Рыжее наваждение
Шрифт:
– Арина, открой.
– услышала она стук в дверь, но не пошевелилась, только слезы вытерла.
– Открой эту чертову дверь или я ее выломаю!!
– Только попробуй!
– зло сказала Арина.
– Ник, ты сделал свой выбор, оставь меня в покое. Я устала. Сегодня был насыщенный день, и я хочу отдохнуть. Завтра у меня полно дел.
– Арина, твою мать! Открой!
– прорычал Ник, стукнув в дверь.
– Я знаю, кто моя мать!
– язвительно ответила Арина и поднялась с пола.
– А тебе пора. "Твой Друг" нуждается в помощи, вот только меня удивляет, почему помощь нужна в
– Господи, Арина, что ты мелишь?
– Ник прислонился к двери лбом.
Он понял, что терпение ее закончилось. Испугался, когда она пригрозила ему, но не поверил, что действительно не пустит его в комнату. И вот теперь Ник стоял под дверью и общался с собственной женой, которая не хотела впускать его. Оля позвонила по его просьбе. Ник еще днем просил перезвонить ему после десяти, чтоб быть наверняка дома и нормально поговорить. Он ждал результатов анализов. Еще Оля должна была сказать, что купить, а так же где положила документы по одному из магазинов, которые раньше он не нашел. Но Ник не представлял, что Арина так воспримет ночной звонок. Он честно не понимал ее поведения.
– Ты прекрасно знаешь, что я люблю тебя, Ари, девочка моя!
– почти ласково сказал Ник.
– Ник, тебе язык нужно отрезать за эти слова!
– Арина уже не плакала, теперь ею одолевала злость, боль и собственная гордость, хоть и уязвленная.
– Это кощунство над светлыми чувствами. За все эти годы и последний месяц, ты ни разу не доказал, что любишь меня. Человек который любит, не будет делить постель с несколькими женщинами, не будет по ночам срываться и уезжать в неизвестном направлении, только потому что ему якобы позвонил друг, нуждающийся в помощи.
– она сняла халат и легла на кровать.
– "Твой друг" больше похож на капризную разбалованную девицу, которая знает, что ты сделаешь все, стоит тебе позвонить, и пользуется этим по полной программе. Так, что Никита Беликов, не смейте мне больше говорить о любви!
Некоторое время стояла оглушительная тишина. И Арина вдруг осознала, что это затишье перед бурей. Она даже затаила дыхание, прислушиваясь к тому, что делается за дверью. Она не слышала ни звука, ни шороха. А потом раздался треск и не слишком тихий удар. На эти звуки вышел Иван и Леся.
– Что здесь происходит?
– громко спросил Иван.
– А это Ариночка не пускает своего мужа в постельку.
– ехидно сказала Леся.
– Леся, закрой рот!
– по голосу Ника, было понятно, что тот взбешен.
– Никита, так что случилось?
– снова спросил Иван.
– Наши семейные дела.
– холодно сказал Ник глубоко дыша и снова навалился на дверь, которая не сильно и противилась его проникновению в комнату.
При последнем ударе, она почти сорвалась с петель, но чудом уцелела, только замок был вырван с "мясом". Ник ворвался в комнату и хлопнул дверью, так что раздался ее недовольный и очередной треск. Арина с ужасом уставилась на мужа.
– Ты, придурок!
– визгнула она и вскочила с кровати.
– Ты меня из собственной спальни хочешь выжить?
–
– прорычал Ник и шагнул к ней.
– Давай успокоимся и нормально поговорим.
– Не подходи ко мне, чудовище!
– Арина схватила подушку и запустила в него.
Ник ловко отбил ее и стал надвигаться на жену. Арина понимала, что ничего его не удержит, никакая мебель. Она решила убежать из комнаты, но Ник стоял как раз на ее пути, поэтому вскочила на кровать и попыталась перебежать, чтоб обогнуть его и улизнуть из комнаты. Но Ник и здесь был быстрее и проворней. Он рванул к ней, схватил за ногу и резко дернул на себя. Арина упала на кровать, брыкаясь, пытаясь его ударить и освободиться, но не получалось. Ник все-таки сильнее.
– Пусти, сволочь!
– кричала Арина, все еще пытаясь вырваться.
Ник молчал, только его частое дыхание и сильные руки, держащие ее, говорили, что он здесь, что он держит ее и что он зол, так же, как и она. Он навалился на нее сверху, заломал ее так, чтоб не вырвалась и не смогла его ударить по "важным частям тела". И только Арина хотела что-то еще выкрикнуть, поцеловал ее. Сильно, болезненно, не давая возможности пошевелиться, увернуться. Арина сжала зубы и перестала вырываться, потом и вовсе замерла. Она не понимала, почему мужчин заводят вот такие потасовки, что в этом сексуального и возбуждающего. Она не понимала Никиту, его действий, его поведения.
Когда Арина почувствовала, что поцелуй изменился, стал более нежным и волнующим, отвернула голову. Ник отпустил ее руку, чтоб прикоснуться к подбородку и повернуть лицо снова к себе. Арина смотрела на него гневно, ненавидяще.
– Если ты думаешь, что и в этот раз я расслаблюсь и перестану обращать внимание на твою любовницу и ее ночные звонки, ты ошибся.
– презрительно произнесла она.
– Я ненавижу тебя и с каждым днем все больше.
– Я знаю.
– тихо, хриплым голосом сказал он и уткнулся лицом в изгиб шеи.
– Но постараюсь что-то придумать, чтоб изменить твои чувства.
– Продолжай в том же духе и скоро я буду тебя призирать.
– холодно засмеялась.
– А теперь слезь с меня. Мне противно прикасаться к тебе.
– Противно?!
– с негодованием спросил Ник.
– Да, противно.
– скривившись подтвердила она.
– Я ощущаю себя грязной какой-то, и такое чувство, что вода и мыло не помогут, чтоб отмыться от того дерьма, в которое ты меня втянул. А от мысли, что ты вот этими руками держал мобильный и говорил со своей любовницей, мне становиться еще хуже. Наверное, придется и ночную сорочку выкинуть после этого. Не отстирается!
Да, она загнула палку! Но кто в этом виноват? Не она уж точно. Арина просила его нормально, но для Никиты ее слова ничего не значат. И она для него ничего не значит. Он уже показал это своим поступком, когда ответил на звонок.
Ник молча встал и, глядя на нее гневно, снял с себя брюки и швырнул их не потрудившись сложить и повесить их аккуратно. Следом полетели боксеры, а голый мужчина снова шагнул все так же молча к кровати. Арина молча наблюдала за ним. Он подошел с ее стороны и, упершись коленом на кровать, нагнулся к лицу девушки. Арина замерла, ожидая, что же последует за этим.