Сакрополис. Маг без дара
Шрифт:
– У меня есть одна мысль, – продолжила рыжая. – Чтобы лишний раз не рисковать, предлагаю разбиться на три группы и подсчитать, сколько манорода получится добыть за час, не привлекая при том чудовищ из глубин. Если уложимся в отведенное время – останемся здесь. Если будем опаздывать – придется спускаться ниже. На третий ярус могут пойти господа Зарубин, Одинцов и Давыдов вместе с самыми опытными и умелыми студентами. То место наиболее опасно, к тому же там полно пещер и проломов, что ведут прямо в шахты. Логично выставить там самую сильную оборону. Со средним уровнем вполне
Я бы мог возразить и аргументировать это своей раритетной катаной и крутым дробовиком, но если уж Алина решила устроить мне отдых – так тому и быть. Снаряга снарягой, но лезть к черту на кулички и драться со всяким морлоками слишком муторно и опасно, так что спорить не стал. Вместо этого привалился плечом к колонне, достал фляжку и принялся созерцать красоту вокруг.
– Под барельефами могут быть еще жилы, – Бейкер провел ладонью по стене.
– Знаю, – Алина вздохнула. – Придется все здесь разрушить.
А дальше случилось то, чего я меньше всего ожидал, хотя такая реакция вполне понятна. Одна из трех девушек, что остались вместе с нами, закрыла лицо руками и тихонько разревелась. Остальные леди выглядели немногим лучше – покрасневшие щеки, дрожащие губы, блестящие веки.
По сути, прямо сейчас им предстояло разрушить место, где они упражнялись в магии долгие годы. Это все равно что снести любимую школу по прихоти иноземных захватчиков. Только вот школу можно отстроить заново, а подобные культурные артефакты теряются раз и навсегда.
– Я сделаю это сама, – Блок выпрямилась и вскинула подбородок.
Громкий хруст пронзил до самых костей. Тонкие женские плечики вздрогнули, а грохот осыпавшегося крошева заглушил тихие всхлипы. Взмах руки – и ветер втянул белую пыль в щели, и сквозь белесое марево проступила окруженная прозрачным коконом темная фигура.
– Надеюсь, – прошипела Алина, встав вполоборота, – очень скоро я сделаю то же самое с черепом британского подонка.
Но как бы постыдно это не звучало, страдания не прошли даром: под мраморными плитами обнаружились тонкие – с мизинец – ветвящиеся жилки, похожие не то на раскидистое дерево, не то на проросшие в камнях вены.
Это всяко больше тех жалких крох, что мы нашли изначально, однако вряд ли бы дотянуло до нормированных шести килограммов – хотя я, конечно, не держал кристаллы в руках и понятия не имел, сколько они весят. Если как золото – хорошо, а если как стекло – нам крышка.
– Соберитесь с духом, дамы и господа, – в голосе проректора царил холод, несмотря на клокочущую внутри ярость. – Судьба Сакрополиса в наших руках. Вливайте ману медленно и осторожно, словно обращаетесь с мощной взрывчаткой. Что, в общем-то, недалеко от истины. Не думайте ни о чем, кроме работы, не бойтесь, но и не проявляйте излишнюю ретивость. Вспомните все, чему вас учили, и все пройдет гладко. Удачи.
Студенты встали вдоль стен, выбрали подходящие вкрапления и направили на них стихии, на которых специализировались. В минералы вонзились тонкие струйки огня, воды и ветра, лучи света и блестящие металлические
Звон этот не столько раздражал, сколько вселял тревогу, и оставаться с ним наедине было просто невыносимо. Чтобы хоть как-то отвлечься, я задал Алине давно интересующий вопрос:
– Все хотел спросить, а это подавление пси-связи – чем оно вызвано? Колдуном? Артефактом? Или неким техномагическим устройством?
– Чем угодно, – проворчала девушка, будто я сломал барельефы не из острой нужды, а просто по приколу. – Хоть одним, хоть другим, хоть третьим, хоть всем вместе взятым.
– Хм… – глотнул виски и почесал пальцем в ухе, чувствуя, что от комариного писка скоро сам завою, что мутант. – Есть идеи, как найти источник?
– Если б были – уже бы нашла.
– Слушайте, хватит дуться! Не я виноват в том, что происходит. Не я позвал этих чертовых британцев. Если и дальше собачиться, о победе можно забыть.
– Я вас не знаю, господин ректор. И в Петербурге вы прослыли не самой публичной персоной. Видимо потому, что вас прятала собственная семья. Я не знаю, о чем вы думаете, в кого верите и какие цели преследуете. Следовательно, не могу вам доверять. И работать сообща – тоже.
– Но я не сделал ничего, чтобы потерять ваше доверие.
– Да неужели? – ведьма в гневе обернулась. – А как же… о, Тьма! – ее глаза округлились, а ладони окутали темно-фиолетовые дымные черви. – На пол, живо!
Я запрокинул голову, и в этот миг с потолка спрыгнуло нечто, похожее на громадного лысого опоссума с шестью когтистыми лапами и полностью пастью крокодильих зубов. Тварь явно нацелилась вцепиться мне в лицо и прокусить макушку – с такими клыками череп треснул бы, как лесной орех. И если бы не своевременное вмешательство магистра, мое путешествие в подземелье закончилось бы на первом же ярусе.
Но черви растянулись в длинные жгуты, обхватили мутанта и сдавили что есть сил, буквально выжав сморщенную тушку прямо мне на голову. Матерясь и чертыхаясь от попавшей за воротник требухи, я вскочил и хотел спрятаться за колонной, однако поскользнулся на выпавших из гадины кишках и грохнулся на спину.
Тут же сверху сорвался еще один уродец в попытке закончить то, что начал сородич. Как оказалось, обрушение барельефа вскрыло широкие ходы под потолком, где твари устроили себе лежки поблизости от залежей манорода – своеобразные солярии, где и загорали на радость мутагенам.
Меж ходами словно бусины зияли крупные чашеобразные камеры, забитые «крысами» сверху донизу. Их складчатые белесые тельца непрерывно шевелились, напоминая опарышей в ранах от дроби, и один только взгляд на эту мерзость чуть не вызвал приступ тошноты.
Теперь же потревоженные монстры выползали из укрытий и с отвагой камикадзе бросались на защиту драгоценного минерала. Хвала всем богам, я успел выхватить катану и приставить рукоять к груди. В падении тварь напоролась на острие, но какое-то время скользила по клинку и размахивала огромными – как у ленивца – когтями.