Сахарный павильон

Лейкер Розалинда

По дороге домой Софи подумала, что пока ее врагу удалось мало чего добиться. Во всяком случае, о ней он не располагал никакой информацией. Упоминание в объявлении о том, что она, вероятно, служанка, явно происходило из допроса обитателей шато. Тот факт, что в шато, кроме графа и графини, никаких аристократов обнаружено не было, а маркиза и мальчика не нашли, указывал, что их побегу содействовал кто-то из прислуги. Затем некто сделал весьма проницательное предположение, что все трое бежали в Англию. Софи пришло в голову, что ее враг, судя по всему, предположил, что маркизу и Антуану помогла бежать кормилица. Судя по тому, что ей рассказал хозяин харчевни,

злодей был уверен, что все трое на ферме, а потому ни на секунду не стал задерживаться в деревне. После того, как он вышел из себя на кладбище, ему ничего не оставалось, кроме как скрыться. Но каким образом он узнал, что она и ее спутник находятся на ферме, оставалось тайной. Каким-то образом он прослышал о нападении на них разбойников.

Софи была уверена, что если бы миссис Миллард была способна говорить, она бы вспомнила немало подробностей о внешнем виде француза. Теперь Софи не знала, когда же ей еще раз придется посетить эту ферму.

Глава 15

В дни, оставшиеся до начала ее работы белошвейкой, Софи была счастлива всецело отдаться кондитерскому делу. Ателье распространяло на всю округу волшебные ароматы карамели и лимона, ванили, апельсинового цвета, корицы, миндальных орехов и шоколада.

Клара с первого дня надела белоснежный фартук и чепец, чтобы помогать Софи в работе. Кондитерское дело ей так понравилось, что она стала всерьез подумывать о том, чтобы бросить свою летнюю работу ныряльщицы. Подобно всем умелым домохозяйкам, она сама прекрасно знала, как следует варить леденцы, но, сработавшись с Софи, стала проявлять интерес к куда более сложным изделиям. Под руководством мадемуазель Делькур она вскоре научилась делать разнообразные фигурки из сахара. Особенно ее привлекало искусство приготовления конфет. Она с увлечением познавала разнообразные тонкости этого дела.

Равное внимание со стороны Софи уделялось и Генриетте. Как самой молодой и менее опытной работнице ей приходилось выполнять работу простую, но утомительную, например, процеживать через марлю очищенный сахар, вытекавший из нагревавшегося на углях парового котла. Эту трудную работу нужно было делать по нескольку раз подряд, тем не менее, Генриетта никогда не жаловалась. Больше всего ей нравилось окунать консервированные фрукты, или апельсиновые дольки, или просто карамель в сахар и делать из них после этого маленькие пирамидки, которые затем помещались в формочки с жидким сиропом. Поначалу пирамидки у нее получались кривенькие и частенько рушились, однако вскоре она достигла в их изготовлении определенного мастерства. Ей также нравилось на пару с Кларой делать ячменную сахарную помадку. Вдова нарезала приготовленную смесь кусками и бросала их Генриетте. А та уже раскатывала их, подобно воску, вручную. Софи рассказывала, что в ателье ее отца одна женщина, как правило, раскатывала одной рукой шесть штук за раз, и к тому же должна была стремиться Генриетта.

Софи сама делала фруктовую карамель, разноцветные французские тянучки, прозрачные леденцы, которые надо было варить на медленном огне и снимать в определенный момент, а также изготовляла и все остальное, что пока было вне профессиональных возможностей ее добрых помощниц.

В день первой отправки товара пришлось немало поволноваться. Бумажные коробки с бахромой, изготовленной при помощи предусмотрительно купленного Софи устройства, укладывались на легких деревянных подносах местного производства. Аккуратно упакованные сласти различных

цветов, многие из которых были украшены засахаренными фиалками и орешками, сахарной стружкой, марципановыми листочками, представляли собою ласкающее глаз зрелище.

Там были подносы с шоколадным грильяжем, леденцами, а также масса сладких таблеток от кашля, некоторые внешне похожие на крохотные драгоценные камни. Подносы были аккуратно сложены в находившуюся в кабриолете полость под сиденьем. Софи, надев свое лучшее платье и новую соломенную шляпку, завязывающуюся под подбородком ленточками, заняла место на козлах. Взмахнув поводьями, она отправилась в путь.

Миссис Эдвардс обрадовалась ее конфетам. Она даже хотела забрать весь товар, пользовавшийся особой популярностью у посетителей-детей. Остальные владельцы магазинов, явно впечатленные презентацией Софи, тем не менее повторного заказа не сделали, заявив несколько снисходительно, что прежде хотят посмотреть как будет расходится первая партия. В кофейне мадемуазель Делькур был оказан совершенно иной прием. Миссис Митчелл дегустировала изделия из разных коробочек.

– О! Это восхитительно. Мои посетители будут просто на седьмом небе! А вот этот мармелад просто тает во рту.

Менее чем через двадцать четыре часа в дверь ателье постучал официант из кофейни.

– Мисс Делькур, – сказал он, когда ему открыли дверь, – миссис Митчелл очень срочно требуются два подноса сладостей. Я прихвачу их с собой. Она велела мне передать, что многие посетители кафе хотят купить ваши конфеты себе домой.

Когда он скрылся с двумя подносами в руках, Софи повернулась к своим довольным помощницам.

– Конечно, еще рано говорить, но мне кажется, что предприятие «Кондитерская Делькур» пользуется успехом!

Шли недели, из лавок стали поступать повторные заказы, а конфеты, отсылаемые в заведение миссис Митчелл, раскупались лишь только появлялись на прилавке. Клара и Генриетта праздновали триумф, и даже Софи стала частенько задумываться, а стоит ли ей работать белошвейкой в Морском Павильоне. Но, хорошенько поразмыслив, она решила, что этот успех может оказаться временным, а поэтому глупо отказываться от дополнительного дохода. Добившись определенного положения во дворце принца, она в перспективе сможет стать поставщицей королевского двора.

Рано утром в начале мая, когда новая белошвейка прибыла в Морской Павильон, никому из дворцовой прислуги в голову не могло прийти, что Софи уже с четырех часов утра на ногах и успела приготовить множество конфет, мармелада и многого другого, к тому же дала своим помощникам задание на день, намереваясь завершить их работу вечером. Мадемуазель Делькур провели в бельевую, где уже находились две другие девушки из постоянной прислуги Карлтон-Хауса.

– Я – Роуз Люис, – дружелюбно представилась одна из них. – А вот эту зовут Бетси Доусон. Сейчас мы чиним передники, но для начала вы можете взять себе что получше. Вот, возьмите из этой стойки верхнюю простыню. Там надо кружева подшить.

Софи разложила простыню на коленях и взяла в руки иголку. Прекрасное кружево действительно местами отпоролось. При ближайшем рассмотрении, Софи заметила, что на простыни вышиты три пера – эмблема принца Уэльского. Бетси небрежно сказала:

– Да здесь все простыни с такими вышивками, если хочешь, можешь потом застелить постель Его Высочества. Должно быть, это доставит тебе несказанное удовольствие. – Обе девушки прыснули со смеху, ожидая как отреагирует на сказанное Софи. Софи усмехнулась.