С утра и до вечера

Акимушкин Игорь Иванович

колосьев, вьет из былинок и свое миниатюрное гнездышко.

Если вы сумеете разглядеть малютку среди зелени

полевых трав, то скорее всего застанете ее за туалетом. Она сидит

на стебельке, обхватив его цепким хвостиком, и умывается.

Полизав маленькие розовые лапки, трет ими мордочку. Снова

лижет их и натирает

шерстку до блеска. Все это повторяет

снова и снова. Чистоплотная зверюшка боится оставить на

своей шкурке даже маленькое пятнышко пыли. Мышка

тщательно вылизывает спинку, не забывает о животике,

мимоходом чистит задние лапки и, наконец, меняет положение,

чтобы почистить хвостик. Пыль и мелкий мусор слизывает

языком, а приставшие колючки и большие комочки грязи

вычесывает коготками задних ног. Делает она это так

быстро, что уловить движения ее лапок невозможно — двадцать

взмахов в секунду! С такой скоростью меняются кинокадры

на экране.

А обезьяны не любят воду: «Брр!» Хватает им

тропических ливней и ночной росы, чтобы и умыться и

накупаться досыта. Ранние утренние часы они посвящают зарядке,

которая и освежает тело, и укрепляет мышцы.

Длиннорукий гиббон, как хороший гимнаст на трапеции,

проделывает по утрам на суках гигантских деревьев

сложные акробатические упражнения. Цепляется за ветки и

отталкивается от них только руками, но перелетает легко и

плавно, точно птица, пространства в десятки метров. Туда-

сюда, туда-сюда — без конца скачет эта большая обезьяна

с дерева на дерево, и без конца можно любоваться ее

прыжками — так красивы движения гиббона.

Зайцы тоже знают толк в зарядке: проснувшись,

потягиваются и на вытянутых лапах покачиваются вперед-

назад. Разминают мышцы, а потом скачут по своим заячьим

делам.

Кошки — львы, тигры, леопарды — тоже очень любят

потягиваться и точить когти. Вытягивают лапы вперед,

выпускают когти и царапают дерево или что под лапу

попадется. Это очень важное дело: когда царапают что-нибудь

прочное, сдирают с когтей обрывки старых изношенных

роговых «лезвий». Без такой шлифовки когти могут врасти в

лапу и загнить.

Гребни и зубные щетки

Обезьяны не любят воду, но это вовсе не означает, что

они не следят за чистотой своего тела. Они много времени

проводят за туалетом: расчесывают друг другу спутанную

шерсть, вытаскивают колючки и занозы, а затем начинают

традиционную «охоту на блох». Этот ежедневный ритуал

выполняют с особым увлечением и усердием. Ловкими

пальчиками обезьянка

расчесывает шерсть замирающего от

блаженства собрата, находит «блоху» и... отправляет ее в

рот. Раньше думали, что обезьяны и в самом деле ищут

блох. Но оказалось, что у этих животных почти не бывает

паразитов, а ищут они в шерсти друг у друга не блох, а

маленькие кристаллики соли, до которых обезьяны большие

охотники.

Иногда одной обезьянке бывает трудно расчесать

слабыми пальчиками спутанную гриву старого забияки вожака.

Тогда ей на помощь приходят подруги. У павианов

предводителя стаи ежедневно причесывают несколько

обезьян-парикмахеров. Они сооружают ему «модную» прическу,

старательно расчесывая и приглаживая взъерошенные вихры.

Один ученый рассказывает, что собственными глазами

видел, как самец-макака выщипал у самки брови и слишком

длинные волосы на лице, зубами аккуратно подровнял

бакенбарды, и самка вышла из «косметического кабинета»

заметно похорошевшая.

Если бы у обезьян были какие-нибудь туалетные инстру-

менты — хотя бы такие нехитрые гребешки, как у кенгуру

или бобра, которыми те расчесывают свою шкуру,— они

наверное, добились бы еще большего искусства в

парикмахерском деле.

У бобра коготь второго пальца на задней ноге зазубрен

как гребень. Когда бобр хочет поправить прическу, он

сильно отгибает палец с гребнем, так что тот торчит вбок*

садится на хвост и расчесывает гребешком свою драгоцен*

ную шкуру. Особые железы при этом выделяют «помаду» —'

пахучую жидкость для питания волос.

Надо сказать, что звери вообще очень любят душиться,

Мало им своих собственных мускусных и прочих распрост

раняющих резкие ароматы желез, так они еще и чужими

запахами себя пропитывают. Всем, конечно, известна страсть

собак к падали, на которой они с наслаждением валяются

а кошек — к валерьянке (ягуаров и леопардов тоже!).

Когтистые обезьяны с наслаждением натирают себя лимонной

кожурой. Медведи душатся древесной смолой. Они могут ча-

сами натираться кусочком ваты, смоченной в скипидаре, ее

ли им дать ее. Малайские медведи обожают... лук. Зажав лу-

ковицу между двумя пальцами, они, урча от удовольствия

трут и трут себя этой луковицей. Слезы текут из глаз, слюна

изо рта; глядя на них, людям самим плакать хочется, но

косолапые не унимаются, пока всю луковицу о свою шкуру