Самое надежное

Абдуллаев Чингиз Акифович

– И это правильно, - рассудительно сказал Дронго. - Я тоже не всегда соглашаюсь с мнением большинства, даже если это большинство - страны Европы. Никто не докажет мне, что этнические споры можно решать с помощью бомбардировок.

– У вас еще и радикальные взгляды, - усмехнулся Леру, - это несколько необычно.

– Почему?

– Потому что детективы, как правило, - консерваторы, - пояснил консул.

– Я стараюсь быть оригинальным во всем, - пошутил Дронго.

Они выехали на побережье, и Леру увеличил скорость. Через двадцать минут они уже подъезжали

к небольшому заливу, где стояло несколько прогулочных яхт. Они вызвали у Дронго ассоциацию с известным французским курортом Сен-Тропе, где количество роскошных яхт превосходило всякое человеческое воображение.

С одной из яхт сошел высокий красивый мужчина лет шестидесяти. Он был одет в белые шорты и белую майку. Зачесанные назад волосы, крупный мясистый нос, седые брови, решительные складки на лице - это был лорд Александр Столлер. Его загорелое, чуть красноватое лицо выражало неподдельный интерес к гостю.

– Здравствуйте, - Столлер протянул руку гостю. Рукопожатие было крепким, как и подобало настоящим мужчинам.

– Добрый вечер, - ответил Дронго. - Я рад познакомиться с вами, господин Столлер.

– Мне тоже интересно с вами познакомиться, - признался Александр Столлер, - вы ведь самый известный эксперт в мире. Говорят, что лучшего аналитика, чем вы, просто не существует.

– Люди всегда преувеличивают, - любезно ответил Дронго.

– Давайте без формальностей, - замахал руками Столлер. - Я сейчас позову жену. Она очень хотела вас увидеть. Ведь вы не только самый известный аналитик, но и самый элегантный мужчина Европы. Инес, иди сюда и познакомься.

На палубу поднялась женщина средних лет. У нее были рыжие волосы, красивые зеленые глаза. Правда, под глазами были мешки, которые обычно появляются от неумеренного употребления спиртного. Ей было не больше пятидесяти, и она выглядела на свой возраст. Некогда красивая женщина, уже явно потерявшая свою привлекательность и тайно страдавшая от этого, она еще пыталась вернуть молодость с помощью косметических средств, но шея и руки выдавали ее возраст. Она была в темно-синей блузке и шортах, словно решила не отставать от своего моложавого супруга, который был старше нее на десять лет.

– Здравствуйте, мистер Дронго, - любезно улыбнулась Инес Столлер, - муж много рассказывал о вас. Я рада вас видеть.

– Благодарю вас, миссис Столлер, - вежливо сказал Дронго.

– Пора, - напомнил Леру, успевший припарковать машину на стоянке и вернуться к яхте, - я принес киви. Почему у Джерри всегда кончаются киви? Ей следует завести небольшую плантацию для себя и своей семьи.

– Они входят в ее особую диету, - ядовито заметила Инес, - поэтому она потребляет их в безумном количестве. Своими фантазиями она заразила и Джессику. Несчастная девочка теперь тоже сидит на диете. А в тридцать пять это совсем ни к чему.

– Джерри тоже не так много лет, - примиряюще сказал лорд Столлер.

– Ей уже за сорок, она на несколько лет старше Джессики, - улыбнулась жена. - Говорят, близнецы обычно женятся на женщинах, похожих друг на друга. Наверно, в данном случае это

исключение из правил. Джессика совсем не похожа на Джерри. Я имею в виду ее характер.

– Но внешне они похожи друг на друга, как сестры, - сказал французский консул, - и, честно говоря, я думаю, что Джерри выглядит гораздо моложе своих лет.

– Ты всегда говоришь неправду, - пожала плечами Инес. - Тебя послушать, так лучше Джерри женщины в мире нет.

– Я так не говорил. Но она прекрасный журналист.

– Мы отплываем, - вмешался в разговор лорд Столлер. - Фатос, мы готовы!

Дронго повернулся в сторону того, к кому обратился лорд. Там стоял невысокий мужчина с характерной южной внешностью. Черные волосы, большие глаза, темная кожа, крупные черты лица. Он молча кивнул и прошел в рубку. Через минуту яхта мягко отошла от причала и взяла нужный курс.

– Фатос - из Албании, - пояснил Морис Леру. - Многие албанцы во время гражданской войны бежали в Италию, а его семья - в Грецию. У Фатоса погибли два брата и сестра, но сам он выжил и с тех пор работает у Томаса Хаузера рулевым. Он вырос на море и хорошо его знает. Вы обращали внимание, что цивилизованные народы утратили свои природные способности? Мы отрываемся от природы и теряем гораздо больше, чем приобретаем, - вздохнул француз.

Они вошли в просторную кают-компанию. Александр Столлер уже сидел за столом, когда его супруга принесла фрукты и бутылку белого вина.

– Это чилийское, - сказала она, - мой муж почти два года работал в Чили и с тех пор любит только чилийские вина, белые и красные.

– И вообще все южноамериканское, - одобрительно кивнул Столлер. - Я представлял там интересы английских компаний. Трудно описать, какие красивые места в Андах. Еще я люблю текилу.

– Тогда мы с вами сходимся вкусами, - пошутил Дронго, - я вообще ничего не пью, кроме вина. И тоже люблю текилу. В Мексике меня научили пить текилу с солью и лимоном. Поразительно вкусный напиток.

– У Хаузера есть прекрасные образцы мексиканской текилы, - обрадовался Столлер. - Мы устроим там небольшое соревнование после ужина.

– Ни в коем случае, - возразила жена, - ты забыл про свою печень, мой дорогой.

– Заранее отдаю вам победу, - согласился Дронго. - Я люблю текилу, но мне тоже запрещено много пить.

– У вас проблемы с печенью? - догадался Леру.

– Нет. У меня никогда не было никаких проблем. Но я стараюсь не провоцировать свою печень. Дело в том, что я дважды перенес желтуху. Так она называется по-русски. Болезнь Боткина. Болезнь печени.

– Дважды? - не поверил Леру. - Но дважды не бывает. После первого заболевания у человека появляется иммунитет.

– У меня, очевидно, он не выработался, - развел руками Дронго. - Второй раз я заболел уже в зрелом возрасте, и полагаю, что болезнь передалась мне через кровь. Во всяком случае, я дважды перенес эту неприятную болезнь, но сейчас моя печень реагирует правильно и, если я не буду ее сильно провоцировать, то смогу выпить вместе с вами и хорошего вина, и достаточное количество текилы.