Рыжик
Шрифт:
Я всё потом прокляла! Работники центрального радио захотели выпустить песню в эфир. И у нас начались репетиции…
Специалисты обработали мелодию, добавили инструментов. Алиса играла на рояле, а мы с Аней пели. Точнее, пела Аня, а я ей подпевала…
Устали сильно. А у нас же ещё и работа…
Но песня по радио прозвучала… И наша Аня сразу же стала знаменитой… От гонорара за песню я отказалась. Слова же не я придумала. Я только записала их…
… Я вынесла на обсуждение предложение организовать «телефон спасения». Выделить специальный номер для нас. Как для милиции и
А так хоть какие-нибудь азы безопасности знать будут…
Работы, как всегда, много. Крутимся, развиваем свои структуры. Я, как всегда, мотаюсь по стране и ругаюсь в министерствах…
Но почему-то не оставляет ощущение, что где-то я что-то упустила. Вот гложет, и всё…
Аня учится хорошо, радует сестру с тётей Алисой. И друзья у неё появились новые…
Среда 6 октября началась как обычно. Я сидела, изучала ночные доклады с мест. Что произошло, какие меры приняты. Почему-то нет ничего из Туркмении… Ашхабад молчит. И связи с ними нет…
Ашхабад??? Ма-ать!!! ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ!!!
Вот что меня мучило последние дни! Как же я забыла-то???
Срываюсь и бегу к Василию.
— Срочно объявляй тревогу! В Ашхабаде жопа!
— Что случилось? Рыжая, ты что, пьяная что-ли?
— Какой пьяная? Там жопа! Связи нет, Ашхабад молчит! Там же горы! Землетрясение там! Объявляй общую тревогу!
— Ты не паникуешь, случаем?
— Нет, к сожалению… Чем быстрее соберёмся, тем больше людей спасём.
— Ладно, я понял… Всем боевая тревога! Ты ответственная…
И началось…
Я висела на телефоне и объявляла тревогу во всех близлежащих к Ашхабаду отделениях МЧС. Отправила на разведку несколько самолётов.
Василий же пробивал ситуацию по своим каналам…
К обеду стало ясно, что я не преувеличивала. Там было хуже, чем просто жопа… Там была катастрофа!
Столица Туркмении была разрушена полностью! Плюс ещё и множество населенных пунктов вокруг неё тоже стали жертвой стихии…
МЧС было поднято всё! Даже на Дальнем Востоке. Больше половины личного состава было направлено на место катастрофы. Почти все доступные тягачи, краны, цистерны для воды были отправлены туда…
Армия тоже отправляла в Ашхабад и людей, и технику. Разворачивались полевые госпиталя…
Я оставила Ане денег, наказала домработнице приглядывать за ней, и вместе с Алисой улетела рулить ситуацией на месте.
В начинающихся уже сумерках сделала облёт разрушенного города. Среди сплошных развалин стоят лишь несколько уцелевших зданий… На весь многотысячный город…
Везде ковыряются люди.
Прибыв в штаб спасателей, я заслушала доклады о ситуации в городе. Нужны ещё люди, вода, питание, палатки… Нужна эвакуационная техника. Освещение работ в ночное время тоже нужно… Нужны СРОЧНО брезентовые рукавицы!
Договорилась с военными о совместных действиях…
Каждый час приходилось докладывать в Москву. Очень много погибших… Удар стихии случился посреди ночи, люди спали в основном. Вот и остались они под развалинами собственных домов…
Всю ночь прибывали наши специалисты. Горноспасатели, пожарные… И сразу же начинали работу.
С раннего утра я пошла в город, чтобы осмотреть всё своими глазами…
Страшно… Жутко… Хуже, чем на войне… При мне из развалин достали раздавленное тело маленькой девочки… Она погибла прямо в своей кроватке. Её мать достали часом раньше вообще по частям…
И везде цветы… Синие, голубые сентябринки цветут… Весь город в цветах и развалинах… Жутко смотрится…
Погибших хоронят в братских могилах. Бульдозеры роют рвы и туда укладывают тела. Уже несколько тысяч погибших…
А ведь всего сутки прошли с начала спасательной операции. Разобрали совсем мало…
К нам гонят передвижные генераторы и осветительные панели. По несколько прожекторов закрепляют на одной раме. Ночью они освещать места работы будут…
Весь день я занималась организацией работ и снабжением. Со мной постоянно ходил радист с рацией…
К вечеру вроде уже постепенно организовались. Дурдом на выезде исчез и началась нормальная работа.
А тут ещё и железнодорожники восстановили повреждённые пути и сюда пошли санитарные поезда…
Отсюда вывозили раненых, а сюда ехала техника и спасатели…
Уже ночью Алиса чуть не насильно меня накормила и отправила хоть немного поспать…
Думала, не усну. Но вырубилось, едва почувствовала щекой подушку…
Утром подскочила, едва за стенкой палатки начало сереть. Распихала кемарившего тут же радиста и начала вызывать руководителей участков.
За ночь прибыли ещё и люди, и техника. Разбор завалов стали вести посменно. Каждые два часа устраивали минуты тишины. Прекращались все работы, глушились двигатели и все внимательно слушали. Вдруг отзовётся кто из засыпанных под завалами. Хотя надежд на это у нас всё меньше и меньше…
Но выживших мы находим до сих пор…
Будем разбирать и искать дальше. В окружающих город разрушенных населённых пунктах тоже идёт разбор завалов.
… Медики всерьёз опасаются эпидемии. Трупы от тепла начинают разлагаться… Стоит стойкий приторный трупный запах…
Пришел вагон с брезентовыми рукавицами. Это хорошо. Но мало. Рукавиц на полдня работы не хватает…
Вывезли уже несколько тысяч местных жителей. В основном раненых. Многие из них ведут себя неадекватно. Есть и лишившиеся с горя рассудка…