Сахарный павильон

Лейкер Розалинда

Сказанное ею чрезвычайно его заинтересовало.

– Вот как? Должен заметить, что во время посещения домика миссис Ренфрю я обратил внимание, что оттуда наверняка отлично просматривается вся береговая линия. Я обязательно выдам вам подзорную трубу, но вы обязаны никому ее не показывать.

– И на что же я буду в эту трубу смотреть?

– На ворота какой-нибудь усадьбы, что оставлены настежь открытыми на ночь, чтобы в них могли проскочить повозки с доставленными товарами, какой-нибудь маркер, появившийся близ берега там,

где вчера еще его не было, следы на песке, лопасти мельницы, остановленные в момент прилива в определенном положении.

– А что такое маркер?

– Ну, это вроде как маленький буй, как правило, это несколько пробковых поплавков, которые не так просто заметить с берега. Они применяются в том случае, если контрабандисты доставили, например, бочонки с бренди либо с корабля в нейтральных водах, либо у самой Франции, но не уверены, можно ли их спокойно выгружать на берегу. Тогда к бочонкам привязывают груз, чтобы слегка притопить, а сверху цепляют маркер. Естественно, все это делается лишь в том случае, когда злодеи уверены, что за ними не следят таможенники.

– Дайте мне эту подзорную трубу.

Он был просто восхищен твердостью ее духа. Несмотря на все то, что он рассказал, и то, что ей уже пришлось перенести, эта девушка тем не менее хотела ему помочь. Капитан извлек из кармана камзола подзорную трубу и жестом пригласил Софи к окну. Там он показал, как следует пользоваться этим оптическим прибором, после чего протянул его Софи.

Посмотрев в это чудо науки, девушка увидела на горизонте корабль. Его паруса вздымались на ветру, словно гигантские лепестки розы. То было Прекрасное зрелище. Софи опустила прибор и, сложив, положила его в футляр, но взгляд ее по-прежнему не отрывался от горизонта.

– Моряки на том судне наверняка видят в подзорную трубу французский берег.

– Вас охватила тоска по родине? – участливо спросил Рори.

– Порой я и впрямь испытываю ностальгию, – тихо призналась она, тронутая его пониманием, – хотя мне и посчастливилось спастись, бежав оттуда.

– Помните одно, этот новый режим не изменит ни Парижа, ни пейзажей и небес Франции, которую вы знали.

Она отвернулась от окна, вопросительно посмотрев на Рори.

– Вы говорите так, как будто знаете, каково это – быть на чужбине.

– Я помню, сколь часто мысли мои обращались к родине, когда я служил в Индии.

– Когда я вернусь во Францию, – твердо сказала она, – а я надеюсь, что это когда-нибудь обязательно случится, я уже ни за что не покину родину.

Софи положила подзорную трубу в карман своей юбки и, разгладив передник, заверила, что будет как следует прятать ее в доме Клары.

– Я очень рад, что вы согласились с нами сотрудничать. Время от времени мы будем встречаться, и вы расскажете о том, что заметили подозрительного.

– Мне следует приходить в таможенную управу?

Рори отрицательно покачал головой.

– Я там редко бываю. В любом случае мне

не хотелось, чтобы кто-то еще знал о том, что я заручился вашей помощью. Чтобы не возбудить подозрений, я просто буду ухаживать за вами как за красивой девушкой. Вы не против того, чтобы совмещать мнимый флирт и дело?

Она на мгновение задумалась.

– И для этого вы придумали всю затею с подзорной трубой. В таком случае, я чувствую себя полной дурой.

– Что вы, что вы! – возмутился он. – Любые, даже самые ничтожные сведения могут в конечном счете привести к аресту злодеев. И данное вам поручение никоим образом не связано с моим личным желанием познакомиться с вами.

Она видела, что капитан говорит от чистого сердца, к тому же ей очень хотелось встретиться с ним вновь.

– Ну, в общем, у меня бывают свободные вечера.

– И когда же ближайший? Мне бы очень хотелось, мисс, пригласить вас отужинать и потанцевать в харчевню «Касл Инн».

– Как насчет следующей недели?

– А раньше никак не получится?

Она напомнила ему, что у него, как и у нее, на этой неделе будет предостаточно работы. Наконец они договорились, и явно удовлетворенный капитан распахнул перед Софи дверь, и она вернулась на кухню.

Когда в тот вечер Софи пришла домой, Клара как раз выходила из спальни мальчиков.

– Клара, – начала Софи, – сегодня на работе нас допрашивал офицер акцизной службы, который вчера к тебе заходил.

– Капитан Морган? Ну и что же…

– Я рассказала ему про Барнза. Нет, нет, не сердись. Он дал мне честное слово, что если понадобится, будет приходить ко мне только на работу. Он также пригласил меня отужинать вместе с ним в «Касл Инн».

– Ну, тогда все нормально, – дружелюбно сказала Клара. – Но если он всерьез приударит за тобой, не вздумай воспользоваться моей гостиной.

Софи так и прыснула со смеху.

– Ну что ты, Клара! Я уж позабочусь о том, чтобы он дальше калитки не ходил.

– И чтоб его даже на улице нашей видно не было, – суровым тоном заявила Клара. – Мне не хочется, чтобы эта вертлявая миссис Фарлоу подглядывала из-за занавески, а потом распространяла бы по всей округе сплетни, что в наш дом по ночам ходят мужчины.

– Не волнуйся, – успокоила ее Софи, – поступлю, как скажешь.

В ту ночь она вновь слышала отдаленный грохот, происхождение которого никак не могла понять. Откинув одеяло, Софи на цыпочках подкралась к окну. Там виднелась лишь залитая лунным светом улочка да застывшие в ночной тишине деревья. Судя по всему, именно морские волны порождали эти странные звуки. Достав подзорную трубу, Софи прошла в спальню мальчиков, окно которой выходило к морю. Прильнув к окуляру, она долго осматривала окрестности, но ничего особенного не увидела. Так и не узнав, что же является источником тревоживших ее шумов, Софи вернулась к себе. Вскоре она услышала, как в дом вошел ночной дружок Клары.