С любовью, Я. Книга 2

Год спустя

Канада, аэропорт Ванкувер, 17 декабря

Высокая женщина с огненно-рыжими волосами с большим трудом сняла с ленты багаж и шлёпнула чемодан на пол.

– Шевели ногами! – рявкнула она в сторону замешкавшегося соседа по самолёту, и щёлкнула крышкой телефона. Подержав некоторое время трубку у уха, она сморщилась и процедила: – Вот мерзавка!

– Петти, вам нельзя так нервничать, давление поднимется, – раздался над её головой мужской голос.

– Да что ты понимаешь. – Женщина уселась

поверх чемодана и сдула непослушные пряди с лица. – Эта мерзавка не берёт трубку! Я же специально взяла билет на сегодня, потому что с завтрашнего дня в её киношколе начинаются каникулы! А она мать встречать не хочет! Паразитка!

Спешащие по своим делам пассажиры, нет-нет да оглядывались на слишком шумную и склочную даму. Мамы дёргали детей за руки, чтобы побыстрее уйти подальше, мужчины недоуменно взирали на неряшливую внешность, а элегантные пожилые леди лишь отворачивались, считая недостойным подобное поведение.

– Я не думаю, что Диана способна на такое, – с сомнением сказал её спутник. Но мгновением позже замер и нахмурился. – Всё равно. Прежде, чем обвинять, вы должны убедиться в том, что…

– Джоэл, я ведь говорила тебе: забудь о ней, – неожиданно печально отозвалась женщина. – Год уже прошёл, а ты всё успокоиться не можешь. Далась тебе эта засранка.

– Вы не понимаете, Петти, – усмехнулся юноша. – Вы вообще ничего не понимаете. Если я сейчас отступлюсь, то уже никогда… – Он сжал пальцы в кулак и шумно выдохнул сквозь зубы.

– Ладно. – Петти Джонс хлопнула себя по коленям и быстро встала. – Хочешь гробить свою жизнь – гробь. Развёл тут сопли.

Джоэл внимательно посмотрел на женщину, что в ближайшем будущем станет его тещёй, и поморщился.

– Поехали. – Он подхватил огромный чемодан под ручку и с усилием покатил вперёд. – По прогнозу вечером должна быть метель. Не хотелось бы застрять где-нибудь по дороге.

Уже у самого выхода из аэропорта Петти вдруг придержала Фледжа за руку и улыбнулась:

– Ты на ней не женишься. Просто прими это как данность.

– Это не вам решать.

– Да неужели? – хмыкнула она, поправляя волосы. – А если я скажу, что весь этот год ты менял пассий как перчатки?

– Это ложь, – спокойно ответил Джоэл.

– Может быть. – Петти наклонилась к его лицу. – Но кажется мне, что Диана с удовольствием поверит в твою испорченность.

Фледж вздохнул, с жалостью посмотрел на исходящую ядом женщину и убрал пальцы с ручки чемодана.

– В таком случае, мне просто нужно постараться, – доверительно ответил он и вышел на улицу, оставив Петти один на один с чемоданом, в котором запросто мог поместиться взрослый человек.

– Чемодан! – возмутилась Петти, тыкая в него ногтем.

– Вы прекрасно обойдётесь без помощи такого испорченного человека, как я, – равнодушно ответил он, взмахом руки подзывая такси.

– Ах ты, поганец! – прошипела Петти. – Ну погоди, я тебе ещё устрою весёлые каникулы. – Её лицо обезобразила ядовитая улыбка. – Ты у меня на коленях ползать будешь, ишь, жениться на Дианке решил. Да я со свету тебя сживу, пожалеешь, что пренебрёг.

Деловито поправив причёску, она вздёрнула нос и поцокала в ту же сторону. Со стороны могло показаться,

что идёт какая-то актриса, или телеведущая. Впрочем, Петти Джонс всегда умела себя «носить», да только излишнее самомнение и самолюбие, в конце концов, сыграли с женщиной злую шутку: потеряв доверие дочери, она не заметила, как вырос и отбился от гнезда сын, а развод с опостылевшим мужем не принёс желаемого счастья. Вместо новых ошеломительных романов, её окружили пустота и серость будней. Ведь что ни говори, а эгоистичная личность живёт и умирает в одиночестве. Поняв непреложную истину, Петти решила клещами выцарапать себе будущее. Именно поэтому и только поэтому, она выяснила новый адрес дочери и поехала отмечать Рождество в нелюбимую Канаду. Потому что только один раз в году Диана была способна её выслушать и дать новый шанс.

Рождество всегда несло с собой надежду на чудо.

Когда машина остановилась перед искомым домом, первым наружу выбрался Джоэл. Размяв ноги и поведя плечами, он распахнул заднюю дверь и протянул руку.

– И не надейся искупить вину подобным образом, – цыкнула Петти и начала вылезать.

– Пфф, – от души рассмеялся Джоэл. – Мадам, я не стараюсь искупить вину, как бы вы на это ни смотрели. Просто здесь сугроб.

Едва он это произнёс, как изящная ножка, обутая лишь в лодочки, провалилась в снег. Визг Петти Джонс слышала вся улица. Фледж не стал ждать развития событий и вполне бесцеремонно выдернул будущую тёщу из снежного плена.

– Петти, мы ведь не в Лос-Анджелесе, это Канада, в конце концов. У вас, что, даже сапог захудалых не нашлось? – Тёмная бровь поползла на лоб, придавая Джоэлу комичное выражение.

– Поговори мне, – фыркнула она в ответ и потрясла снятой туфлей. – Варварство какое-то, неужто Рику денег на уборщика жалко? Впрочем, он никогда не отличался самостоятельностью.

– Кхм. – Джоэл кашлянул в кулак и дождался, пока Петти обратит на него гневный взор. – Мадам, я понимаю, что лезу не в своё дело, но ведь вы, кажется, приехали сюда мириться? Или я ошибаюсь? Если вы продолжите разговаривать с мужем и дочерью в подобном тоне, то вас выставят раньше, чем вы договорите последнее слово.

– Мальчишка! Да что ты знаешь о семейной жизни?! – яростно спросила она, направляясь к светлой двери с красивым рождественским венком.

– Вы правы, – просто ответил Джоэл. – Моя семья была далека от идеала, но даже так, я смог усвоить некоторые уроки. Чего и вам желаю, от всего сердца, ведь как никак мы скоро породнимся, – по бледным от мороза губам скользнула лёгкая улыбка.

– Не дождёшься. Не видать тебе моей дочери, уж я об этом позабочусь! – злорадно выпалила Петти Джонс и нажала на звонок.

– А вы меня остановите, – прошептал он ей в самое ухо.

Пока эта парочка отмораживала последние тёплые места и переругивалась, наступили сумерки. По всей улице зажглись вечерние огни, где-то заскакал олень, везя сани с Санта-Клаусом. Перед домом Ричарда и Дианы Джонс ничего подобного не было, лишь маленький гном, служивший летом разбрызгивателем, сверкал начищенным красным носом.

– Эт-та м-мерзавка. – Петти с трудом разлепила губы. – Неужто мать оставит на улице в такой мороз?