С любовью, Вадик!

Ильчукова Алёна Сергеевна

– Самая обычная, – недовольно отвечаю я, отводя от них взгляд.

– Ну а пацаны тоже ничего, иди познакомься, Ирка! – проговорил друг, ни на минуту не отводя от компании взгляда.

– Пусть сами знакомятся. Почему вообще я должна? – буркнула я.

– Ты чего такая бука, Лисицына? – раздражался Мишка. – Не хочешь – не надо, никто тебя не заставляет.

И сам взял и направился в сторону этой компании. Вот нарвётся ж на неприятности!

Я осталась сидеть на месте, но потом почувствовала,

что нельзя оставлять Мишку одного и, взяв с собой все наши чемоданы, пошла за ним.

– … А вот и она! – Журавлёв указал на меня.

– Что я?

– Я тебя пацанам представляю, – шепчет мне Мишка. А парни, которые только что сидели – встали и уже смотрели на меня, улыбаясь.

Один из них так смотрел на меня, будто искал в моих глазах какую-то тайну. Мне было до ужаса приятно и тепло на душе. На меня ещё никто вот так вот не смотрел, как он сейчас.

– Меня зовут Вадим, – проговорил он, продолжая смотреть на меня, не отрываясь.

– Ира! – сказала я, в ответ улыбнувшись. – Вам уже Миша меня вроде как представил.

– Представил, представил, – сказал Журавлёв, уже болтая с другим пацаном. – А это, кстати, Лёнька.

Я посмотрела на второго парня. Он был чуть ниже Вадима. В странных очках и непонятной куртке. Она была, будто совсем не зимняя, даже не осенняя. Простая ветровка. А на улице, между прочим, холодно было, и до сих пор сильно мело.

– Вы куда направляетесь? Или встречаете кого-то? – спросила я у парня, который мне пригляделся.

– Мы в Никитино едем, – сказал он. – На дачу. А вы?

– Туда же! – удивилась я. – К бабушке.

– А вы с Мишей брат с сестрой?

– Нет, – улыбаюсь я. – Просто моя бабушка Мишку тоже за своего родного внука принимает, она его с детства знает.

– А-а-а, вы дружите с детства значит?

– Да. Но он младше меня на год, мы на детской площадке возле дома познакомились.

– Понял.

– А с вами девчонка была… – спросила я, оглядываясь по сторонам. – Ну блондинка такая… Или она не с вами?

– С нами, с нами. Она в туалет отошла. Это Лана, девушка Леонида! – как-то не очень весело проговорил Вадим.

Из-за угла вышла та самая Лана и очень удивилась, увидев нас.

– А-а-а… Лёнь… – пробубнила она.

– Это Михаил и…

– Ирка, – сказал Журавлёв за Лёню.

– П-п-п… приятно познакомиться! – эта девчонка явно очень смущалась. – Меня зовут Лана!

– Нам тоже приятно, – с улыбкой отозвалась я. – Мы тоже в Никитино едем.

– Да-а? Здорово! – как-то натянуто улыбнулась девушка. – Вы на какую улицу?

– Киевскую, – ответила я, вспоминая, точно ли на той улице живёт бабушка. – А вы?

– Советскую, – ответил Лёня, сражаясь с Мишкой за шарфик Журавлёва.

– Кстати, на Киевской вроде как недавно супермаркет открыли, – говорю я.

– А

я думала, что в деревне нет супермаркетов, – гордо сказала Лана.

– Вот и я о том же. Его недавно построили, сказали, что посмотрим, как там прибыль идти будет и, если что, он так и будет работать.

Болтая о чём попало, мы понимаем, что пропустили свой поезд. Отчего злимся на самих же себя. Причём из пяти человек ни один не услышал громкую речь диктора в громкоговоритель.

– И что теперь делать, Миш? – запаниковала я, держась за руку друга.

– Главное – не паниковать! – смеясь, говорил Мишка, хотя ему было совершенно не до смеха. Это он так пытался с этим Лёнькой сдружиться. Так сказать, произвести на него хорошее впечатление!

– А что вы предлагаете? – прорезался голос Ланы. А ведь я думала, что она не такая уж и общительная. Оказалось, везде свой нос сунет. Интересно, почему я так предвзято к ней отношусь?

– Я предлагаю пойти и посмотреть, какой ближайший рейс! – сказал Лёня.

Мы шли по ночному вокзалу и тянули за собой тяжёлые сумки и чемоданы. Честно, усталость накатывала на меня неимоверной силой, хотелось спать. Время уже было около девяти вечера. А теперь нам придётся сидеть здесь непонятно сколько.

Работники вокзала странными взглядами косились на нас.

Лёнька и Мишка отправились узнавать на кассах, когда будет следующий рейс. Мы с Ланой и Вадимом остались сторожить чемоданы на стульях возле входной двери. Все трое молчали. Лана сидела в телефоне и с кем-то переписывалась, что я успела увидеть краем глаза. Вадим устало развалился на стуле и запрокинул голову назад.

– Думаете долго здесь просидим? – решила спросить я.

– Честно, уже вообще пофиг, – ответила Лана.

– А ты, Вадим?

– Я бы сейчас хотел под тёплое одеялко и спать, – недовольно ответил парень. Я решила больше не доставать новых знакомых вопросами, только сказала:

– Всё равно мы сами во всём виноваты…

Мишка с Лёней вернулись через пару минут. И, к счастью, с хорошими новостями.

– Ну, чего там? – спросил уставший Вадим.

– Есть поезд через два часа, в одиннадцать, – быстро проговорил Лёнька, тяжело дыша, потому что они с Журавлёвым прямо бежали с этих касс.

– Вы купили билеты? – спросила Лана.

– Купили, Ланочка, купили. Но только три. Только три осталось.

– Чего-о? – протянула я. – То есть, кто-то не поедет?

– Получается так, – пожал плечами Лёня.

Так и знала! Так и знала, что билетов не будет.

– И что будем делать? – вновь заныла Лёнина девушка.

– Кому-то придётся не ехать, – сказал Мишка, смотря на меня.

– Пф, – фыркнула я, качая головой.

– Я могу приехать завтра, – вдруг сказал Вадим.