Шрифт:
Летят белокрылые чайки -
Привет от родимой земли.
И ночью, и днем в просторе морском
Стальные идут корабли.
– изъ песни
– -----------------------
. Вдоль Жабьей лапы
– -----------------------
– Расстояние до цели?
– рыжий лис, сдвинув фуражку на уши, внимательно пырился на схему, нарисованную на планшете.
– Четырнадцать пятьсот, кэп, - отозвалась пума, сидящая у приборов.
– Лево на борт! Машине средний вперёд!
– Есть лево на борт, машине средний вперёд!
– оттявкал серо-рыжий лис, угнездившийся возле машинного телеграфа.
Из-за туч, летящих над морем, выглянуло солнце,
– Башня гэ-ка?
– осведомился рыжий, - Башня!
– А! Башня готова!
– По цели номер один, бронебойным!...
Все сидящие в рубке в прямом смысле подпрыгнули, когда по ушам грохнул взрыв - самый натуральный! Из тамбура, который находился за перегородкой, потянуло вонючим пороховым дымом. Два лиса и пума ошалело переглянулись, но когда рыжий докумекал вскочить и броситься к огнетушителю, было уже поздно.
– Да вашу рыжую матерь!!
– оглушительно цокнуло из дыма.
Вслед за звуковой волной появилась и белка. В своём простом тёмно-зелёном платье она выглядела куда менее официально, чем морячки в спецовках, однако именно Хемма Прутькина являлась гражданским капитаном корабля.
– Как играться в морской бой на вахте, это они пожалуйста, с.ка! А как вспомнить, что надо делать при взрыве в отсеке, так сразу рыбья память!
– без обиняков заорала грызуниха, - Это каким куском меха надо быть?! Это вот как?!
– Эээ товарищ Хемма...
– осторожно протянул лис, не делая резких движений.
В лапе у Хеммы был пистолет, и трудно тявкнуть сразу, заряженый ли. Точнее, зная грызуниху - точно заряженый, вопрос только в том, собралась ли она им воспользоваться по назначению. Произведя достаточно эффекта, Хемма захихикала и убрала волыну.
– Короче так, будете бегать по башне, как кузькины мыши, пока не научитесь, - вполне спокойно цокнула белка, открывая окно, чтобы проветрить помещение от дыма.
– А что рвануло-то?
– тупо осведомился Парчвес, тот который серо-рыжий.
– Взрывпакет, - показала остатки оного Хемма, - Это как пакет, только со взрывом.
– Хемма-пуууушшш...
– надулась Кета, которая пума, - А я-то тут причём?
– Ещё раз, - мотнула ухом белка.
Бежевая кошка пораскинула мыслью и пришла к выводу, что если она со скуки учавствовала в хулиганстве, затеяном лисами, то она ещё как причём. Кета повесила уши и недовольно зыркнула на лисов жёлтыми глазами. Рыжий Фрус только пожал плечами, мол, с кем не бывает.
– Вы понимаете, что вас и Дарси могла поймать?
– хмыкнула грызуниха.
Навигаторы тяжело сглотнули, представив себе такой вариант - тогда бегом по башне не ограничишься, мягко говоря. Дарси Грим, представлявшая службу безопасности на корабле, отличалась очень крепкой хваткой, и если бы не вмешательство Хеммы, пересажала бы половину экипажа. Всмысле, ту половину, которая осталась бы не расстреляной.
– Мы всё поняли, - разыграл большое раскаяние Фрус, - Этого больше не повторится.
– Ага, - захихикала белка, - А теперь посмотрите, куда вписали судно, умники.
Трое в ужасе бросились к окнам,
Выйдя на открытую площадку снаружи башни, грызуниха в очередной раз оглядела панораму - крысотища! Огромный корабль скользил по практически гладкой воде, а вокруг до самого горизонта - океан, окрашеный во все оттенки сине-зелёного. Вынув из очередного кармана оптику... да, карманов на платье у белки было не меньше, чем на рабочем комбезе!
– так вот, взяв в лапу бинокуляр, Хемма рассмотрела точку на горизонте, которая оказалась приземистым сухогрузом, вяло брылявшим дымом из трубы. Вот если кто оттуда смотрит, у него будет больше поводов для интереса, потому как "Лисоветский Союз" - посудина длиной триста метров, с высокой массивной надстройкой ближе к корме и торчащей ещё выше башней. Для морячков не было неожиданностью, когда встречные суда меняли курс и сваливали за горизонт, на всякий случай. Причём, только встречные, потому как удрать от посудины не слишком просто, вся эта громадина имеет только экономический ход в тридцать километров в час, а на полном ходу выдаёт больше пятидесяти.
Хемма вытряхнула из пушистых рыжих ушей остатки взрывного грохота, и ещё раз похихикала - идея оказалась стоящая, теперь бакланы наверняка запомнят всё, что следует. Грызуниха повела носом по ветру, ощущая, как с южной стороны несёт тёплотой - сейчас нос судна был направлен почти точно на юг, и с каждым часом теплота приближалась. Потоки воздуха, пропитанные запахом моря, мотыляли пушную рыжую гриву и наушные кисточки, приятно гладили пушнину на хвосте, так что белка могла просидеть на башне долго, как распоследняя белочь на сосне в лесу. Впрочем, как давно известно, нежиться летом на солнышке белка не склонна, поэтому Хемма вспушилась, и пошуршала дальше.
Башня, возвышающаяся над надстройкой, имела высоту метров сорок над водой, так что "бегать по башне" - это означало реально напрягаться! Здесь имелся небольшой подъёмник, но его использовали только для тяжёлых вещей, потому как поднимал он очень медленно, а главное - имелась установка на то, чтобы не превращаться в ленивых сурков. Никогда не напрягаться и делать всё так, чтобы было удобно жопе - прямая дорога в неё самую. Поэтому, морячки лазали по крутым стальным лестницам, когда нужно было попасть в один из отсеков на башне. На самом деле, большую часть занимала барахолка, где лежало Разное, потребное в хозяйстве большого корабля. При качке сидеть в башне было крайне неудобно, вплоть до полной потери работоспособности, потому как её мотыляло туда-сюда с гораздо большей амплитудой, нежели помещения внизу. На самом верху имелся "рог", выступ, который торчал вперёд как натуральный рог, и уже на нём сидела решётка радара: таким образом её отодвигали от дымовой трубы, которая находилась сразу за башней. Таким образом, самый высокий этаж занимал отсек оборудования радара и радиосвязи, и только под ним находилась рубка навигаторов. Рулевые посты так вообще располагались на всех этажах, потому как в зависимости от метеоусловий, смотреть лучше с разной высоты. Сейчас, например, можно забраться на самую верхотуру, а бывает так, что башня уже уходит в густой туман, и лучше зырить с уровня палубы.