С любовью, Я

Маас Есения

В голове вспыхнули обрывки образов и разговора. Он пришёл, когда родителей не было дома. Просто поговорить…

– Диана! – громко позвала Нэнси и пощёлкала пальцами. – Всё в порядке? Ты побледнела. Ты никогда не рассказывала, что именно тогда произошло.

– Полу было восемнадцать, как и мне сейчас. Он был сыном директора конкурса и тоже участвовал. Призовой грант позволял поехать во Францию на три года. Он пришёл с цветами, чтоб поздравить, – задохнувшись, прошептала я. – Мы сидели у рояля и Пол попросил сыграть его любимый этюд так, как его слышу я. Я сыграла. А когда закончила, он набросился на меня и попытался

задушить. – Я всё же отвернулась, прикусывая щёку. – Его глаза пылали такой яростью… Было очень страшно. Он бросил меня на письменный стол, и я, в поисках спасения, схватила первое попавшееся и…

– И?.. – Майлз неслышно подошёл и сел рядом. В его глазах была печаль.

– Ударила, – выдохнула так, будто это меня тогда ударили. – Пол даже не кричал. Он просто хрипел и хватался за горло из которого фонтаном била кровь. В этот момент вернулись родители. Мама тогда упала в обморок, а отец вызвал скорую, но без толку. Я распорола шею Пола ножом для писем. Мама оставила его там, когда уезжала за продуктами.

Ужас, пережитый в тот день, я наверняка пронесу через всю жизнь.

После моего признания воцарилось молчание. Майлз прижал меня к себе, и успокаивающе погладил по спине, а Нэнси смотрела в одну точку на стене. Страшное признание и непомерный груз. Я знала. Но мне нужно было сказать. Нужно.

– Ты теперь меня презираешь? – посмотрела я на подругу.

– С чего бы? – обронила она не отрывая взгляда от стены. – Тебе было двенадцать, он напал, и ты защищалась как могла. На твоём месте я поступила бы так же.

Вздрогнув, я расплакалась. Столько лет носила в себе этот груз, столько ночей не спала из-за кошмаров и вот теперь я смогла рассказать лучшим друзьям о том, что меня беспокоило всё это время.

– Динь, всё в порядке, – прошептал Майлз мне в макушку. – Пола больше нет, никто не будет тебя беспокоить. Всё хорошо, не плачь.

– Откуда ты знаешь? – всхлипнула я, растирая слёзы по лицу.

– Просто знаю, – ответил он и бросил взгляд на сестру.

Глава 11

Весь следующий день мы провели, гуляя по магазинам. Майлз остался дома, чтобы разобрать свои вещи, а Нэнс согласилась помочь с покупками при условии, что я позволю привести себя в порядок. Потратив больше тысячи долларов, мы сели в кафе и заказали большие стаканы с молочными коктейлями и сладкие пироги.

– Ну что? – Нэнс шумно втянула через трубочку коктейль и подмигнула. – Лучше?

– Ещё бы, – выдохнула я и закинула руки за голову. – Ты не представляешь сколько я ждала, чтобы избавиться от опеки матери. Чего только в её чудесную рыжую голову не приходило, – скривилась я. – Представляешь, она даже посчитала мою свадьбу с Фледжем реально возможной. Кошмар. Брайана жалко, она насела на него и теперь не позволит исчезнуть, как мне. Он её последняя надежда вырваться в большой мир.

– Твоя мама всегда была слегка… – Нэнси задумалась и поправила чёлку. – С приветом. Чего бы ей самой не приложить усилия? Почему именно вы?

– Ну. – Я откусила кусочек пирога и слизнула ягодный джем. – В своё время у неё не получилось вырваться. А сейчас, что она может? Простая домохозяйка с манией величия. Она даже отцу отказалась помогать. У мамы есть священный круг её подружек, таких же, как она – чокнутых домохозяек, вот они и собираются трижды в неделю,

чтобы обсудить дальнейшие планы. У них всё по расписанию, – я расхохоталась. – Сын миссис Декер, например, через два года станет адвокатом, через пять лет помощником прокурора, а через семь он должен открыть свою контору. Ты не представляешь, что на этих собраниях творится. – Мой хохот привлёк внимание посетителей. – Они же целые военные кампании готовят против общества, ищут любые лазейки, чтобы детей качественно пристроить. Их даже не волнует, что нам это всё не нужно.

– С ума сойти, – сочувственно вздохнула Нэнси и сняла очки. – Нелегко тебе было.

– Да не говори, – махнула я рукой. – Жаль только, что колледж пришлось бросить. Мне ведь наука действительно нравилась.

– Ты рождена для другого, – напомнила она. – Впрочем, тебе всегда всё давалось слишком легко, так что выбрать новую стезю будет просто. Я права?

– Неа. – Я подозвала официантку, чтобы повторить заказ. – Я умею играть, но не могу себя заставить сесть за рояль. Я знаю законы физики и химии, но не могу себе позволить вернуться в мир науки, потому что родители тогда не слезут и заставят-таки делать то, что хочется им. Мне нужно что-то новое. Знаешь. – Я задумчиво посмотрела в окно. На соседнем здании, через дорогу, висела огромная реклама новых духов. Девушка-модель призывно улыбалась обещая рай той женщине, что купит новинку. – Мне нужно то, чем я никогда не занималась, что-то, что позволит по-новому взглянуть на мир.

– Реклама? – Нэнси выгнула брови, отчего они смешно встали домиком. – Ты хочешь стать моделью?

– Я?! – Я аж поперхнулась. – Да ни за что на свете! Если только плюс сайз, но вряд ли я и туда пройду. Недобор веса, все дела… Эти красотки, – показала я на рекламный щит пальцем, – совершенно из другого теста слеплены.

– Тогда играй, – спокойно сказала Нэнс, будто это было само собой разумеющимся. – Ты же жила музыкой, ни за что не поверю, что руки не чешутся прикоснуться к клавишам.

– Страшно. Ноты в последний раз открыла и закрыла. Всё время вижу на страницах брызги крови.

Я поёжилась от нахлынувших воспоминаний.

– Играй без нот, когда-то ты сама писала музыку. Просто играй. Это ведь не так страшно, да? – вяло улыбнулась подруга, смотря по сторонам.

– Наверное. – Я положила голову на стол, повернулась к Нэнс и буркнула: – Боюсь, что напортачу и совсем разочаруюсь в себе.

– Тогда не пробуй. Просто смирись с тем, что больше никогда в жизни не будешь играть, но ведь так поступают только неудачники.

Нэнси слизнула с пальца выпавшие из пирога ягоды.

– Ладно, – промычала я, уткнувшись носом в стол. – Уговорила. Сегодня же и попробую. Но! Если ничего не выйдет, я больше никогда не сяду за рояль. Кстати. – Меня осенило. – Ты сама можешь попробовать пройти кастинг.

– Я? Ты нормальная вообще?!

Нэнси выпучила глаза, но полностью сфокусироваться на возмущении не смогла. Её взгляд то и дело ускользал в сторону улицы и рекламы.

– Не прибедняйся, – качнула я головой, отчего нос слегка сдвинулся и расплющился по столу. – Ты высокая, стройная, не в пример брату. А внешность куда лучше, чем у многих моделей. Ты натуральная блондинка с зелёными глазами. Огромными глазами, – напомнила я. – Зачем ты прячешь свою внешность за очками? У тебя ведь стопроцентное зрение?