Сад смерти
Шрифт:
Если бы он сам не был из рода Людей Льда, которые находились в похожем пограничном состоянии, он отверг бы все это как чепуху. Но в данной ситуации он верил Шире и в духов ее предков. Хотя он еще никогда внутренне так не противился этому.
Когда они уже достаточно отдохнули, Ировар поднялся.
— Ты знаешь дорогу? — поинтересовался Даниэль. Он помог Шире встать на ноги.
— Сюда никто еще не доходил, — ответил Ировар. — Как же я могу знать, где мы находимся?
Они продолжали свой путь по бесплодной пустоши, покрытой короткой красно-коричневой
Даниэль задумчиво смотрел на шедшую перед ним Ширу. На ней была ее лучшая одежда, ведь она шла в Таран-гай, чтобы попытаться внести ясность в свою жизнь. На ней была праздничная одежда юракских самоедов, куртка из маленьких треугольных меховых клинышков разных цветов, легкие и мягкие летние сапожки. Красивые волосы были заплетены в две толстые косы. Сейчас, когда волосы были стянуты, в них преобладал медно-рыжий цвет. Когда они отдыхали, она сидела и заплетала свои блестящие волосы, как будто боялась, что другие обратят внимание на то, как часто они меняли цвет. В ее красивой одежде было что-то трогательно взволнованное, и Даниэль почувствовал, как к горлу его подступает комок. Как будто она наряжалась совершенно напрасно…
Ировар остановился и наклонился к земле. Он вытянул маленькое, незаметное растение и осторожно вытер досуха корень. Потом разрезал его на мелкие куски, положил один в рот, а два других протянул своим спутникам. Шира сразу же принялась жевать свой кусочек корня. Даниэль нерешительно последовал ее примеру.
— У таран-гайцев это что-то вроде табака, — объяснил Ировар. — Меня научила его жевать жена. Он вкусный и навевает приятные сны.
«Даже более того, — подумал Даниэль. — Моя голова стала от него кружиться средь бела дня. Но… он действительно приятный».
— А зубы от него не темнеют, ничего такого? — спросил он немного боязливо.
— Нет, ничего подобного. Он растет только здесь, в Таран-гае, ненцы многое бы отдали, чтобы его заполучить.
— Я хотел бы взять его с собой, для Ульвхедина, — сказал Даниэль. — Он ведь искусный врачеватель, и корень мог бы ему здорово пригодиться.
— Пожалуйста, — сказал Ировар и протянул ему несколько растений.
Даниэль с благодарностью взял их и спрятал.
Был уже полдень, они достигли серо-зеленых гор с пятнами снега в расселинах и вдруг вновь услышали преследователей. Все трое быстро упали на землю за скалами и выглянули, осматривая дикую, пустынную местность.
День уже не был таким ясным. С запада пришли тяжелые тучи, они укрыли вершины серым туманом. Теперь все трое чувствовали, что и их окутала серая мгла, и они уже не могли определить, где находятся, не видя, где Нор, где тайга.
Но они могли разглядеть небольшой участок внизу около непроходимого горного склона. И оттуда ползли наверх каторжники, которых они называли
Ировар огляделся. Путь вниз был закрыт. Горный перевал, куда они и направлялись, был слева, но совершенно очевидно, что и преследователи полезут туда. Прямо наверху — горная стена, перебраться через которую невозможно.
У них оставался один-единственный выход. Уродливо-громадный каменный барьер, лежащий наклонно справа от них, скрывал то, что находилось за ним. Если бы им удалось перебраться за него не обнаруженными, у них была бы небольшая отсрочка. На камне они не оставили бы следы.
Они попытались все взвесить. У Ировара был огненно-красный шейный платок, он вынужден был снять и спрятать его, но в остальном их цвета прекрасно сливались с окружающим их пейзажем. И они поползли на четвереньках наискось по непролазной местности. Нужно было быть очень осторожными, чтобы не вызвать камнепада, посматривая вниз, чтобы выяснить, не обнаружили ли их преследователи. Однако было похоже, что внимание каторжников приковано к перевалу слева, и быстрые, короткие перебежки беглецов не привлекли их внимания.
Последний отчаянный рывок, и они укрылись за каменным барьером, заползли туда и с облегчением перевели дух.
— Мы не сможем водить их за нос долго, — тихо сказал Даниэль. — И назад мы тоже вернуться не сможем. Где же мы оказались?
Они посмотрели вокруг. Земля, покрытая голубоватым, плотным снегом, сияла под облаками. С другой стороны был новый ледник с каменистыми краями. Он лежал наверху, окутанный серо-белой массой облаков. Внизу были только камни. Шира вздрогнула.
— Очень мило, — сухо сказал Даниэль.
— Нам придется перебраться через ледник, — пробормотал Ировар. — Но осторожно! Здесь под снегом могут быть трещины.
Шира ступила на ледник, легко шагая между предательским льдом и впадинами. Мужчины отправились за нею, шагая след в след.
Но когда они прошли уже половину ледника, нога Ировара поскользнулась на коварной ледяной дорожке под снегом, он толкнул Ширу, и она потеряла равновесие. В следующую же секунду Шира провалилась по колено, одна нога ее оказалась безнадежно заклиненной в узкой трещине. Сидя на другом колене, Шира пыталась вытянуть ногу. Но напрасно.
От отчаяния ее спутники потеряли дар речи. Разумеется, они пытались ее освободить с помощью ножей, но один нож сломался сразу же от соприкосновения с твердым, как камень спрессованным льдом, а другой нож только царапал камень. Даниэль сел на корточки и положил руку на плечо девушки.
— Тебе больно?
Она кивнула, сжав зубы. Ировар был безутешен — ведь Шира из-за него попала в такое положение.
— Мы найдем способ вытащить тебя оттуда, — утешая, сказал Даниэль. — Может, острый камень…