Сага об Эгиле
Шрифт:
Тогда они прямо пересекли фьорд и поплыли вдоль берега на восток, пока перед ними не открылся еще один фьорд, поменьше. Они углубились в этот фьорд и плыли До тех пор, пока все шхеры в прибой не остались позади. Тогда они подошли к одному мысу. Перед мысом лежал островок, отделенный от него глубоким проливом. Здесь они стали на якорь. С западной стороны мыса в берег врезалась бухта, а там, где она кончалась, стоял большой двор.
Бьярн сел в лодку, и с ним еще несколько человек. Он сказал своим спутникам, чтобы те были осторожны и не рассказывали об их путешествии
Они разговорились, и Скаллагрим спросил, кто они такие. Бьярн назвался сам и назвал своего отца. Скаллагрим хорошо знал его отца Брюньольва и предложил Бьярну свою помощь во всем, в чем будет нужда. Бьярн поблагодарил его. Тогда Скаллагрим спросил, есть ли еще кто-нибудь на корабле из знатных людей. Бьярн ответил, что там Тора, дочь Хроальда, сестра херсира Торира. Скаллагрим очень этому обрадовался и сказал, что его долг и право оказать, насколько это было в его силах, необходимую поддержку сестре Торира, своего побратима. Он пригласил их с Бьярном и со всеми их спутниками к себе. Бьярн принял приглашение.
Весь груз с корабля перенесли тогда наверх, на луг перед Боргом. Они поставили там свои палатки, а корабль ввели в устье ручья, протекающего возле двора. То место, где стояли палатки Бьярна и его спутников, называется Бьярнатадур (луг Бьярна). Бьярн и его спутники стали жить у Скаллагрима. При нем всегда было не меньше шести десятков крепких мужей.
XXXIV
Осенью в Исландию прибыли корабли из Норвегии, и тогда прошел слух о том, что Бьярн бежал с Торой и увез ее против воли ее родичей, а конунг объявил его за это изгнанным из Норвегии. Когда этот слух дошел до Скаллагрима, он позвал к себе Бьярна и спросил, как было дело с его женитьбой и дали ли на нее согласие родичи Торы.
– Я не ждал, – сказал Скаллагрим, – что не узнаю правды от тебя, сына Брюньольва.
Бьярн ответил:
– Я тебе, Грим, говорил одну только правду, и ты не должен корить меня за то, что я сказал тебе не больше, чем ты спрашивал. То, что ты сейчас узнал, – правда: Торир, брат Торы, не дал согласия на нашу свадьбу.
Тогда Скаллагрим сказал в большом гневе:
– Как же у тебя хватило дерзости приехать ко мне? Разве ты не знал, какая дружба была у нас с Ториром?
Бьярн ответил:
– Знал я, что вы побратимы и близкие друзья. А пришел я в твой дом потому, что нас здесь прибило к берегу, и я знал, что было бы бесполезно скрываться от тебя. Теперь моя судьба в твоей власти, но я жду от тебя милостивого решения, потому что теперь я твой домочадец.
Потом вышел вперед Торольв, сын Скаллагрима, и долго просил своего отца, чтобы тот не винил Бьярна, если уж он принял его в свой дом. Об этом же просили и многие другие. Наконец Скаллагрим смягчился и уступил Торольву.
– Пусть Бьярн будет твоим гостем, – сказал он, – и будь с ним так ласков, как тебе хочется.
XXXV
Летом
Бьярн и его спутники провели зиму у Скаллагрима. Торольв был очень привязан к Бьярну, и они постоянно бывали вместе. А когда пришла весна, Торольв однажды заговорил со своим отцом и спросил, что тот собирается делать с Бьярном, своим зимним гостем, и какую помощь он собирается ему оказать. Скаллагрим спросил Торольва, что он сам об этом думает.
– Я думаю, – говорит Торольв, – что Бьярн охотнее всего поехал бы в Норвегию, если бы он мог там жить в мире. По-моему, отец, лучше всего поступить так: пошли людей в Норвегию и через них предложи Ториру мировую с Бьярном. Твои слова будут много значить для Торира.
Торольв сумел убедить Скаллагрима, и тот согласился и послал людей в Норвегию. Поехали те люди с поручением Скаллагрима и его верительными знаками к Ториру, сыну Хроальда, и добивались примирения между ним и Бьярном. А когда об этом узнал Брюньольв, отец Бьярна, он приложил все старания к тому, чтобы добиться этого примирения. Кончилось дело тем, что Торир согласился примириться с Бьярном, потому что он видел, что теперь тому уже нечего было опасаться. Тогда Брюньольв заключил за Бьярна мировую.
Посланцы Скаллагрима жили этой зимой у Торира, а Бьярн оставался у Скаллагрима. Летом посланцы поехали обратно, а осенью, вернувшись в Исландию, они привезли с собой известие о том, что Бьярн получил право вернуться в Норвегию. Бьярн провел у Скаллагрима третью зиму, а весной стал готовиться к отъезду, и вместе с ним его спутники, приехавшие с ним в Исландию. Когда же Бьярн собрался в путь, Бера сказала, что она хочет оставить у себя Асгерд, свою воспитанницу. Бьярн и Тора согласились, и девочка осталась у Скаллагрима и воспитывалась здесь. Бьярн оставил Скаллагриму и Бере богатые подарки.
Торольв, сын Скаллагрима, собрался в путь вместе с Бьярном, и Скаллагрим дал ему средства на дорогу. Летом он отправился с Бьярном. Плаванье было удачным, и они подошли к Согнефьорду. Бьярн направился в Согн, домой, к своему отцу. Торольв поехал вместе с ним. Брюньольв принял их с большой радостью.
Потом они дали знать о том, что приехали, Ториру, сыну Хроальда. Торир и Брюньольв договорились о встрече. Бьярн также поехал на их встречу. Они заключили с Ториром мир, и после этого Торир выдал то имущество, которое принадлежало Торе, а у Торира с Бьярном завязалась дружба, как у родичей.
Бьярн жил тогда в Аурланде в вотчине Брюньольва, и Торольв жил там с ними в большом почете.
ХХХII
Конунг Харальд подолгу живал в Хардаланде или Рогаланде в принадлежавших ему поместьях – Утстейне, Агвальдснесе, Фитьяре, Альрексстадире, Люгре, Сехейме. В ту же зиму, о которой идет речь, конунг был на севере страны.
Бьярн же и Торольв, после того как они провели в Норвегии зиму, весной снарядили корабли и набрали на них людей. Летом они отправились в викингский поход в восточные земли, а осенью вернулись с богатой добычей. Вернувшись, они узнали, что конунг Харальд в Рогаланде и собирается остаться там на зиму.