С орбиты невмешательства
Шрифт:
Луч фонарика Яссуд обежал кухню. Повсюду из тёмных провалов углов, из-под низких железных ящиков на коротких ножках светятся яркие точки глаз, не мигая и пристально. Яссуд, невольно попятившись назад, уткнулась спиной в дверной косяк.
– Ты чего? – спросил Нав.
– Пошли от сюда. Они здесь.
– Кто? – не понял Нав.
– Крысы!
У Яссуд вот-вот начнётся истерика. Напарницу трясёт от страха. И действительно, голодные и очень наглые грызуны не думают уходить. Жадно поглядывая то на людей, но на трупы собратьев, местные крысы аж попискивают от нетерпения.
Искушать
Впервые за пять лет работы на Шеучь – 1 заход в ангар станции и посадку шатл выполнил на автопилоте. Яссуд по-прежнему трясётся в немой истерике. Прогулка в заброшенное поселение и встреча с местными крысами изрядно растрясли её психику. Более, менее Яссуд успокоилась, лишь когда Нав отнёс ловушку с крысами в биологическую лабораторию станции.
Глава 12. «В подлом деле».
Первичное изучение и препарирование пойманных грызунов провела угора Реман, биолог станции. Но Нав, сгорая от любопытства, набился ей в помощники. Шесть пойманных крыс заметно отличаются друг от друга. Так у самой крупной особи невероятно длинная морда, а у другой большие фосфоресцирующие глаза. Большеглазый грызун первым оказался в ловушке. Прочие отличия менее заметны, но вызваны одной причиной – мутацией.
Радиация и всеобщее загрязнение окружающей среды сказались и на местных крысах. Повреждённые гены порождают монстров, но естественный отбор тут же, без малейшего намёка на жалость, вышвыривает из эволюционной гонки всех негодных к жизни мутантов. В некотором смысле, они привезли на станцию наиболее жизнеспособных уродов.
Трудную, но невероятно интересную работу они закончили поздно вечером. Последнюю препарированную тушку угора Реман уложила в портативный холодильник. С ближайшим связным кораблём вместе с прочими материалами местных крыс отправят для дальнейшего изучения.
Нав, быстро приняв душ, погасил свет и с удовольствием растянулся на широкой кровати. В «горах» вновь идёт дождь, большие капли глухо барабанят по крыше. Ритмичное постукивание успокаивает. В голове вновь замелькали картинки минувшего дня.
Что ни говори, а Яссуд здорово перепугалась там, в поселении. Подчёркнутое отчуждение разом вылетело из неё. Хотя… Кто её знает? Живя с горой Несман в почти законном браке пятый год, было предостаточно времени как следует изучить гражданскую жену. Вчерашнюю ссору в бане и ссорой назвать трудно. Но Яссуд очень амбициозна. Будет дуться не меньше недели, опять отлучит от тела. Ну да ладно, не в первый раз. Нав перевернулся на левый бок.
В дверь между спальнями осторожно постучали. Нав широко улыбнулся: так тихо, обворожительно и настойчиво стучать в запертые двери умеет только она, но отзываться не стоит. С еле слышным шелестом дверь приоткрылась. В проёме, загораживая ночное освещение из своей половины, появилась
– На-а-ав, - тихо позвала Яссуд. – Ты уже спишь?
– Сплю.
– Можно к тебе?
– Зачем? – подчёркнуто равнодушно спросил Нав. – Опять секс по полной программе, а потом заманчивое предложение разбогатеть?
– Мне скучно, - голоском обиженной девочки протянула Яссуд. – Я тебя вчера вечером так ждала, так ждала, а ты не пришёл.
– Ну-ну, - усмехнулся Нав, через лёгкую ткань ночной рубашки Яссуд просвечивают остроконечные грудки. – Заходи, - Нав отодвинулся от края кровати и откинул одеяло.
Ночная рубашка валяется на полу. Нав, обняв правой рукой Яссуд, лежит в темноте с раскрытыми глазами. Густые свежевымытые волосы напарницы приятно пахнут хвоёй. Спать совершенно расхотелось. В голову полезли непрошенные мысли.
После вчерашнего утреннего разговора новые кусочки головоломки под названием Яссуд Лепадич Несман заполнили белые пятна. Картина получается не очень, но кто его спрашивает. Кто она? Как здесь оказалась? И вчера добавился ещё один вопрос: за что? И вообще, что он о ней знает?
Илая, дочь аристократа, родившаяся вместо сына. Наверно, аристократ очень высокого ранга. Может быть, Нав зажмурился от собственной дерзости, самого светлейшего князя Шенота 9. Уж больно совершенно её тело, велики амбиции и страсть к роскоши. Родись она мальчиком, то вполне могла бы претендовать на трон отца. Но острый ум для дочери только во вред. Она захотела добиться всего в этой жизни сама, любым способом. Но пробиться на верх в аристократическом обществе очень и очень сложно. Ну и что с того, что она дочь самого светлейшего князя? Она женщина. И только по этому у неё нет никаких шансов.
Парадокс современного общества: равноправие полов не пустая буква закона, в реальной жизни принципы равенства свято соблюдаются. Различия между мужчиной и женщиной простираются не дальше различия в физиологии. Но! При всех достижениях современной медицины, рожать детей мужчины не научились. В высшем обществе женщина никто. Весьма ограниченные возможности для воспроизводства сделали её парией.
При всех своих достоинствах и талантах Яссуд никогда не станет полноценной супругой какого-нибудь высокородного и богатого аристократа. Мелкие аристокрашки – не её масштаб. Быть машиной для производства детей у более крупного она не захотела. Сама судьба толкнула её на преступление. Но какое?
Папа, наверно, все таки сам светлейший князь. Шеучь – 1 не только научно-исследовательская станция, а ещё великолепная тюрьма для строптивой дочери, причём тюрьма тайная. Когда Яссуд предложили либо сесть в тюрьму, либо подписать контракт на 25 лет, она выбрала последнее. А его, Нав печально улыбнулся, выбрали для неё, как постельного раба, именно под её вкус и цвет.
Вот уже пять лет они делят постель, но от этого не стали более близкими. Для обоих секс не более, чем физиологическая потребность наравне с едой и сном. Смогут ли они когда-нибудь создать полноценную семью? Вряд ли.