Сад смерти
Шрифт:
Они пристали к утесу, нашли, где привязать лодку, и один за другим вскарабкались на берег.
— Этот грохот, наверное, слышен и в Таран-гае, — сказал Ировар Даниэлю. — Ив Норе.
Взбираться по расщелине было очень трудно, но хотя каждому из них в душе было немного страшно идти в это таинственное место, оставаться в лодке не захотел никто. Дрожащий, холодно-золотой солнечный свет, проникавший сквозь дымку облаков, пугал их, но им стало легче находить почву под ногами.
Даниэль ни разу не посмотрел вниз. Ему было страшно. Целая вечность прошла, и они поднялись на гребень между восточной и
Наверху они увидели пугающую картину. Местность, настолько дикая и таинственная, что напоминала какой-то дурной сон, лежала между четырьмя вершинами. Она блестела, освещенная бледным солнцем. В воздухе парили огромные черные птицы — над пустынными утесами, над темными пещерами, над искаженными каменными изваяниями. Между чернеющими кустами сверкали темные ямы с водой, меж камней гулял заблудившийся ветер. Как будто бы они повстречали одиночество на самом краю вечности.
— Здесь сотни лет не было человека, — прокричал Вассар, ему ответило мощное, учетверенной силы эхо Горы четырех ветров.
Шира огляделась.
— Да, но где источник?
— Источник? — переспросил Ировар. — Сначала тебе надо найти пещеру, которая ведет к нему.
— Я вижу две, — сказал Вассар. — Как узнать, какая из них нужна нам?
В сомнении они смотрели на две пещеры, одна была слева — на горе южного ветра, другая — справа, на горе северного ветра. Казалось, что они совершенно одинаковые, но внезапно пещера северного ветра как бы потемнела и исчезла, в то время как вход в пещеру южного ветра вдруг засветился слабым, почти незаметным мерцанием.
— Если бы среди нас был какой-нибудь абсолютный негодяй, осветилась бы темная пещера, — сказал Сармик. — Так что, думаю, нам надо идти туда, где свет.
Все были с ним согласны. С ними был Map. Но, может быть, свет как-то был связан с ним? Что, если Шира была недостаточно безгрешна? Но выбора не было, они должны были продолжать путь.
Им не пришлось гадать долго, вскоре они поняли, что на верном пути. Потому что сейчас таран-гайцы увидели четыре молчаливые фигуры, стоящие рядом с тропинкой. Даже Ировар и Даниэль почувствовали что-то темное и необъяснимое, что-то, что светило, как огонь, сверкало, как воздух и вода, это что-то было таким же темным, как земля. Ировар с волнением узнал четырех духов, приходивших к нему много лет тому назад. Даниэль затаил дыхание, когда они проходили мимо молчаливых фигур. Духи в глубоком поклоне приветствовали Ширу, она отвечала им древним почтительным движением руки — ото лба к земле. Таран-гайцы повторили приветствие — все, кроме Мара. Когда подошел он, четыре фигуры встали на тропинку и загородили дорогу. Он оскалил зубы, издав рычание, но отступил, повернулся к гребню скалы. Его тень — голова с острыми ушами хищника угрожающе вырисовывалась на фоне бледного, таинственного солнца.
Им пришлось наклонить голову, чтобы войти в пещеру. Она оказалась большой и достаточно высокой. Духи исчезли, но у входа в пещеру в одной из ниш путники обнаружили факел. Ировар зажег его, и пещера осветилась. Самая дальняя стена ее была гладкой и сверкающей, но остальные были неровные и шероховатые. Перед гладкой стеной было небольшое возвышение, как бы маленькая сцена. Прямо напротив, в глубине пещеры, было такое же возвышение на ровном месте. В углу клокотал
— Это и есть источник жизни? — недоверчиво спросил Вассар. В пещере его голос звучал неестественно громко.
— Нет, конечно, — ответил Ировар. — Это обычный колодец, гейзер или как угодно его назови. Если бы чистую воду было так легко найти, мне не понадобилось бы готовить к этому Ширу всю жизнь. Кроме того, разве ты не видишь, что вода в колодце не чистая?
— Верно, — пробормотал Вассар.
— Но где же тогда пещера? — жалко спросила Шира. — Я хотела сказать, путь к источнику?
Все обошли пещеру и ощупали ее стены руками. Нигде не было никаких отверстий. Ировар вздохнул.
— Погоди! Погоди немного! — сказал он и высоко поднял вверх руку. — Может быть, именно с этим связана легенда о факеле?
Все ждали, пока он вспомнит.
— Тун-ши помнила только какую-то часть предания, — проговорил Ировар. — Но не знала, откуда она, да и я не слишком внимательно ее слушал. Могло ли это быть вступлением к истории об источниках? Как это? Тень… тень, факел… Тот, кто наиболее близок.
Они ждали, пока его бормотание не обрело какой — то смысл. Ировар вспрыгнул на стоящее в центре пещеры возвышение.
— Здесь! Здесь стоит тот, кто держит факел. И здесь. На возвышении у гладкой стены должна стоять Шира! Так, нет, не так, ты должна повернуться к нам спиной. Лицом к горе. Так, верно. Шира, кто ближе всех к тебе в твоей жизни?
— Конечно, ты, дедушка.
— Да, возможно. Вассар, дай мне факел!
Все остальные с трудом сдерживали нетерпение. Старый Ировар взял факел и поднялся на возвышение в центре пещеры. Он поднял факел так, чтобы он освещал спину Ширы. Но тут произошло нечто странное. Факел, до этой минуты горевший сильным, мощным пламенем, зашипел и стал гаснуть. Ировар поспешно спрыгнул с подиума, и пламя тут же разгорелось с новой силой.
— Нет, я не гожусь, — удивленно произнес он. — Шира, подумай еще! Кто может быть тебе ближе меня?
Лицо Ширы по-прежнему было обращено к стене.
Она ответила:
— Ну, может быть, Даниэль, не знаю.
— Даниэль, попытайся ты!
Даниэль послушно встал на камень и поднял факел. Но результат был тот же. Слабое, незаметное пламя постепенно умирало.
— Быстрее, прыгай вниз — пока оно совсем не погасло!
Даниэль так и сделал. Никто не мог понять, в чем тут дело, но всем хотелось посмотреть, что же будет дальше. Все хотели попытать счастья. Вассар поднял руку с факелом очень высоко, но пламя все равно гасло. Место сына занял Сармик, но и ему не повезло. Шира повернулась к ним.
— Давайте смотреть правде в глаза. У меня нет на свете ни одного друга, никого, о ком можно было бы сказать, что он мне друг. Я всегда это знала, и это особенно ясно сейчас, когда мне нужен такой человек.
Все подавленно молчали.
— Итак, все напрасно, — произнес Даниэль после долгой паузы.
— Попытайся еще раз, Ировар, — попросил Сармик.
— Это ничего не даст. Я не тот, кто здесь нужен.
Вновь в темной пещере стало тихо. Вода в колодце булькала и хлюпала. Снаружи пролетела черная птица. Даниэль поднял голову: