Девушка, едва дыша, проследовала за слугой в библиотеку. Когда она вошла, двое мужчин, сидя на разных концах дивана, мирно беседовали. Адвокатом был представительный седовласый мужчина.
— Мистер Джордж Додж, — представил адвоката Блэйк.
Все трое сели, и адвокат начал:
— Леди Гудвин, лорд Блэйк поведал мне эту неприятную историю, которая зашла слишком далеко. Если судебное разбирательство состоится, а я уверен, что процесса не избежать, даже если при вскрытии тела в трупе не обнаружат следов яда, то вы можете рассчитывать на мою помощь и поддержку известнейших юристов и адвокатов Лондона и всей Англии.
Виолетта кивнула, прижимая руку к сердцу. Страх ее увеличивался с каждой минутой.
— Почему вы думаете, что процесс непременно будет? — воскликнула девушка.