Сахарный павильон
Шрифт:
Она внимательно вгляделась в его лицо. В последнее время они очень сблизились, и она глубоко и нежно его полюбила, поскольку он обладал всеми теми качествами, которыми она восхищалась в мужчинах. А поэтому ответ ее был искренен.
– Я очень люблю тебя, Рори, но я должна устроить свою жизнь, прежде чем подумаю выйти замуж за тебя или кого-нибудь другого.
Он страстно обнял ее в порыве чувств.
– Дело в Антуане? На этот счет можешь не беспокоиться. Я души не чаю в мальчике, и он станет мне сыном.
Она высвободилась из его объятий, отступив на шаг.
– Мне не хотелось бы делать тебе
– Ты считаешь, что его мать поставила бы это превыше его счастья и благополучия?
– Нет, но здесь ему хорошо. У него есть Билли, Клара и я.
– Но у него по-прежнему нет отца. Когда ты собираешься сказать ему правду?
– Еще до того как Антуан пошел в школу, я сказала ему, что теперь родители его пребывают не в шато, а в раю. А он мне сразу ответил, что там они встретятся с дедушкой и будут счастливы вместе. Дети могут смириться со смертью своих родителей, но никогда не простят, если их бросили. До какой-то степени я заменила ему мать и намерена дарить ему свою любовь и заботу до тех пор, пока с Божьей помощью он не вернется домой взрослым мужчиной.
Рори не мог скрыть своего раздражения.
– Ты хочешь сказать, что я должен тебя ждать до тех пор, пока Антуан не достигнет совершеннолетия?
– Я, кажется, никого не просила меня ждать! – возмутилась Софи.
Рори очень трудно было вывести из себя, но сейчас он уже сдержаться не мог.
– Никто не просил?! Так, значит, я для тебя ничего не значу?
– Я этого не говорила! Ну как ты не поймешь, что я должна позаботиться о том, чтобы Антуан вернулся во Францию не только потому, что меня об этом просила графиня! Будущее моей Родины находится в руках этого мальчика и ему подобных! Не реставрировать прогнившую монархию, но взять все самое лучшее из прошлого и навсегда соединить с истинной справедливостью, свободой и демократией. Вернуть былую честь и славу моей ныне разоренной и залитой кровью Франции.
Дрожащей рукой она коснулась своих глаз, чтобы утереть внезапно хлынувшие слезы.
– Ничто не заставит меня забыть мой долг!
Ярость отступила от сердца Рори.
– Тогда позволь мне разделить его с тобой.
– О, Рори, – покачала головой Софи, – неужели ты так ничего и не понял?!
– Я внимательно вслушивался в каждое сказанное тобою слово, но доводы твои меня не убедили, хотя я понял, почему ты так заботишься о мальчике.
Она умоляюще посмотрела на него.
– Тогда будь добр, выкажи это понимание, и давай не будем больше к этому возвращаться.
Он помолчал, не желая ее огорчать, но она знала, что отношение к ней Рори останется неизменным, и он по-прежнему будет ее любить.
Софи не могла не представить себе, какой был бы ее ответ, случись Тому предложить ей руку и сердце. Наверняка она была бы очень удивлена, быть может, это было бы ей приятно, но более всего ее бы переполняла радость триумфа победительницы, хотя, вне всякого сомнения, она отвергла бы предложение
Прежде чем Рори уехал к сестре, Софи обменялась с ним рождественскими подарками. Он преподнес ей прелестный веер, а она ему редкую книгу об Индии, написанную одним знаменитым путешественником. Подарок этот пришелся по сердцу капитану Моргану. Конечно же, во время Рождественских праздников Софи скучала по Рори, но в общем в компании Клары и мальчиков время она провела весело. Поскольку само Рождество в этот год не выпало на воскресенье, лавки были открыты, шла обычная торговля. По улицам ходили дети с вертелами и распевали рождественские песенки, церковные колокола звонили весь день. Софи в этот день работала и, только улучив свободную минутку, забежала помолиться в церковь Святого Николая. Лишь праздный народ мог стоять здесь всю праздничную службу целиком.
Рори вернулся в Брайтон через два дня после окончания рождественских праздников, но, получив приказ, срочно отбыл со своим отрядом в Дорсет, где в ожесточенном бою с контрабандистами погибли трое таможенников, а пятеро получили тяжелые ранения. Да, похоже, эти морские разбойники сейчас были в отчаянии. Британский флот, заблокировав французские порты, бросил вызов контрабандному промыслу, и теперь, несмотря на быстроходность своих шхун, злодеям не всегда удавалось уйти от погони. Вынужденные менять тактику, контрабандисты стали пользоваться утлыми лодчонками, которые не сразу можно было заметить на морском просторе. Соответственно возрастали и цены на благополучно доставленный до английского берега товар.
Рори ожидал очередного повышения по службе, поскольку его отряду уже удалось арестовать целый ряд предводителей орудующих в округе банд. Однако брумфилдская группировка вновь ушла, судя по всему, сменив контролируемый ею прежде район. Тем не менее, Рори не терял надежды разделаться с этими преступниками.
– По крайней мере, встретим Новый год вместе, – сказал как-то он Софи.
Увы, этому не суждено было случиться. Перед тем как отбыть в Дорсет, Рори пригласил Софи провести с ним вечер. Софи не надеялась, что шеф-повар даст ей по такому случаю выходной, но, на удивление, тот, немного подумав, дал свое согласие.
– В канун Рождества вы и так потрудились на славу. Так что можете уходить сегодня с работы после трех часов.
В канун Нового года, одолжив у Генриетты очередное платье, Софи протанцевала весь вечер с Рори, и на сей раз не было никакого Тома Фоксхилла, чтобы помешать им хорошо провести время вместе. Уже исполнился один час 1794 года, когда Рори, посадив Софи на своего скакуна, доставил девушку к дому Клары. Когда они прощались у калитки, она прошептала.
– Береги себя. Не рискуй понапрасну в Дорсете.
Он несколько иронично посмотрел на нее.
– Что-то ты в последнее время стала обо мне беспокоиться?
– Как же мне не волноваться о тебе? Ты же самый добрый и милый человек, которого я когда-либо знала.
Не совсем такого ответа он от нее ожидал, но Софи всегда была искренна и никогда не говорила того, чего не чувствовала.
– Я буду писать тебе каждый день, – пообещал он.
– И я тоже. – Внезапно она уткнулась лицом в его плечо и чуть не плача сказала: – Ну когда же в моей жизни наступит конец расставаниям?