Саломея
Шрифт:
– Хорошо, я поеду с вами! – решила женщина. – Может, вам и вправду лучше не оставаться с теткой наедине. Того гляди, снова швырнете в нее какой-нибудь предмет, да еще и попадете, на беду… Где вы?
– Недалеко от дома, в кафе! – радостно воскликнула Кира. – Обедаю! У меня зверский аппетит после тюрьмы и больницы! Подъезжайте к нам во двор, я тоже буду там!
Они встретились в условленном месте через час, и первым делом Кира указала Елене на ярко-красную машину, припаркованную неподалеку от подъезда, где
– Узнаете? Ему даже машину переставить не дали, а он ведь полтротуара перекрыл! Соседи эвакуатор могут вызвать!
– Могут, – согласилась женщина, осмотрев неудачно поставленную машину. – Вчера тут была жуткая теснота, видно, втиснул «ниссан» куда пришлось…
– Когда его забрали? – понизив голос, проговорила Кира. – Так тихо, незаметно…
– Сразу после поминок, во дворе.
– А тетка знает?
– Понятия не имею. Не знаю даже, можно ей об этом сказать? – с сомнением произнесла Елена. – А кстати, дома она?
– Наверняка да! – фыркнула девушка. – Держу пари, вылизывает квартиру после гостей. Вы ее не знаете, она такая аккуратистка, у нее все должно сверкать. Девиз: «Я чистюля, а все остальные – свиньи!» Она и отца доставала. Не думайте, что между ними все гладко было! Только он всегда пропадал в командировках, практически тут не жил, все доставалось на мою долю…
Они вошли в подъезд вместе, и при виде их Татьяна Семеновна испустила тихий радостный звук, похожий на голубиное воркование. Обретя дар речи, пожилая женщина бросилась к Кире:
– Деточка, так тебя насовсем отпустили?
– Представьте, тетя Таня, да! – с торжеством ответила та.
– Ну, слава богу, не могу передать, как я рада! Домой идешь? А тетя ждет, знает?
– Думаю, нет! – В голосе девушки звучало ничем не прикрытое злорадное ликование, но простодушная соседка ничего не заметила.
Она метнулась к телефону, стоявшему у нее на столе:
– Так ее надо предупредить, а то сердце схватит от не– ожиданности! И так она мне вчера вечером жаловалась, когда во дворе встретилась…
– Думаю, с сердцем у нее все будет в порядке! – ядовито ответила Кира, направляясь к лифту. – Не звоните, это абсолютно ни к чему!
Вахтерша застыла, провожая взглядом девушку и Елену, пославшую ей неопределенную улыбку. Они молча поднялись на девятый этаж. Лицо Киры было обращено в профиль к Елене, но женщина даже по кончику ее носа видела, что та страшно волнуется. Когда они вышли на площадку, Кира не– ожиданно схватила свою спутницу за руку. Пальцы у девушки были ледяные и заметно подрагивали.
– Не верьте, если тетка начнет говорить обо мне плохо! – тонким, не своим голосом попросила она вдруг.
– А я никогда и не верила, если слышала о вас дурное. – Елена улыбнулась, и эта улыбка ободрила девушку.
Она набрала полную грудь воздуха и с силой выдохнула его:
– Тогда идемте! Чего я боюсь, в самом деле?! Теперь-то…
Они позвонили и долго ждали ответа. Прислушавшись, Елена различила за дверью отдаленный гул пылесоса. Она
– Хватит, хватит, слышу!
Дверь распахнулась. На пороге стояла Наталья Павловна, облаченная в линялый халат, на котором не хватало половины пуговиц. Ее голова была повязана синей косынкой, на тощей шее блестела дорожка пота, спускавшаяся по костлявой грудной доске и терявшаяся под выцветшей фланелью. Она молча смотрела на посетительниц, будто ожидая комментариев к их появлению. Елена была втайне разочарована. На желтом лице Натальи Павловны не отразилось ровно никаких эмоций.
– Я пришла за вещами, – нервно сглотнув, выпалила Кира.
– За чьими вещами? – спокойно поинтересовалась та, не делая попытки освободить проход.
– За своими! – Голос девушки стремительно повышался, ее начинало трясти. Елена с испугом подумала, что, если у Киры начнется истерика, она не сможет ее удержать. – Тут, я думаю, все вещи мои!
– Ну, это тебе так кажется, – невозмутимо отвечала тетка.
– Вам что, папино завещание не указ?!
– Ты сперва вступи в права наследства, а потом вывози вещи. – Наталья Павловна перевела взгляд на Елену и улыбнулась своей мертвой улыбкой. – А вы что же, решили ей помогать? Напрасно. Она и без вашей помощи справилась бы. В общем, вышло, как я и говорила, девочка разыграла перед вами комедию о несчастной сироте…
– Кира хочет взять вещи из своей комнаты, – откашлявшись, проговорила Елена. – Диски и книги. На это она имеет право, наверное?
– Да ради бога, пусть берет, – пожала плечами та, отступая в глубь прихожей.
Едва гости вошли, Наталья Павловна стремительно захлопнула и заперла дверь, будто боясь, что за ними последует кто-то еще. Разом утратив деланое спокойствие, она ненужно суетилась и выглядела напуганной. Елена тут же поняла причину ее нежелания пускать Киру за порог. С полок, занимавших стены прихожей, за ночь исчезла уже добрая половина книг. Они перекочевали в большие картонные коробки, стоявшие тут и там, еще не запечатанные и красноречиво демонстрирующие свое содержимое. Кира, бросив на них взгляд, криво усмехнулась:
– Пользуетесь моментом? Между прочим, книги – это тоже мое имущество!
– Здесь пока ничего твоего нет. – Наталья Павловна проговорила эти слова почти бесшумно, но шепот достиг слуха Елены. Женщина испытующе посмотрела на нее, но та не сводила взгляда с Киры. У Натальи Павловны был такой вид, будто в квартиру ворвалась плохо дрессированная, малознакомая собака, и теперь ее задача – не делать резких движений, чтобы не быть покусанной.
– Ошибаетесь, тут все мое!
Кире заговорила почти спокойно, но как раз это спокойствие и пугало, по всей видимости, ее тетку. Сжавшись, как в ожидании удара, та провожала племянницу напряженным взглядом. Девушка приоткрыла дверь столовой, заглянула туда и насмешливо произнесла: