Само совершенство. Том 2

Макнот Джудит

— Что именно? — поинтересовалась Джулия. Несмотря на вызывающе вздернутый подбородок, ее голос предательски дрожал.

— Хотя бы то, что его бы арестовали и показали психиатру, в услугах которого он явно нуждался! Если бы это произошло, то, возможно, сейчас Рейчел Эванс не покоилась бы в могиле. Вина за ее смерть лежит и на моих плечах, и вы даже не можете себе представить, насколько тяжела эта ноша. Если бы по какому-то стечению обстоятельств Захария не осудили за ее убийство, то я бы обязательно отправилась в полицию и рассказала всю правду о гибели своего старшего внука. Вы должны

выдать его властям ради своего же собственного блага. В противном случае в один прекрасный день он убьет еще кого-нибудь, и смерть того человека будет и на вашей совести. Мне бы очень не хотелось, чтобы всю оставшуюся жизнь вы несли на себе такое же бремя вины, какое сейчас несу я.

— Зак не убийца!

— Вы в этом так уверены?

— Да!

— Хорошо. Но ведь даже вы не можете отрицать, что он — лжец. — На этот раз Маргарет Стенхоуп решила прибегнуть к наиболее весомому и абсолютно неоспоримому аргументу. — Ведь он в любом случае солгал. Либо вам, либо следствию и всем остальным. Разве не так?

Это было действительно так, и именно поэтому Джулия не могла заставить себя признать это вслух.

— Он лжец по призванию, — безапелляционно заявила Маргарет Стенхоуп. — И даже профессию себе выбрал соответствующую.

С этими словами она повернулась, чтобы уйти, но, не пройдя и нескольких шагов, снова заговорила, на этот раз стоя к Джулии вполоборота, причем усталые, грустные интонации ее голоса оказывали на Джулию гораздо большее воздействие, чем прежние гневные тирады.

— Вполне возможно, что Зак и сам верит в собственные вымыслы. Может быть, именно поэтому ему так легко удается убедить в них окружающих. Может быть, и его актерский «талант» объясняется всего лишь тем, что он действительно отождествлял себя со своими героями. А ему не раз приходилось играть людей, которые совершали массу ненужных убийств и выходили сухими из воды только потому, что были «героями». Может быть, он убил свою жену в полной уверенности, что и ему удастся с такой же легкостью избежать последствий. А может быть, — закончила она, подчеркивая каждое произносимое слово, — он просто не способен отличать вымысел от реальности.

Чувствуя, что еще немного, и она просто не выдержит нервного напряжения, Джулия с такой силой сжала сумку, что сломала замок.

— Вы что, пытаетесь убедить меня в том, что Зак — сумасшедший?

Голос Маргарет Стенхоуп понизился почти до шепота. Казалось, каждое слово дается ей с огромным трудом:

— Вы меня совершенно правильно поняли, мисс Мэтисон. Именно в этом я и пытаюсь вас убедить. Захарий — сумасшедший.

Может быть, она хотела сказать еще что-нибудь, но с Джулии и так было более чем достаточно. Резко развернувшись и не говоря больше ни слова, она почти побежала к машине, желая поскорее оказаться подальше от зла, которое таил в себе этот дом. Но куда убежать от семян сомнения, посеянных в ее душе?

Джулия собиралась задержаться в Риджмонте подольше и провести ночь в каком-то из местных мотелей, но после свидания с Маргарет Стенхоуп она поехала прямо в аэропорт, сдала взятую напрокат машину и первым же рейсом улетела обратно в Даллас.

Глава 55

Томми

Ньютон проводил выходные в своем лос-анджелесском доме, заканчивая работу над сценарием.

— Что-то случилось? — спросил он вошедшую сестру.

— Тебе только что звонил какой-то шутник, — ответила она и добавила с нервным смехом:

— Точнее, я надеюсь, что это был шутник.

— Лос-Анджелес — большой город, и в нем масса сумасшедших, которые обожают телефонные розыгрыши, — успокоил ее брат. — По-моему, — добавил он, улыбнувшись, — они таким образом борются со скукой и одиночеством.

— Это был не обычный розыгрыш, Томми.

— Почему ты так решила?

— Звонивший назвался Захарием Бенедиктом.

— Бенедиктом? — Томми отрывисто рассмеялся. — Но это невозможно. И что же он сказал?

— Он сказал… Он просил передать, что убьет тебя. За то, что ты якобы знал истинного убийцу Рейчел Эванс, но не сказал об этом.

— Но это же смешно!

— Этот человек не смеялся. Он говорил совершенно серьезно. Мне кажется, что тебе нужно позвонить в полицию. Томми задумался, но потом решительно покачал головой.

— Нет, кто бы ни был звонивший, он — либо неостроумный шутник, либо обычный сумасшедший.

— И откуда же тогда он взял номер твоего телефона, которого нет ни в одной телефонной книге?

— Очевидно, — попытался пошутить Томми, — этот сумасшедший — один из моих знакомых.

Сестра Томми подошла к журнальному столику, взяла телефон и протянула его брату.

— Звони в полицию. Даже если тебе безразлична собственная безопасность, ты все равно должен это сделать.

Поняв, что она не отступит, Томми со вздохом снял трубку:

— Ладно. Но я не удивлюсь, если они просто рассмеются мне в лицо.

Диана Коупленд высвободилась из объятий любовника и потянулась к телефону, стоявшему на столике в гостиной роскошного особняка в Беверли-Хиллз.

— Диана, — недовольно пробурчал человек, лицо которого было так же хорошо знакомо зрителям, как и лицо Коупленд, — неужели твоя горничная не может ответить на звонок?

— Это моя личная линия, — объяснила она, снимая трубку. — Наверное, какие-то изменения в завтрашних съемках. Алло?

— Ди-Ди? — послышался в трубке низкий мужской голос. — Это Зак. Ты знала, кто убил Рейчел, но позволила им осудить меня. Теперь можешь считать себя покойницей.

— Зак, подожди!.. — начала Диана, но в трубке уже раздавались короткие гудки.

— Кто это был?

Посмотрев на него невидящим взглядом, Диана медленно поднялась с дивана и застыла.

— Зак Бенедикт… — Голос ее дрожал.

— Что? Ты уверена?

— Он… Он назвал меня Ди-Ди. А так меня называл только Зак.

С этими словами Диана вышла из столовой и направилась в спальню. Сняв трубку телефона, который стоял на тумбочке рядом с кроватью, она набрала знакомый номер.

— Тони? Я… Мне только что звонил Зак Бенедикт.

— Мне тоже. Не волнуйся. Это был просто какой-то, сумасшедший.

— Но этот сумасшедший назвал меня Ди-Ди! А так меня звал только Зак, Он сказал, что я знала, кто убил Рейчел, но позволила ему сесть в тюрьму. И теперь он собирается убить меня.