С чистого листа
Шрифт:
Изредка поглядывая на небо, я упрямо поджимала губы. Из таких туч проливается не дождь, но приходят те, кто сеет смерть. Пальцы машинально легли на рукоять прикрепленного к поясу меча.
Убить этих существ архисложно, но за долгие годы мы приловчились. Однако и в предсмертной агонии твари несли гибель. Из бесформенной слизеобразной черной туши стремительно вырастали и выстреливали на большое расстояние щупальца с ядовитыми когтями. Каждый вступающий в схватку знал: если ранят, лечение бесполезно. Смерть наступала даже от пустяковой царапины.
Предплечье
Сообщать о ранении незачем. Но если твари опять придут, я постараюсь забрать еще нескольких с собой. Последние годы это стало единственным смыслом существования.
— Курсанты! — перекрывая вой ветра, прогремел над плацем голос учителя. — Вы настоящие воины, и бились славно. Но враг сильнее. Мы потерпели поражение. Мне только что сообщили — защитный купол истончился до предела. Проведите этот день с теми, кто вам дорог, — голос мужчины впервые дрогнул. Обведя взглядом застывшие лица юношей, он внимательно посмотрел на меня, затем опустил глаза на мою раненую руку. Печально улыбнулся. — Леока, знаю, тебя зацепили. Сможешь открыть портал?
Вот и все, конец. Причем не для одной меня. Как только купол падет, смерть всего живого на планете неизбежна. Учитель прав: пусть ребята попрощаются с родными. Те, у кого они остались.
Кивнув, я настроилась на парней и, не раздумывая, одним махом открыла восемь порталов. Так делать ходящим меж мирами строжайше запрещено, да вот только какая теперь разница? Выгорю или нет — смерть неизбежна.
Юноши поочередно молча хлопали себя по груди, поднимали руки в знак уважения и прощания и заходили в ближайший портал. Тот моментально схлопывался за их спинами.
Наконец, все так же без слов попрощавшись со мной, в голубоватой дымке исчез учитель. Я осталась в одиночестве на пустом плацу. Ветер неистово хлопал потрепанным флагом. Внезапно ткань не выдержала, сорвалась с крепления и умчалась куда-то в наливающееся чернотой небо.
Что же, пора и мне. Надо успеть попрощаться с бабушкой — единственной оставшейся в живых родственницей.
Чувствуя, как головокружение усиливается, неодобрительно скривилась. Этак я свалюсь от истощения раньше, чем добьет яд твари.
Сосредоточилась. Бабушка не в резиденции, а в доме моих родителей. Это хорошо. Хочу умереть там.
Колючий ветер хлестнул по телу, и я пошатнулась. Силы стремительно таяли, стоило поторопиться. Сделала над собой усилие и на этот раз с трудом открыла портал, а потом привычно шагнула сквозь теплую дымку.
На уютной кухне пахло травами. Стройная светловолосая женщина стояла у окна. Не двигаясь, Таисия смотрела на почерневший неспокойный океан. Выглядела самая опытная из ходящих меж мирами максимум лет на тридцать, хотя главе нашего рода давно перевалило за сотню.
Ощутив колебание силы, красавица обернулась.
— Вас отпустили, — тихо проговорила и бесконечно добро улыбнулась.
— Да, — ответила я хрипло. Облизнула начавшие сохнуть губы. — Вот, пришла попрощаться. Прости, что так.
В этот миг в глазах резко потемнело. Не в силах больше держаться на ногах, упала навзничь. «Вот и все», — в очередной раз мелькнула мысль, оставляя после себя горечь сожаления.
Но я ошиблась: сознание почему-то начало возвращаться. Сквозь пелену, застилающую глаза, смутно проглядывались очертания силуэта родного человека. Почувствовала, как бабушка снимает с меня пропахшую потом и кровью одежду, переодевает в чистое.
— Зачем?— не спросила, прокаркала.
— Тебе двадцать. Смерть на пороге, а нормальной жизни так и не было. Ни друзей, ни любви, — неожиданно заявила столетняя красавица. — А ты этого заслуживаешь, Леока! Сейчас уйдешь в так понравившийся мне мир, — что-то зашуршало, звонко брякнуло. — Думаешь, ты с одиннадцати лет просто для тренировки памяти учила язык, который на нашей планете не используют? Нет, я тебя готовила. Тот мир менее развит, чем наш, но, уверена, он тебе понравится. Представляешь, они действительно искренне верят в своих богов и духов. Может, и правда существуют эти их высшие силы, — добавила и вновь принялась чем-то позвякивать.
Чувствуя онемение во всех конечностях, я вяло пошевелила пальцами. Бабушка сошла с ума? О чем она? Я знаю лишь теорию, но никогда не совершала самостоятельного перехода: купол просто-напросто не пропустил бы.
А теперь я умираю.
О нет, неужели она хочет провести ритуал? Зачем?! Не нужна мне эта любовь! Эмпату чувствовать боль утраты несравнимо мучительнее, чем кому-либо, я ведь поэтому давно отгородилась от всех. Оттого и друзей не было.
— Не хочу, — прошипела едва слышно.
Бабушка, не обратив внимания, продолжала с чем-то возиться. Вновь нависнув надо мной, она буднично произнесла:
— Это хорошо, что ранили. Так проще. Ты ведь очень сильная. Леока, я заблокирую тебе память. Поживи нормальной жизнью сколько сможешь, — уколов себе палец ритуальным ножом рода, она нанесла капельку крови на мои сжатые губы. Я машинально слизнула, поморщилась. Словно ничего не происходит, та, что растила меня с десяти лет одна, проинструктировала: — Тебя должно притянуть к твоему двойнику. Надеюсь, вы поладите. А когда «призрачная смерть» доберется и до этого мира, ты все вспомнишь. Но знай: тебя вычислят. Я много раз посещала Японию, их маги силу нашего рода мгновенно отличат от других. Не уверена, что император Ичиро еще жив — как-никак тридцать лет прошло, — но если встретишься с ним, будь поаккуратнее. Как любой правитель, он очень хитер. В его стране по чертежам наших ученых сделали портальную установку: тысяч пять избранных прошло бы. Они ждали нас, но, по сути, нет смысла бегать из мира в мир. Ты знаешь последствия переходов, расскажешь, если понадобится, — деловито выдавала информацию Таисия.