С Новым годом!
Шрифт:
Когда он лежал на операционном столе, мне показалось, что рана его начала заживать. Так как это было невозможно, списала все на заряд, что прижег края. И хотя я хороший врач и заживление от ожога уж точно отличу, в тот момент я старалась об этом не думать. После операции мне так же показалось, что у него слишком быстрая регенерация, но тогда я была слишком вымотанная, чтобы не начать сомневаться в увиденном.
Но не думать сейчас не могла. То, как быстро он пришел в себя, подтверждало мелькнувшую ранее мысль о невозможной, просто невероятно
А сейчас мне и самой не помешало бы поспать. Я вышла из палаты, тихонько прикрыв за собой дверь.
Слава богам, до конца смены меня никто не потревожил, а рано утром пришла моя сменщица — Катарина.
Я дала ей немного измененный отчет, в котором умолчала об использовании доноров, но она, мельком глянув бумаги, с укоризной на меня посмотрела. Я только плечами пожала. Правила тут нарушали все понемногу. Не стоит человеческая жизнь того, чтобы чиновник в теплом мягком кресле одобрительно обо мне подумал. А наказать за откровенное вранье меня не смогут, слишком мелко, чтобы ехать с расследованием в далекий приграничный поселок практически в канун Нового года. А если и накажут, отделаюсь штрафом, невелика беда. Все равно уезжать отсюда я не планировала, а тут деньги тратить особо некуда. Так и копятся уже три года.
Также она предупредила меня о прибытии продуктового и почтового обоза, за что я была ей благодарна. Мне нужно было отправить родителям письмо. Знала, что рискую, но хотя бы раз в полгода приходилось, иначе они бы сошли с ума от беспокойства за меня. А я, в свою очередь, волновалась бы по этому поводу.
Навестив перед уходом пациентов (включая новенького), я ушла домой за письмом, на котором отсутствовал обратный адрес. Занеся его на почту, как мы называли небольшой простой ящик недалеко от украшенного каменными драконами храма (единственной местной достопримечательности), я вернулась в теплое нутро дома.
Спать мне уже не хотела, так что я решила провести выходной с пользой. Тщательно убравшись во всех комнатах, на ужин решила налепить пельменей! Включив тихонько магический передатчик, слушала бодрый голос диктора и незамысловатые, но популярные песни.
Вот парадокс: чем меньше в песне смысла, тем популярнее она становится. Но этот факт не мешал мне пританцовывать и старательно подпевать. Когда я была по локоть в муке и фарше, в дверь постучали. Я на миг замерла. Если кто-то стучит к врачу в разгар выходного дня, так еще и на границе миров, жди беды.
Поспешно вытерев руки о полотенце, не заботясь о том, что теперь мне нужно будет отстирывать жирные разводы, я, на ходу накидывая куртку, рывком распахнула дверь.
И пораженно замерла.
На пороге стоял (стоял! Сам!) мой новый пациент! Да он минимум неделю должен был в кровати проваляться и бульоном питаться!
— Как вы?.. — шокировано спросила и тут же сама себя перебила: — Что-то случилось?
То, что пришел только вчера вылеченный пациент, могло означать
Тишь, гладь, да благодать. Я растерянно перевела взгляд на пациента. Он зябко кутался в короткую дубленку, явно с чужого, много меньшего плеча, которая едва ли по швам не трещала.
— Заходите, раз пришли. Замерзнете, — буркнула неприветливо и посторонилась. Мужчина без смущения прошел, с откровенным облегчением снял тесную дубленку.
— А у тебя уютно. — Он с любопытством осмотрелся. Свитер на нем тоже был не по размеру. Слишком короткие рукава открывали крепкие запястья. Повезло еще, что с его ростом длина подходила.
— А мы разве переходили на «ты»? — спросила строго, складывая руки на груди.
— А я разве разговаривал на «вы»?
Это он насмехается надо мной? С ответом я не нашлась, а потому сменила тему и прозвучало это довольно грубо:
— Зачем пришли?
— На пельмени, видимо, — ответил с улыбкой, игнорируя мой резкий тон.
Я перевела взгляд на видневшийся из коридора и уставленный теми самыми пельменями кухонный стол.
— А я вас приглашала? — Я не спешила оттаивать.
— А похоже, что меня нужно приглашать? — спросил будто с искренним удивлением.
— А вы наглый!
Несмотря на раздражение я просто не могла не восхититься!
— Это лучший комплимент для меня!
— Только это не комплимент. — Я вызывающе выгнула бровь.
— А это, малыш, смотря как посмотреть. — И он, подмигнув, ушел на кухню!
Растерянно постояв в собственном коридоре, я все же двинулась следом. Ну не выходить же на улицу и не орать как потерпевшая!? Мол, помогите-спасите, на меня напал пациент. Тем более не напал. Да и не уверена, что он вообще пациент. Выглядит слишком уж бодро. Кстати, о главном-то я и не спросила.
— Но как вы смогли так быстро встать на ноги?
— О, если меня не убить сразу, второй попытки не будет, — ответил с улыбкой и заглянул в один из ящиков. Видимо, не нашел искомого и заглянул в другой.
— Что вы ищете? — не выдержала я.
— Кастрюлю, конечно. Пельмени сами себя не сварят, — пояснил и только что пальцем у виска не покрутил, мол, большая девочка, а очевидного не понимает.
Я закатила глаза и поняла, что с этим типом легче смириться, чем попытаться что-то изменить.
— В самом низу справа, — ответила терпеливо.
— Маловата будет. — Он задумчиво покрутил посуду в руках. В его лапищах она выглядела и правда крохотной. Но мне одной была как раз — не успевала пропасть еда, и легко мыть.
— Другой нет. — Я пожала плечами и вернулась к лепке.
— Ничего страшного, малыш, нам хватит, — ответил так, будто я действительно переживала по поводу размера кастрюли.
Я уже даже глаза не закатывала. Интересный, однако, тип у меня в гостях. А тип как раз набирал воду в кастрюлю и устанавливал ее на магический камень, который разогревался до нужной температуры.