Сах. Мастер руны

Баковец Михаил

— Что? Кинжал… дай.

Во взгляде у неё была только боль и тоска, и ни капли понимания того, что я говорю.

— Так, ладно, займёмся лечением, — вздохнул я и сосредоточился на внутренний ощущениях. Что-то тёплое и приятное разлилось по телу и сосредоточилось в кончиках пальцев. Я бы сравнил это чувство с теми приятными ощущениями, когда к тебе прижимается любимая девушка и медленно гладит по спине, груди, рукам. — Ну, с бо… с Прис… дали же родители имечко, короче, с создательницей.

Я взял в свои ладони левую руку эльфийки и стал делиться с ней своим

теплом. Прошло секунд десять, когда та стала преображаться. Чернота с её рук сошла, левая рука стала понемногу набирать объём, а с лица и шеи уходить отёчность. Из глаз и сосудов, проступавших сквозь кожу, быстро пропала фиолетовость, которая сменила черноту после изумрудной вспышки. Увы, но совсем излечить её я не сумел. И правая рука эльфийки так и осталась высушенной, будто принадлежащей столетней старухи. Ещё и шевелить ей она не могла.

— Ты… как?! — прошептала она. — Кто ты, Юрий?

— Представитель конкурирующей фирмы с той, где ты до этого подвизалась на роли старшего менеджера, — устало сказал я.

— Что, что? Я тебя не понимаю.

— Я служу, хотя нет, — поправился я, — скорее работаю на тех, кого ты знаешь под именем старых богов.

— Но их же нет. Кто-то ушёл из нашего мира, кого-то убили в войне богов. Ни одного старого бога в мире не осталось.

— Кое-кто остался и желает взять реванш за давнее поражение. И сейчас предлагает тебе стать верховной жрицей.

Услышав мои слова, эльфийка от удивления так широко распахнула глаза, что уподобилась анимешным красоткам.

— Верховной жрицей? — прошептала она и спросила. — А кто ты?

— Паладин, — ответил я. Уточнять не стал, что получил этот чин всего несколько минут назад.

После моего ответа она молчала пару минут, потом с непонятным мне чувством задала новый вопрос:

— А зачем я богу, какая от меня польза с выжженными внутренними каналами силы?

— Создательница, она создательница, — поправил я эльфийку. — Не надо её богом называть, на такое обращение она сильно обижается. Что же до твоей проблемы, то энергоканалы повреждены в теле, а не в душе. Если ты примешь её предложение, то получишь новое тело. Я не сказал тебе самого важного: я мастер руны.

Собеседница вновь принялась косплеить девочек из японского аниме.

— Мастер руны? Но тогда… тогда…

— Тогда и ты станешь им, если примешь служение создательнице. Ей будет легче лёгкого дать тебе новое тело, лучше и сильнее, чем твоё настоящее. Как я понял, именно твоя душа имеет чистую силу, а не бренная оболочка. И в новом теле будут новые энергоканалы.

Наша беседа длилась очень долго, если принять во внимание происходящие события. Я даже во время одной пауз отошёл и закрыл дверь потайного хода и запер на засов парадный вход.

Наверное, час эльфийка раздумывала над решением, пока не приняла его.

— Я согласна, — произнесла она, замолчала на несколько секунд и уже более твёрдо и громче добавила. — Согласна служить создательнице Пристэнсилле, нести свет её могущества и веры по всему миру!

Уверен, ей пришлось нелегко. Одно дело, когда тебя

кидает тот, кому ты служил с душой. И другое дело после этого лично предать его. Всё-таки, годы верной и искренней службы сказываются. В истории можно найти не один пример, как тот, кого объявляли предателем и еретиком продолжал служить и защищать тех, кто от него отказался. Всё потому, что для себя эти люди давно всё решили и не собирались менять взгляды в угоду другим. К счастью, моя эльфийка оказалась не из таких. Или шок оказался сильнее, чем могу себе представить. И сейчас она не в себе, отсюда и положительный ответ. Хм, если так, то мне придётся потом прикончить её, если очухается и пойдёт в отказ. Неприятно, конечно, но вполне смогу это сделать.

— Отлично, теперь нам нужно уходить отсюда, только сначала мне нужно забрать эту вещь, — я указал кончиком меча на изумрудную шишку.

— Зачем? — женщина с подозрением посмотрела на меня.

— В ней сила той, с кем скоро создательница будет сражаться. Скорее всего, она знает, как использовать артефакт в свою пользу. И ещё мне нужно получить образец крови вот такого монстра, — я пнул по мумифицированному черепу твари, которая со своим собратом заставила меня как следует выложиться в схватке.

— Что? — опять воскликнула она. — Ты хочешь сам искать этих чудовищ?

— Сам-то я не хочу, но надо, — буркнул я.

— Это безумие.

— Ну, с этой парочкой я же справился.

— А для чего тебе их кровь?

— Для того, для чего и этот артефакт, — я опять указал на изумруд. — Создательница сказала, что они — это дети богини ночи.

— Фэр’Лайши? — с недоверием переспросила она у меня. — Вот эти монстры созданы ею?!

— Я не знаю её имени. Но она выглядит точно так же, как они. Только ещё и гермафродит.

— Я даже не знаю, как на это всё реагировать, — пробормотала эльфийка, прикрыла глаза и здоровой рукой кончиками пальцев потёрла середину лба. — Столько всего случилось, столько всего узнала. Так, ладно, нужен специальный контейнер, чтобы безопасно переносить божественный артефакт. Да и кровь, подозреваю, тоже в таком нуждается. Тебе повезло, что у меня они есть.

Из своей сумки она достала два небольших футляра размером с сардельку.

— Они сделаны из рога серебряного единорога. А пробки вырезаны из сердцевины ствола столетнего мелорна. Такие контейнеры не выпустят наружу даже божественное проклятье, — она протянула мне предметы. — Не прикасайся к камню, просто приставь к нему контейнер и затолкай его внутрь пробкой.

— Спасибо…

— Фаинэлия из Дома Белого Тростника.

— Спасибо, Фаинэлия.

Изумрудная шишка сначала перекочевала в спецконтейнер, а потом оказалась в моём мешке.

— Ну, всё можем идти дальше, — сообщил я эльфийке.

— Куда именно? Ты видел, что снаружи происходит?

— Через потайной ход пройдём, как и хотели вначале. Думаю, в узких туннелях справиться с толпой монстров будет проще, чем на улицах. Вот только сначала нужно собрать ценные вещи у твоих товарищей. Ты как смотришь на это?