С орбиты невмешательства
Шрифт:
На первый взгляд тишина, покой и привычная серость. Но вот из незаметной с огромной высоты дверцы с торца большого прямоугольного здания выскочила группа ицонгов. С противоположной стороны показалась ещё одна. Из бог знает каких щелей повылазили ещё и ещё. Самая большая группа аборигенов толкает перед собой странную конструкцию на двух колёсах и торчащей вперёд трубой.
– Господи, - тихо ахнул Нав.
Это же… пушка! Аборигены дружно толкают её в сторону застроенного линкора. Едва дуло выглянуло из-за угла большого здания, как пришла в движение маленькая орудийная башня на боевом корабле. Мучительно медленно
Орудийная башня корабля ещё раз выстрелила. Круглый султан взрыва подбросил пушку в воздух и опрокинул её. Ицонг, которому не повезло очутиться ближе всех к эпицентру взрыва, судорожно дёрнулся и рухнул возле раскорёженой пушки. Остальные предпочли отступить и спрятаться за углом длинного здания.
В другом месте из низенькой постройки повалил чёрный дым. Рядом на земле лежит несколько ицонгов, короткие черточки пороховых ружей время от времени дёргаются в их руках.
Наружу вылезает всё больше и больше ицонгов. На крыше большого прямоугольного здания почти за каждой трубой лежит и стреляет абориген. На линкоре, распахнув двери и люки, показались защитники. Они тоже улеглись за трубами, ящиками и начали стрелять в ответ.
Единственная работающая орудийная башня линкора мучительно медленно развернулась в сторону прямоугольного здания. После каждого выстрела от бетонных стен и крыши взлетают облачка взрывов. У обороняющихся явное превосходство в огневой мощи.
То, что творится в селении Одиб до жути напоминает допотопную компьютерную игру, домики, дорожки и смешно семенящие человечки показаны сверху. Но это не игра. В селении развернулся беспорядочный бой. Очень скоро стало совершенно не понять, кто нападает, а кто обороняется. Вот ещё одна группа ицонгов пытается прорваться к борту корабля. Но, едва аборигены отбежали на пару метров от спасительного бетонного забора, как тут же попадали на землю скошенными травинками.
Нав так и замер от потрясения. Перед глазами замелькали картины увиденного на острове Удаш: трупы ицонгов на полу в оранжерее, длинные ящики бывших грядок, ещё трупы, скорченная возле окошка фигурка на ковре из стрелянных гильз, обломки костей, торчащие из рваных дыр и план пятиэтажного здания сплошь в синих точках.
– Прекратить показ! – Нав оторвал взгляд от экрана.
Изображение беспорядочно боя, мигнув на прощанье, наконец пропало.
– Вигора Телс, вы ещё на связи?
– Да, - на экране вновь появилась программист станции.
– Это… - Нав растеряно глянул по сторонам, - давно началось?
– Нет, - жена эсбэшника буквально светится спокойствием, - закончилось пару дней назад. Ты видел самые первые записи непонятной активности.
– Как два дня назад? – забыв о приличии, воскликнул Нав. – А почему мне ничего не сообщили?
– Витус Потанн запретил. Решил не отвлекать тебя от важного отчёта, - вигора Телс улыбнулась. – В первый день пребывания на Шеучь – 1 ты блеснул аналитическими способностями и во многом оказался прав. Янет Вумич ждёт тебя в своём кабинете в предвкушении очередной сногсшибательной
– Не-е-ет, - Нав с трудом выжал из себя вежливый ответ. – Через полчаса. Сперва мне нужны данные о поселении Одиб.
– У тебя есть какие-то мысли, соображения? – вигора Телс как никогда похожа на следователя на допросе.
– Да, есть, - резко ответил Нав и тут же добавил: - Конец связи.
Так резко обрывать связь, да ещё с женщиной, да ещё с женой безопасника, не совсем культурно. Но, Нав закрыл глаза и попытался успокоиться. Злость и ярость бурлят внутри, словно просыпающийся вулкан. Когда он в таком состоянии даже Яссуд, гражданская жена, забывает о своих аристократических замашках и предпочитает убираться в свою комнату.
Нав шумно выдохнул и открыл глаза.
– Эл! Загрузи мне на стол данные о селении Одиб.
– Выполнено, - тут же отозвался компьютер станции.
Глава 8. «Залог живучести».
Несколько более громко и резко, чем полагается по этикету, Нав постучал в дверь кабинета начальника станции.
– Нав, - донеслось из-за двери, - если это ты, заходи. Что? – произнёс витус Потанн, едва Нав сел на предложенный стул возле стола начальника. – Немного не в себе? А я тебя уже заждался.
В манере витуса Потанна резко менять предмет разговора сотрудники станции давно привыкли.
– Эл, - громко произнёс начальник станции. – Выведи отчёт туса Лизина на мой рабочий стол.
Минут пять витус Потанн просматривал отчёт, цокал языком, качал головой и щелчками по сенсорному экрану перелистывал страницы.
– Впечатляет, - витус Потанн оторвал взгляд от электронного рабочего стола. – А теперь кратко и своими словами.
– Может, сперва вы объясните, почему мне своевременно не доложили о странной активности в селении Одиб? – спросил Нав.
– Всё же обиделся, - витус Потанн откинулся на спинку кресла. – Почему запретил – сам скоро поймёшь. А теперь доложи непосредственному руководителю о результатах исследования поселения на острове Удаш, - сухим от официальности тоном приказал витус Потанн.
– Расскажу.
Нав собрался с мыслями и не спеша заговорил:
– Мне удалось установить, что до начала войны на острове Удаш была ремонтная база военно-морского флота государства Асуп. Небольшой порт, маленький городок при нём и несколько рыболовецких посёлков на побережье. Самое интересное другое – на этом острове, впервые на Смекос, построили электростанцию на горячих подземных источниках. Ни котельной на нефти или угле, ни ядерный реактор, только тепло недр.
По этой причине ни я ни Яссуд не смогли сразу понять, на чём именно работала электростанция. Два больших цилиндра, которые мы видели в центральном зале, накрывают подземный источник. Перегретый пар по трубам подавали в паровые турбины в соседних залах.
Нав увлёкся рассказом и успокоился.
– Во время войны, - с воодушевлением продолжил Нав, - острову и базе на нём в некотором смысле повезло: прямых ударов, бомбардировок с воздуха или морских десантов противника, он избежал. Но цунами, возможно от ядерных взрывов в океане, разрушили порт и город практически полностью. В результате глобального потепления уровень океана поднялся, остатки прибрежных построек ушли под воду.