С врагом в постели
Шрифт:
— А если бы изнасиловал? Я бы порвал его на куски! — отрывисто бросил Денис, остро ощущая потребность в никотине.
По настоящему не курил уже три недели, а электронная сигарета осталась в офисе. Пусть это было самовнушением, но искусственный вкус табака успокаивал нервы.
— Я могу себя защитить, ты же убедился сам! — фыркнула девушка, раскладывая по тарелкам яичницу.
— Амазонка, да. Гроза мужского достоинства, твою мать! — усмехнулся Дэн, усевшись за стол,
Без четверти восемь, пора ехать на работу. Стас должен передать информацию, которую нарыл благодаря своей интрижке с дочкой Маркова. Завод уже ждёт нового хозяина, осталось лишь дожать жертву и уладить юридические формальности.
— А что, тебе же нравится мой темперамент! — улыбнулась Ольга, села напротив гостя, разглядывая его красивое лицо.
После бурной ночи они почти не спали, лежали в темноте, потягивали мартини и говорили — о её детстве и знакомстве со Славкой, о годах, проведённых Дэном в приюте, о тюремном лагере.
Оля не желала разбираться в себе и анализировать происходящее. Она твёрдо знала, что этот человек слишком близко подобрался к её душе, с ним она вдруг раскрылась целиком.
Она хотела быть с Денисом, и страстно мечтала услышать от него то же самое.
— Мне всё в тебе нравится, любимая. Я сошёл с ума в тот вечер, когда тебя увидел. — широкая улыбка сгладила суровость, серые глаза просветлели. — но меня вымораживает твоя чёртова самостоятельность! Обещай, что не станешь соваться в это дело, и будешь сидеть тише мыши. Я сам всё решу с твоим Борисовым!
— Но с Мишкой я хочу поговорить! И ты возьмёшь меня с собой к нему “в гости”. Тем более, Оксанка не знает, какой у неё муж сволочной.
— В кого ты такая упрямая?! — сделал зверское выражение Дэн, и, притянув её через стол, впился в губы.
— Завтрак стынет. — деловито ввернула Оля, оттолкнув его. — а это… — многозначительно улыбнулась она, кивнув на себя. — ты не заслужил! Между прочим, я по твоей милости не выспалась.
— Спи на здоровье, когда я уеду. — принялся уплетать глазунью он.
Девушка засмотрелась. Ей нравилось за ним наблюдать, как он ест, за сменой мимики на лице, она превращалась в жидкий воск возбуждения при виде его сильного тела.
Влюбилась. И с этим уже ни чёрта поделать не могла. Ей нужен был мужчина, за которым как за каменной стеной, но с Денисом эта самая стена становилась жаркой лавой огня.
У двери Ольга задержала мужчину, развернула к себе, и обняла.
— К Мирошникову сегодня наведаемся?
— Да. Где, говоришь, остановился Борисов?
Она назвала гостиницу. Дэн кивнул, коротко, страстно поцеловал её и вышел из квартиры. Оля поспешила в душ, обдумывая, как помягче поговорить с подругой. Бедная Ксюха, какое её ждёт потрясение — тихий сачкун Мишка оказался алчным
10
Глава 10.
Ещё раз внимательно изучив документацию, Денис удовлетворенно улыбнулся. Пухлая папка в дорогом кожаном переплёте перекочевала в сейф.
Стас Корнилов откинулся на спинку дивана, закурил.
— Тема такая, Деня — Лизка готова свалить со мной за бугор, я ей красочно расписал нашу счастливую жизнь в Венеции, она, короче, потекла. — он потёр руки. — не сегодня, так завтра я узнаю, где её папашка хранит акции, и всё — можешь праздновать триумф! С тебя причитается!
— У этой твоей Лизки мозги вообще на месте? — усмехнулся Денис, разгоняя дым. — Не кури здесь, мать твою! Меня мутит.
— Бля, правильные какие! Такими темпами ты и трахать баб перестанешь. — насмешливо отозвался Станислав, но сигарету затушил.
— Давай к делу, мне вон ещё прессануть надо одну падлу. — встал Дэн, и принялся собирать в стопу бумаги.
— Говорю ж тебе, Лизку папаня держал на коротком поводке, целомудренная выросла. Парней только на расстоянии видела, да она чуть в обморок не грохнулась, когда я разделся. — самодовольно хохотнул Корнилов. — ну, по ушам ей наездил, любовь до гроба и вся прочая муть. Прикинулся простачком, типа хочу взглянуть, что такое акции предприятия, на чём успешный бизнес держится. Эта дура и похвасталась, мол, покажет мне отцовские капиталы на бумажках.
— Циркач. Тебе б в цирке работать, укрощать зверей, а не разбивать надежды невинных барышень.
— А чё? Я и в цирке могу, талантами Бог не обделил.
Стас поднялся, отвесил шутовской поклон. И посерьёзнел.
— Что за чувак тебе дорогу перешёл, колись как на духу!
Дэн недобро усмехнулся.
— Питерская шваль, женщину мою обидел. — откровенно произнёс он — от Стаса у него секретов не было, мужчины всё детство вместе росли в приюте. — наведаться надо к нему, через него на меня один мудак наехать пытается, губу раскатал на фирму. Ляльку сделали разменной монетой, а этот, посредничек, лапы свои на неё распускал.
— Понял. — деловито кивнул начальник охраны, хлопнув рукой по пиджаку, под которым всегда носил оружие. — Можешь на меня рассчитывать, перца этого окунём в парашу дурной головушкой, небось, ещё и не нюхал настоящего дерьма.
— Спасибо, Стас. За всё. — притянув к себе друга, улыбнулся Денис и отстранился.
— Да ладно, чё ты… — смутился Корнилов, кашлянул. — друзья, они и в Африке друзья.
— В Африке негритосы и эпидемия всякой заразы вроде СПИДа, а друзья это те, кто за тобой в это самое дерьмо нырнёт. Поехали в гостиницу. — изрёк Дэн, и мужчины вышли из кабинета.