Сад Рамы
Шрифт:
— Ну как, закончился наконец медовый месяц? — спросила Кэти в обычной своей насмешливой манере. — В конце концов, уже прошло три ночи и два дня. Наверное, вы успели прослушать каждое классическое музыкальное произведение из памяти машины.
Майкл рассмеялся.
— Да, Кэти, — он тепло улыбнулся Симоне. — Мы сняли с двери знак «не беспокоить». Теперь мы хотим помочь вам в сборах.
— Сборы идут успешно, — отозвалась Николь, довольная тем, что после долгого уединения Майкл и Симона держатся
— Мне хотелось бы, чтобы Орел более определенно охарактеризовал наше обратное путешествие, — пожаловался Ричард. — Он не говорит, сколько времени уйдет на дорогу, сколько мы будем спать… вообще ничего конкретного.
— Он говорит, что пока не знает, — напомнила мужу Николь. — Существуют «неконтролируемые» переменные, способные привести к многим вариантам развертывания событий.
— Ты ему всегда веришь, — отпарировал Ричард. — Подобная доверчивость…
Разговор их прервал звонок колокольчика. К двери отправилась Кэти, через некоторое время она вернулась с Орлом.
— Надеюсь, я не слишком помешал вам завтракать, — извинился птицечеловек, — но сегодня нам предстоит многое сделать. Я попрошу миссис Уэйкфилд последовать за мной.
Николь на дорожку отпила кофе и вопросительно поглядела на Орла.
— Одна? — спросила она, ощущая смутный страх. Ей еще не приходилось за все шестнадцать месяцев покидать их квартиру вдвоем с Орлом.
— Да, — ответил Орел. — Вы пойдете со мной одна. Для вас есть специальное задание.
— Можно десять минут на подготовку?
— Конечно.
Как только Николь вышла из комнаты, Ричард забросал Орла вопросами.
— Хорошо, — сказал он в конце концов. — Я понял, что в результате всех этих опытов вы смогли убедиться — мы можем без неприятных последствий провести во сне время ускорения и торможения. А как насчет крейсерского режима? Мы будем спать или бодрствовать?
— В основном спать, поскольку во сне мы можем задержать процесс старения и сохранить вас в добром здоровье. Но в программе до сих пор много неясностей. Возможно, вас придется несколько раз будить по пути.
— А почему нам этого не говорили раньше?
— Потому что решение еще не было принято. Сценарий вашего полета сложен и базовый план сформулирован только недавно.
— А я не хочу, чтобы процесс моего старения «задерживали», — сказала Кэти. — Я хочу быть взрослой, когда мы прилетим на Землю.
— Как я говорил вчера вашим родителям, — Орел обращался к Кэти, — важно, чтобы старение организма замедлялось, пока все вы будете спать. Мы не знаем точно, когда вы вернетесь в вашу Солнечную систему. Возможно, вам придется проспать пятьдесят лет…
— Чтооо? — ужаснулся Ричард. — Какие пятьдесят лет? Мы долетели
— Я буду старше мамы… — с испуганным видом проговорила Кэти.
Из соседней комнаты появилась Николь.
— Что это за разговоры о пятидесяти годах? Почему путешествие будет таким долгим? Значит, мы куда-то залетим по дороге?
— Это очевидно, — сердитым тоном произнес Ричард. — Почему нас не предупредили заранее? Тогда мы иначе подошли бы к проекту поселка… Боже мой, пятьдесят лет, нам с Николь будет по сотне!
— Нет, не будет, — ровным голосом ответил Орел. — По нашим оценкам, вы с миссис Уэйкфилд будете стариться на один год за каждые пять или шесть лет, проведенные во сне. Для детей это соотношение составит один к двум, пока не прекратятся процессы роста. Мы опасаемся манипулировать с гормонами. К тому же пятьдесят лет это верхний предел, то, что в человеческой технике зовется допуском в «три сигмы».
— Я ничего не понимаю, — сказала Кэти, подходя к Орлу. — Так сколько же мне будет при встрече с человеческим существом, не являющимся членом моей семьи?
— В связи со статистической неопределенностью я не могу ответить на вопрос точно. Скорее всего ваше тело по развитию будет соответствовать первой половине третьего десятка лет. Это наиболее вероятный вариант, — Орел поманил Николь. — Это все, что я могу сказать. А теперь у меня дело к вашей матери. Мы вернемся вечером — к обеду.
— Как обычно, — ворчал Ричард, — вечно нам ничего не говорят. Иногда мне просто жаль, что мы проявили подобную готовность к сотрудничеству.
— Да, вы могли оказаться более сложными, — ответил Орел по дороге к выходу из комнаты, — и мы первоначально рассчитывали на куда меньшее стремление к сотрудничеству. Но, в конце концов, итог все равно был бы одним и тем же. Так вам самим приятнее.
— До свидания, — сказала Николь.
— До сви-дания, — проговорил Бенджи и помахал матери после того, как дверь закрылась.
Документ оказался длинным. Николь прикинула, что на прочтение вслух потребуется минут пятнадцать и уж не менее десяти.
— Вы уже прочли его? — осведомился Орел. — Нам хотелось бы как можно скорее приступить к «стрельбе». Так вы, кажется, говорите?
— Пожалуйста, повторите мне еще раз, что произойдет с этим видеоизображением, — попросила Николь.
— Мы передадим его на Землю за несколько лет до вашего появления в Солнечной системе.
— А как вы узнаете, что передачу примут?
— Для уведомления о приеме предусмотрен простой сигнал.
— А если он не будет получен?
— На этот случай предусмотрены запасные варианты плана.