Сады Солнца
Шрифт:
Среди лабораторных зданий вспыхивают краткие перестрелки, но оборону сокрушают за считаные минуты. Не проходит и часа, как все выжившие ученые, техники и обслуживающий персонал сидят рядами на снежном берегу в свете мощных прожекторов, сцепив руки на затылке. Солдаты ходят между рядами и выясняют, кто есть кто, портативными считывателями ДНК.
Старших ученых, администраторов и начальника охраны под конвоем ведут в дом, где устроил штаб полковник Фредерико Пессанья. Террасы дома почернели от взрывов ракет, испещрены ямками от пуль. Стеклянная стена разбита. Пошел снег, ветер несет его сухие колючие хлопья, наметает сугробы
Семьи ученых и персонала эвакуировали в лагерь у начала фьорда, в зданиях, обстрелянных самонаводящимися снарядами, не обнаружили трупов, защитники были хорошо вооружены и оборонялись на подготовленных позициях. И — никаких следов главы комплекса. Никто из пленных не знал, куда он делся.
Уже под утро полковник велел привести к нему двух главных ученых и начальника охраны, раздеть и поставить их, голых и дрожащих, на колени на белый ковер, теперь испятнанный грязными солдатскими сапогами. Полковник спросил, кто сообщил о рейде, когда удрал начальник и где он прячется. Пленные сказали, что не знают про источник информации, босс исчез два дня назад, никому не известно, куда он делся. Полковник Пессанья достал пистолет и выстрелил ученым в голову, встал перед начальником охраны, упер ему дуло в лоб и задал те же три вопроса. Тело пленного покрывали распухающие шрамы и синяки, нос был сломан, глаз заплыл. Но он спокойно посмотрел за полковника оставшимся глазом и дал те же ответы, что и прежде.
— Мои люди привезут завтра твою семью, — пообещал полковник. — Либо она останется на свободе — либо умрет. Выбор за тобой.
— Полковник, он не сказал мне, куда уходит. А я не спрашивал. Поставьте себя на его место. Спросите себя, что бы вы сделали. Ведь то же самое.
— Как он удрал от вас? На вертолете? Лодке?
— Я полагаю, он именно ушел. Пешком, — сказал начальник охраны.
— Ты полагаешь? Ты не видел, как он уходил?
— Он ушел ночью. Лодки остались на месте, вертолет — на посадочной площадке. Значит, он ушел пешком.
— Я слышал, что он ушел не один. Это правда? — спросил полковник.
— Он забрал с собой двоих моих людей.
— Ты же их непосредственный командир! Отчего они не сказали тебе, куда идут?
— Полковник, я — начальник охраны, а не всей базы. Они не сказали мне, куда уходят, потому что я сказал им не говорить, — ответил тот.
— Ты долго прожил здесь?
— Одиннадцать лет.
— Знаешь местность? — спросил полковник.
— Конечно.
— Ты ходил по окрестностям. Исследовал их.
— Так часто, как мог, — подтвердил он.
— И куда бы ты пошел, если бы хотел спрятаться?
— Идти вдоль побережья невозможно: слишком много заливов и фьордов. Все, кто уходит отсюда пешком, должны подниматься в горы.
— Значит, он пошел туда, — задумчиво сказал полковник. — К какому–нибудь известному тебе месту. Хижине, бункеру.
— Я не знаю, куда он пошел. Можете меня застрелить, но я и в самом деле не знаю.
— Застрелить? Хм. Нет, не сейчас. А вот твоего ребенка — очень даже. Твоей младшенькой, если не ошибаюсь, пять. Так ее вести сюда?
Начальник охраны начал высказывать то, что думает о полковнике, — длинно и непристойно.
— Уже все? — осведомился полковник. — Теперь подумай хорошенько. Тот человек — уже не твой начальник. Ты ничего не должен ему. Своей семье — да, должен. А ему — ничего. Куда он пошел?
— Я не знаю! Я и в самом деле не знаю!
Полковник спросил у капитана, проводившего допрос:
— Остальные сказали то же самое?
— Да, сэр.
— Ответы подтвердили с МРТ?
— Если они и знают что–нибудь, то спрятали очень глубоко, — сказал капитан.
— Тогда, наверное, это правда. В самом деле, почему бы нет? — подумал вслух полковник.
Он приказал охраннику снять с начальника охраны наручники и дать одеяло, усадил его в большое кресло у камина, налил виски.
— Перед работой здесь ты был военным, — сказал полковник и протянул пленному стакан. — Поговорим как солдат с солдатом. Ты спросил меня, что я бы сделал на месте твоего босса. Ну так я скажу. Я бы не удирал. Я бы остался со своими людьми и дрался бок о бок с ними. Но твой босс — трус, бросивший тебя в дерьме. Всех вас и ваши семьи. Вы хорошо дрались. Я уважаю хороший бой. Но твой босс не заслуживает преданности.
— Мы дрались только потому, что вы атаковали нас, — выговорил тот. — Вы проигнорировали наши послания. Мы же хотели сдаться. Полковник, вы ломились в открытую дверь. Если бы вы пришли с миром, мы бы мирно сдались.
— Но поставьте вы себя на мое место, — предложил полковник. — Я командую операцией по ликвидации исследовательской базы, где окопалась банда негодяев, совершивших все возможные злодейства против эволюции, гнусные преступления против бога и Геи, создающих монстров, химеры из животных и человеческих детей. Разве я могу доверять таким злодеям и попросту войти беззащитным в их логово? Конечно же, я попаду в засаду.
Глава охраны спокойно допил бренди.
— Да, мы оба солдаты, — усмехнувшись, сказал он. — Но вот с солдатской честью у нас совсем по–разному.
Это были его последние слова. Звон упавшего на пол стакана прозвучал эхом выстрела, убившего пленника. Пессанья прошел мимо трупа в кресле к разбитому окну, выглянул в черную ночь, рассеянно повел пальцем по россыпи кровавых брызг, запятнавших черно–белый камуфляж. Снаружи сильно дуло, снежные вихри плясали по разрушенной террасе, ветер свистел в осколках стекла, торчащих, будто кривые зубы.
— …Мы упустили его, — наконец выговорил полковник. — Конечно, мы проверим данные со спутника, но вряд ли отыщем что–нибудь. Мой отец будет недоволен. Но что уж поделать. Вы взяли под контроль все здания?
— Да, сэр, — ответил капитан. — Похоже, местные стерли все записи.
— Чего и стоило ожидать. Везите сюда спецов. Им — день на то, чтобы откопать полезное. Арестованных вывезем утром, а когда спецы закончат, сотрем это место в пыль.
— Сэр, а семьи?
— Вашу мать, забыл! — воскликнул полковник, взялся пальцами за нос, поморщился и закрыл глаза. — …Хорошо, прямо сейчас вышлите дроны, пусть проверят где и как. Мы явимся к ним на рассвете, предложим сдаться. Нет, лучше пусть один из их ученых пойдет и предложит. Скажите, что убьем всех, если откажется сотрудничать. В общем, соберем эту дрянь, возьмем с собой и отдадим Пейшоту. Пусть сами решают, как их наказать. В конце концов, во всем этом дерьме виновата их знаменитая ведьма от генетики.