S. Синдром
Шрифт:
Торговля людьми, наркота, разбой, киллеровские услуги — целый спектр, прямо выбирай любой. Глаза разбегаются.
Признаться, я изредка прибегал к услугам его рабынь, когда ещё в шестнадцать вошёл во вкус обладания женской плотью. От них всегда лишь хотел только секс и, думаю, был им более приятен, чем мой брательник. Выбирал посимпатичней и иной раз даже позволял им почувствовать себя принцессами.
Право первенства брат всегда оставлял за собой — это неприложный закон. Была ли рабыня девственницей или бывалой — неважно.
Сегодня решил расслабиться. Но Эни — моя подружка и девушка, с которой я сплю, — свалила на свидание с каким-то толстосумом. Я знал, что она шлюха, но телом и её активностью в постели всегда был увлечён.
Тройка по валеологии вконец вывела из колеи, так как портила мне итоговую. Хотя, с моей-то психически нестабильной семейкой иметь по этой дисциплине балл выше не представлялось реальным.
— Эгей, ботаник! — в комнату сунул нос один из наёмников Хулио. Его все звали Али — подтирала и жополиз. — Там партия тёлочек выгрузилась. Рыдают да трясутся в карцере. Иди хоть ты мне подмогни. Кашалот свалил куда-то, мразь.
— Пошёл на хер отсюда! — рявкнул я.
— Да, братан, не артачься. Заодно мож и присмотришь себе кого на ночь.
— Ага, сразу, как выстою очередь, — сердито буркнул я.
— Диабло не скупится для тебя. Трахнет цыпу побыстрому да тебе потом сразу отдаст.
Я задумался. Хотелось, но после экзекуций Хулио рабыни минимум сутки приходили в себя. Ладно, может крепенькая попадётся. Выберу покрасивше, потом и ткну на неё брату, а там и подождать можно.
— Ну?! — Али смотрел жалобно.
— Ладно, — сдался я и пошёл за ним.
Карцер — это лишь одна большая клетка, куда сгоняли вновь прибывших. В нём рабынь сортировали. Чаще всего, наших лиц никто не видел, так как с нашей стороны шёл ослепляющий свет от огромного прожектора.
К моему разочарованию, брат уже восседал на своём троне. Выходит, меня хитростью затащили сюда.
— А, привёл? — Хулио довольно глянул на Али. — Давай, швартуй зад сюда, — и долбанул ладонью по стулу рядом.
Скотина… Я пихнул Али в плечо, едва не свалив.
— Получишь ещё у меня, сучок! — прошипел подлипале, вызвав его ехидную улыбку.
Хмуро выдохнул и повернул взгляд на карцер. Рабыни сбились в одну огромную беспорядочную массу, что уловить в них хотя бы одну отдельную фигуру было довольно сложно. Все либо дико напуганы, либо давно смирились со своей судьбой.
— Марли, расфасуй ты их, — раздраженно крикнул я головорезу в карцере. Высочённому бритоголовому парню с явно надорванной психикой. Если рабыня попадала в это руки, то оставалась инвалидом.
Марли, матерясь и угрожая каждой пистолетом, выуживал за волосы по одной из толпы и показывал на оценку. Каждой отобранной доставалось по хребту или голове, когда нужно было отфутболить их в другой угол камеры.
Из общей массы выдернули очередную. Ослепляющий свет прожектора
— Чего разлеглась?! — Марли грубо рванул её с пола за ворот грязного ситцевого платья и, убрав её руки с лица, выставил на наше обозрение.
Грязные светлые волосы, небесно-голубые глаза, озирающиеся по сторонам, нежные губы, маленькое хрупкое тельце.
В груди что-то больно порвалось, парализовав, и устремилось вниз. Оттолкнувшись от ног, это что-то больно пронеслось через сердце и комом застряло в горле, лишив воздуха.
Я невольно приподнялся, не спуская с неё глаз. Тихая, робкая и беззащитная. Захотелось подойти к ней и заверить, что всё хорошо. Что ей ничего не грозит. Но это ложь! Ты в чистилище.
— Она, — инерцией молвил я, даже не отразив, как подписываю её на первенство, что именно ей и уже сегодня придётся испытать на себе моего братца.
— Ага… Недурна, — одобрительно расплылся в улыбке Хулио, так же восхищенно смотря на неё. — Бьюсь об заклад, целочка ещё. В глухомани нашли, на привязи сидела.
В теле начался тремор, от мысли, что её ждёт. Эта невинность и красота погибнут окончательно под гнусным телом моего брательника.
— Нет! — вскрик сам вырвался из моих уст.
— Что нет? — не понял он.
Сделал глубокий вдох стараясь взять себя в руки.
— Хулио, я знаю, ты всегда тестируешь их, — попробовал схитрить. — Но… позволь мне в этот раз. У меня ещё не было девственницы. Пожалуйста!
— У тебя полный колледж целок или нравы нынче уже не те? — он добродушно заржал.
— Хулио, прошу, — нервно вцепился в него.
Лицо брата стало меняться и он с отвращением окинул меня взглядом, оценивая, а после грубо отпихнул.
— Когда займёшь моё место, тогда и будешь дырявить их вагины. Понял?
Я сцепил зубы, едва удерживая нарастающий гнев, который формировался в жуткую боль за грудиной.
— Не переживай, потом и тебе дам её поиметь. Я умею делиться, ты ведь мой любимый и главный родственник.
Тяжёлое дыхание и ватность в ногах вынудили рухнуть на стул.
Девушку отсортировали в отдельный угол, где я смог продолжить смотреть на неё, следить за вздрагиванием острых плеч, кусанием пальчиков и дрожью в коленках.
Как защитить тебя? Что придумать? Как сохранить твою первозданную душу и чистоту? Она была ангелом попавшим в цепи ада и эти белые крылья скоро окропят муками и унижением.
Взглянул на брата, в ужасе осознавая, что его могущество и опыт, разотрут меня по полу при первой же попытке сопротивления. Да, он любил меня, но своё превосходство подставить под сомнение Хулио никогда и никому не позволит, и мне в том числе. Чтобы заставить Diablo покориться, его нужно сначала убить. Но я не убийца и слишком люблю своего брата, каким бы он не был. Родней его у меня больше никого нет.