С неба – в бой!

Зверев Сергей Иванович

* * *

Скарабей спешно менял огневую позицию. В тот момент, когда он понял, что совершил трагическую ошибку и прицельным попаданием убил вместо клиента Ярова-Полетаева, находиться на прежнем месте было невозможно. Киллеры вообще стреляют только один раз. К тому же после того, как Скарабей произвел «зачистку» в рядах каких-то вооруженных бандитов, помогая Острому, он окончательно засветил свое убежище.

Время от времени фигура Семена у ограждения особняка попадала в освещенное пространство. Востряков грамотно маневрировал, постоянно менял позицию, но близость нескольких боевиков

с автоматами создавала для него заметную опасность. Скарабей уложил трех человек, стреляющих в сторону особняка, и только после того, когда убедился, что старый армейский друг успел завладеть оружием, прекратил огонь и приготовился уходить.

Он не переживал из-за того, что сделал. Для размышлений у него еще будет время долгими бессонными ночами. Скарабей приучил себя откладывать на потом решение всех мучительных вопросов. Во время выполнения задания можно думать только о деле. Так Скарабея научили еще в юности. Фактически раскрыв свое местоположение, он должен был немедленно найти новую точку для ведения огня.

Не разбирая винтовку, Скоробогатов быстро сбежал по лестнице вниз, повернул за угол дома и скрылся в зарослях декоративного кустарника вдоль дороги.

* * *

Другой снайпер находился в полном замешательстве. Он не знал, что ему предпринять. Руководитель операции был убит, отдавать новый приказ было некому, а старый выполнить сейчас не представлялось возможным.

Дело в том, что попасть в Антиквара можно было, только рассеяв толпу собровцев, стоящих около машины. Мало того, теперь вся их нынешняя работа подвергнется пристальному расследованию – ведь не каждый день убивают начальника оперативного отдела контрразведки. Еще предстоит выяснить, кто именно произвел выстрел. Своим профессиональным наметанным глазом снайпер уже выделил тот сектор, откуда стреляли в майора. Пуля прилетела со стороны заброшенного дома, расположенного через дорогу в двухстах метрах отсюда. Расстояние солидное. Все говорит о том, что работал не обычный стрелок, а специалист высокого класса. Получалось, что ко всем участникам этой баталии добавился еще один фигурант. Еще один противник. По-видимому, там только что находился киллер. Ввиду этого следствие обещает быть особенно упорным. Будут искать заказчика. А если учесть, какие у майора родственники, то становится совсем невесело…

Снайпер вызвал по рации напарника, который находился на первом этаже, страхуя вход в здание, и спросил совета:

– Ты же как-никак лейтенант и зовешься старшим опером. Я, конечно, могу, едрена вошь, завалить фигуранта. Но потом проблем не оберешься. Говори, что делать. Как понял, восьмой?

– В эфире не трепи лишнего. Собирай свои манатки и катись к машинам. Нам тут делать нечего. Уходим в Белецк. Пусть УБОП разбирается. Это уже не наше дело. Как понял, третий?

Третий все понял и молниеносно покинул огневую позицию как раз в ту минуту, когда из своего дома вышел Каштан с заложницей.

* * *

На какое-то время вокруг все стихло. Умолкли выстрелы, прекратилось судорожное движение вооруженных людей вокруг особняка.

Около своего автобуса, держа в руках автоматы, застыли пять спецов. Остальные цепью стояли у дома Каштана. Майор Мазуров и его убоповцы держали под контролем все подходы к воротам, полукругом разместившись рядом с металлическим

ограждением особняка.

Востряков с оружием в руках находился у борта одной из машин. Он еще не видел Каштана, выходившего с заложницей, но дикий крик Анны полоснул по нервам, как острая бритва.

Семен обогнул джип и подбежал к воротам. К этому моменту Каштан, крепко сжимающий Аню, успел благополучно пройти по гравийной дорожке. Он был в страшном напряжении, рука, держащая «макаров» у виска девушки, задеревенела, со лба ручьем катился пот.

– Отпусти ее, Каштан! – приказал Востряков. – Тебе все равно не дадут уйти. А если с ней что-нибудь случится, я тебя из-под земли достану.

– Эй, парень! – громко сказал Мазуров, делая шаг в сторону Семена. – Не суйся не в свои дела. Здесь есть кому вести переговоры. Мы потом с тобой будем разбираться. К тебе есть немало вопросов. Кстати, сдай оружие.

Один из убоповцев подошел к Вострякову и требовательно протянул руку. Востряков неторопливо, стараясь не допустить резких движений, передал ему «кедр».

– Семен, не мешай Каштану. Ты что, не видишь, что он на пределе?! – истерично вскрикнула Анна.

– Дайте пройти к машине! Я ее высажу через два километра, – Каштан не останавливался, продолжая медленное движение вперед.

Вообще-то сбоку его могли легко «снять» прицельным попаданием. Но поскольку оставалась незначительная возможность попасть в девушку, собровцы побоялись нажать на спусковой крючок. Тем более что снайперов среди них не было.

– Гражданин Каштяну, освободи девушку! Это тебе зачтется! – Мазуров сделал два осторожных шага в сторону бандитского авторитета. – Тот, кто добровольно освобождает заложника, не привлекается по этой статье к уголовной ответственности.

Каштан не отвечал. В эти мгновения он миновал ворота и приближался к джипу, изъеденному оспинами пулевых попаданий. До машины было еще метров тридцать.

– Пусть уходит! А, Анатолий Ильич? – тихо спросил капитан Стасов. – Мы его потом возьмем. Далеко он не смоется. Выезды из города перекрыты. Если его грохнем, многого потом не узнаем. Нам и так наваляют по полной программе за неподчинение. Зачем еще усугублять?

– Уезжай! – дал «добро» Мазуров, громко обращаясь к Каштану.

Один из убоповцев бросился к служебной машине, чтобы по рации предупредить посты.

До джипа Каштану оставалось всего несколько шагов. Он развернулся, прикрываясь заложницей, и стал пятиться к передней дверце. Казалось, он уже одержал победу…

Но тут взревел мотор «Феррари», стоящей с другой стороны металлического ограждения особняка. Машина резко сорвалась с места и, пролетев короткое расстояние, с визгом притормозила около джипа. Из открывшейся дверцы выскочил Антиквар. Он собирался, видимо, вырвать Аню из рук Каштана, но, конечно, не рассчитал своих возможностей.

Каштан рванулся вперед, пытаясь открыть дверцу джипа, на мгновение отвел в сторону ствол пистолета и в этот момент утратил контроль над ситуацией. Антиквар сильно толкнул его назад. Каштан, ударившись боком о борт машины, ослабил хватку. Анна, воспользовавшись этим, отскочила в сторону «Феррари» и, открыв заднюю дверцу, нырнула в салон.

Спецназовцы, не получившие приказа от руководителей операции, не знали, что им предпринять. Но Востряков отвечал только сам за себя. Он бросился к джипу.