Сады Адама
Шрифт:
Солнечные лучи сдернули пелену ночного тумана, свежий ветер просвистел над крышами домов, многоголосо запели птицы, сердито рычали грузовики, выплевывая сизую пену из выхлопных труб. Город просыпался.
Илона приняла холодный душ, долго массировала виски. Собравшись на работу, она взяла папку с собой. Без особой надежды, набрала рабочий номер Марка. К телефону подошла женщина, сухо спросила кто она такая, откуда собственно взялась, и что ей нужно от господина Когана. Робея, отчаянно запинаясь, девушка представилась.
– Милая моя! – женщина язвительно хмыкнула, –
Сбывались наихудшие предчувствия! Неожиданно она вспомнила сотрудника, молодого симпатичного парня. Илона работала в «Аяксе» вторую неделю, и на высокого, сложенного как профессиональный боксер мужчину поневоле обращала внимание. У него было простоватое открытое лицо, густые черные волосы, и синие насмешливые глаза. Очень привлекательный парень, кабы не переломанный нос, да жутковатый кривой шрам на правой скуле. Проведя утро в томительном размышлении, девушка решила довериться незнакомцу. Он производил впечатление надежности и силы, а хранить в одиночку зловещую тайну жутковатой папки, она больше не могла.
Она собралась уходить, когда громко зазвонил телефон. Девушка ворвалась в квартиру. На краткое мгновение вспомнила Роберта, свело скулы от неуемного желания впиться губами в его смеющийся рот. Илона охнула, и замерла возле аккуратного зеленого аппарата с веселыми разноцветными кнопками. Переведя дыхание, она мысленно сосчитала до пяти.
– Алло! Слушаю вас!
Девушка мечтала услышать голос тети. Как она в шутку называла родственницу «тетя Лена Коган». При этом обе девушки заливисто хохотали, а занудный Марк недоуменно смотрел на них поверх очков.
– Говорите…
– Я хорошо вас понимаю, солнечная принцесса! – голос говорящего был ей незнаком. Он вообще мало походил на звук человеческого голоса. Чем то отдаленно похоже на то, как передразнивают людей попугаи.
– Вы кто такой?!
– Меня зовут Стоикус. Адам Стоикус. Прошу простить за акцент, я – видите-ли нездешний, но надеюсь обосноваться у вас надолго… – он хохотнул. Словно волк закашлял.
– Что вам надо?! – грубовато спросила Илона. Он назвал ее «солнечная принцесса»! Это прозвище она сама придумала, и скорее бы умерла, чем рассказала кому-нибудь об этом!
– Не мне, а вам нужна помощь! – нахально заявил иностранец.
– Я опаздываю на работу! – она хотела говорить небрежно, но голос предательски дрожал.
– Вы уже читали?! – властно перебил незнакомец.
– Что… – девушка почувствовала, как пол уходит из под ног.
– Не притворяйся! Смерть – это самое легкое, что может теперь с тобой случиться, солнечная принцесса!
– Я вешаю трубку!
Еще мгновение и она разрыдается!
– Ну и что?! – он высокомерно усмехнулся. – К тете своей побежишь?
– Что вы хотите?! – по щекам текли слезы, она до крови прокусила себе руку, чтобы не зарыдать в голос.
– Кажется, я чувствую запах крови и слез! – хмыкнул Стоикус. – Будем считать, что ты меня растрогала. Дело, собственно говоря, пустяшное! Мне нужна моя вещь, которая по ошибке оказалась у тебя. Ты должна отдать мне
У Илоны кружилась голова. Последний человек, кто удостоверился в ее невинности, был врач на регулярном медосмотре.
– Слышу, как горят твои мозги, дорогая! Я жду тебя сегодня в полночь, в том самом месте, где ты нашла. И чтобы ВЕЩЬ была с тобой! И заклинаю тебя, для твоего же блага! Не читать более не единой страницы!
В трубке щелкнуло, понеслись короткие гудки. Илона положила трубку, подошла к шкафчику, достала початую бутылку виски, плеснула в фарфоровую чашечку из под кофе, подошла к зеркалу, и чокнулась со своим отражением. Из зеркала смотрела красивая бледная девушка с заплаканными глазами.
– Надо бы тебе загореть, солнечная принцесса!
Она положила папку в пакет, и вышла на улицу. Солнце согрело остывшую за ночь осеннюю землю. В черных лужах плескались воробьи, взбивая веселые фонтанчики. По влажному асфальту быстро проносились автомобили. Возле подъезда остановился старенький джип. За рулем сидел ее начальник, крепкий пожилой мужчина, которого все почему то называли полковником. А за глаза Свирепым Гарри. На пассажирском сиденье восседал огромный кот. Он смотрел на девушку спокойными умными глазами.
– Опаздываете! – буркнул полковник вместо приветствия. – Прошу! – он решительно открыл заднюю дверцу.
Илона покраснела, забралась в салон, и положила папку рядом. Кот обернулся и зашипел. Полковник одобрительно потрепал его по загривку.
– У него мать была рысью!
Свирепый Гарри управлял джипом, словно это была не машина, а миниатюрный танк. Илона вцепилась в ручку над дверью, с трудом удерживая равновесие. Ричард с полковником сидели как влитые, пружинисто подскакивая на резких поворотах. Кот не сводил глаз с папки. Зеленые дымчатые глаза животного выглядели умнее человеческих.
Через двадцать девять минут лихой гонки по Приморскому проспекту, они оказались в Сестрорецке. Над офисом приветливо светилась вывеска «Аякс». Девушка смущенно пробормотала слова благодарности, полковник не ответил. Он тихо разговаривал с котом. Выходя из машины, Илона оставила папку на сиденье, кот оскалил клыки, выскочил из салона автомобиля, и умчался в сторону станции, нарушив тем самым многолетнюю традицию провожать полковника до кабинета.
Этот рабочий день длился длиннее обычного. Полковник гремел, взывал к шляющемуся где-то Кушниру, грозился его уволить, а перед этим сломать нос. Кушнир появлялся из ниоткуда, с дымящейся чашечкой ароматного чая, и беспечной доброжелательной улыбкой. Симпатичный дедушка, в длинной фланелевой рубашке, подозрительно напоминавшую теплую ночную рубаху. Его мясистый нос обнимали огромные очки, с толстенными линзами, отчего лицо выглядело доверчивым и безобидным. Он снимал очки, протирал стекла мягкой фланелевой тряпочкой, безбоязненно хлопал по плечу Свирепого Гарри, и тот неожиданно успокаивался. Однако, спустя пару минут он вновь закипал – теперь пропал Ричард.