Сальватор
Шрифт:
– Пятьсот франков за пять минут? – переспросила горничная, с недоверием глядя на госпожу де Розан.
– Да, – ответила та.
– Да что же такого нужно сделать, чтобы так быстро заработать такие деньги? – произнесла горничная.
– Ничего особенного, мадемуазель. Двадцать минут тому назад, самое большее полчаса, в гостиницу приехали два путешественника.
– Да, мадам.
– Молодой человек и молодая дама, не так ли?
– Да, мадам, муж и жена.
– Муж и жена!.. – прошептала креолка сквозь
– В конце коридора. Номер двадцать третий.
– Рядом с их спальней есть какая-нибудь комната?
– Есть, но она занята.
– Мне нужна эта комната, мадемуазель.
– Но это невозможно, мадам.
– Почему же?
– Ее занимает некий коммивояжер, которому всегда оставляют именно эту комнату. И он ни за что не согласится ее покинуть.
– И все же нужно, чтобы он ее покинул. Придумайте что-нибудь. Если вы устроите меня в этой комнате, эти двадцать пять луидоров будут вашими.
Креолка достала из кошелька двадцать пять золотых и показала их горничной.
Та даже покраснела от жадности.
А потом задумалась.
– Ну, что? – спросила госпожа де Розан, начиная терять терпение.
– Возможно, все это можно устроить, мадам.
– Скорее, скорее, говорите, что для этого нужно сделать! Ну же!
– Этот коммивояжер каждую субботу уезжает в пять часов утра в почтовой карете, следующей в Париж, а возвращается только в понедельник.
– Сегодня как раз суббота, – заметила госпожа де Розан, – ведь уже час ночи.
– Да, но я не знаю, записался ли он в книгу, чтобы его разбудили.
– Пойдите и узнайте!
Горничная ушла и через несколько минут вернулась.
– Записался, – радостно объявила она.
– Значит, вы можете дать мне эту комнату в пять часов?
– Даже в половине пятого. Ему ведь надо будет дойти до почтовой станции.
– Хорошо. Вот десять луидоров в задаток. Можете идти.
– Мадам ничего больше не нужно?
– Нет, спасибо, ничего.
– Если мадам хочет перекусить, то поскольку этот мсье и эта дама только что заказали ужин, повар может одновременно приготовить то же самое и для вас. Ждать долго не придется.
– Я не голодна.
– Тогда я приготовлю вам постель.
– Приготовьте, если хотите, но я ложиться не буду.
– Как будет угодно, – сказала горничная и ушла.
Те, кто видел в зоопарке мечущуюся в тесной клетке львицу с горящими глазами, тоскующую в неволе и разлученную со своим самцом и львятами, может понять, в каком возбужденном состоянии находилась госпожа де Розан в интервале времени между уходом горничной и назначенным часом переезда в другой номер.
В половине пятого в коридоре послышался шум. Это коридорный стучал в дверь коммивояжера.
Четверть часа спустя госпожа де Розан, прижав ухо к замочной скважине, услышала, как
Вслед за его шагами послышались легкие крадущиеся шаги горничной. Эти шаги смолкли перед дверью номера госпожи де Розан.
– Комната свободна, мадам, – произнесла горничная.
– Проводите меня туда.
– Следуйте за мной, мадам.
И она пошла впереди.
Креолка последовала за ней и дошла в потемках до номера двадцать второго.
– Сюда, мадам, – сказала горничная да так громко, что могла быть услышана теми, кто не спал, или разбудить тех, кто спал чутко.
– Тише, мадемуазель, – сказала креолка с угрожающим выражением на лице.
Затем, стараясь поскорее отделаться от этой девицы, добавила:
– Вот ваши остальные пятнадцать луидоров. А теперь можете идти.
Горничная протянула руку и взяла пятнадцать луидоров. Но тут она увидела, что лицо молодой дамы было смертельно бледным, а из глаз сверкали молнии.
«А, все понятно! – подумала горничная. – Молодой человек из двадцать третьего номера, вероятно, назначил ей свидание. И когда его жена заснет этой ночью или отлучится куда-нибудь завтра утром, он к ней придет сюда».
– Спокойной ночи, мадам, – сказала она с насмешливой улыбкой низших существ.
И ушла.
Как только горничная скрылась из виду, госпожа де Розан быстро осмотрела комнату.
Это был самый настоящий номер трактира.
В основном все комнаты в трактире выходят в один коридор, соединяются между собой и уединиться в них можно только заперев соединяющие их двери. Они словно бы нанизаны на одну нитку, как бусинки четок. Именно это и заметила немедленно госпожа де Розан, и очень этому обрадовалась.
Справа находилась дверь, ведущая в номер 21, а слева была дверь, выходившая в номер 23. Другими словами, комната, в которой она в настоящий момент находилась, сообщалась с комнатой, которую занимали Камил и Сюзанна.
Быстро подойдя к двери, она приложила ухо к замочной скважине.
Беглецы еще и не ложились спать. Они заканчивали ужин, который был подан им вовсе не так быстро, как обещала горничная. Или же ужин затянулся по причине всех этих слащавых ужимок, которым предаются влюбленные, когда они сидят тет-а-тет за столом.
Она услышала продолжение их довольно оживленной беседы.
– Ты не обманываешь, Камил? – спросила Сюзанна де Вальженез.
– Я никогда не обманываю женщин, – ответил Камил.
– Кроме своей жены, не так ли?
– Ну, на это была веская причина, – со смехом ответил Камил.
Последние слова сопровождались длинным и звонким звуком, от которого по телу госпожи де Розан пробежали мурашки.
– А если ты обманешь меня так же, как и ее, под предлогом того, что имеешь на это веские причины? – спросила Сюзанна.