Самая-самая
Шрифт:
Дэвид. Уж за это меня великодушно простите. Я действительно сын вашего старого друга Грэга. И действительно славился идиотскими пари, которые довели меня до полного отвращения к людям, так что Роксана в самом деле спасла мне жизнь.
Матье. И вы в самом деле ее любите?
Дэвид. Всем сердцем. Настолько, что даже люблю ее любовь к вам и сам предложил ей как угодно воспользоваться мною, чтобы вас соединить.
Матье. И вы вправду счастливы, что она вам не отвечает взаимностью?
Дэвид.
Матье. Она угадала.
Дэвид. В отношении меня тоже. Потому что, по мере того как я импровизировал, я замечал, что вымысел становится реальностью. По крайней мере в настоящий момент.
Матье. Так вы думаете, что потом будете несчастны?
Дэвид. Может быть, но мне наплевать. Я столько выстрадал оттого, что не страдал… Я предпочитаю страдать от любви, а не от отвращения к людям.
Матье. Только бы вы не переменились!
Дэвид. Если так случится, я снова приду к ней.
Матье. Между нами, я не так уж этого хочу.
Дэвид. О!.. Вы ничего не должны бояться. Ни за что на свете я не захочу утратить той веры в людей, которую она во мне пробудила.
Матье. Но, раскрыв мне вашу игру, разве вы ее не продали?
Дэвид. Нет. Я точно следовал ее указаниям.
Матье. Она хотела, чтобы вы открыли мне правду?
Дэвид. Ни в коем случае. Только чтобы я помог вам самому ее открыть.
Матье. А если бы я не догадался?
Дэвид. В этом случае она категорически приказала мне оставить вас прозябать дальше.
Матье. Она так сказала?
Дэвид. Буквально. Она была так уверена в вас!
Матье. Какую же веру надо было иметь, чтобы за эти годы ее не утратить!
Дэвид. Как она была бы рада слышать эти слова!
Матье (указывая на люк). А вы уверены, что она меня до сих пор не слушала?
Дэвид (улыбаясь). Вот вы и начали мыслить на нужной волне. Я вам больше не нужен. Моя роль окончена.
Матье. Надо думать.
Дэвид. О! Последнее слово…
Матье. Да?
Дэвид (в дверях). Если ваш фильм будет иметь успех… Я согласен на продолжение.
Матье. Дорого бы мне надо было заплатить…
Дэвид. Сколько? (Выходит.)
Матье подходит к люку, хочет поднять крышку, но передумывает. Берет Двойничка, надевает его на руку и пристраивает его у люка в позе ожидания. Люк открывается, и появляется кукла, изображающая Роксану; она держит на палке синий прямоугольник.
Двойничок смотрит на него в недоумении, затем достает из кармана мел и пишет на нем букву «П». Кукла Роксана одобрительно
Матье. Моя самая-самая!
Роксана. Я так боялась, что твои первые слова будут другие!
Матье (снимает куклу и усаживает ее в кресло). Не бойся. Мое затмение прошло. И так слишком долго оно затянулось.
Роксана (усаживая свою куклу рядом с куклой Матье). Почти столько же, сколько и мое, и без Дэвида оно, возможно, еще бы и не кончилось.
Матье. При чем тут Дэвид?
Роксана. Он заставил меня признать, что в каждом мужском лице я видела и вижу только твои очертания.
Матье. Так же, как и я всегда искал только тебя.
Роксана. Правда?
Матье. Как будто ты этого не знала.
Роксана. Эти семь лет – нет.
Матье. Я тоже. Хотя время от времени у меня мелькало подозрение…
Роксана. У меня тоже. Но я не решалась сказать тебе об этом.
Матье. Я тоже. Я так боялся обмануться.
Роксана. Я тоже. Я боялась, ты подумаешь, что я навязываюсь.
Матье. Я тоже, и потом, я хотел, чтобы ты сама догадалась.
Роксана. Я тоже. Но ты ничего не понимал.
Матье. Ты тоже. Ты включала первую программу, когда я хотел смотреть вторую…
Роксана. Ты тоже. Тебе уже не нравилось то, что нравилось мне.
Матье. Ты тоже – засыпала, когда мне совсем не хотелось спать.
Роксана. Ты тоже…
Матье и Роксана (вместе). И хуже всего то, что… (Удивленно и радостно смотрят друг на друга.) Что?
Поскольку ни один из них не хочет начать первым, они считают на пальцах – «один», «два», «три» и вместе произносят: «Кьянти!»
Матье. Ты мне больше не предлагала выпить, когда мне хотелось!
Роксана. Ты тоже!
Матье. Ты забывала ставить бутылку на обычное место!
Роксана. Ты тоже!
Матье. Я – и ты тоже! Ты – и я тоже! Как мы были близки друг другу, когда думали, что далеки!
Роксана. Однако сколько мне пришлось всего придумать, чтобы преодолеть это расстояние!
Матье. Ты могла бы выбрать и более прямую дорогу!
Роксана. Но благодаря этому ты, возможно, проложил на карте любви новую маленькую тропинку.
Матье. Она новая только потому, что ведет к тебе. Иначе она походила бы на тропинки всех тех людей, которые хоть и любят друг друга, но не могут себе в этом признаться – из гордости или из застенчивости…