Рынок чувств
Шрифт:
Девушка игриво хихикнула и набросилась на меня, обнимая за шею. Я мягко оттолкнул ее и потянулся, чтобы запереть дверь.
– Я скучала, – страстно прошептала она.
Вика попыталась поцеловать меня, но я не дал ей этого сделать.
– На колени, – приказал я, зная, что девушка послушается.
Единственное, в чем она действительно была хороша, так это в минете.
– Да, мой господин.
Виктория показала свою хищную улыбку и потянулась к молнии моих брюк.
– Знала, что ты скучал по мне так же, как и я по тебе.
Девушка запустила ладонь мне в боксеры
– На колени, – строгим тоном напомнил ей я.
Вика облизнула алые накаченные губы.
– Какой нетерпеливый.
Девушка опустилась на пол, продолжая удерживать мой член в своей руке. Ее взгляд был полон похоти, но сейчас я не был готов к мягкому подходу. Зарывшись пальцами в ее блондинистые локоны, я притянул лицо девушки поближе к своему паху.
– Соси, – приказал я, усилив хватку в ее волосах.
Вика многообещающе улыбнулась и, высунув язык, провела им по всей длине моего члена. Она обхватила губами головку и тут же втянула ее в рот, с жадностью посасывая.
Я закрыл глаза и откинул голову назад, пока затылок не коснулся холодной стены.
– Блять, да…
Эта девушка точно была ведьмой. Именно она могла поставить на колени любого за королевский минет. Знал бы ее отец, заместитель министра финансов, что делала его дочь, находясь в паре метров от него.
Я стянул волосы девушки на затылке и стал беспощадно трахать ее рот. Из глубины ее горла стали доноситься хрипловатые звуки вперемешку с бульканьем.
На мгновение мне хотелось забыться. Стереть из памяти, хотя бы на пару минут, проблемы, которые свалились на мои плечи в один момент.
«Последний раз, – сказал я себе. – А потом я стану порядочным семьянином».
Как только эта мысль промелькнула в моей голове, передо мной предстал образ совсем другой блондинки. Той, которая скоро станет моей женой. Я никогда не смотрел на Мари как на сексуальный объект, но сегодня все изменилось. То, как она смотрела на меня с трепетом и надеждой. От меня не ускользнуло, как девушка дрогнула, когда я положил руку ей на талию. Она ахнула, и ее тело покрылось мурашками от моих прикосновений. Помню, как задержал взгляд на ее губах. Черт возьми. На мгновение мне показалось, что передо мной на коленях стояла Маша, а не Вика.
Дрожь пробежала по телу, и я выстрелил спермой в рот девушки. Она проглотила все, как хорошая шлюха, и стала наблюдать за мной снизу вверх.
– Я чуть не кончила, пока сосала твой член.
Я пытался перевести дыхание и упрямо смотрел на нее, задавая сам себе вопрос: «Какого хуя я вообще здесь делал?!»
– Я такая мокрая, Андрей.
Девушка поднялась на ноги и, взяв мою ладонь в свою, направила себе между ног, но я вырвал свою руку обратно.
– Мне пора идти, – сказал я, на ходу застегивая ширинку.
Я открыл дверь, собираясь уйти, но звонкий раздраженный голос рассек воздух за моей спиной.
– Думаешь, что можешь меня вот так использовать? Я тебе не шлюха, Зарянский!
«Если
Глава 4
Мария
– Поверить не могу, что мы сдали этот зачет! – воскликнула Лаура и от радости забарабанила по рулю, подпевая и танцуя в такт песне, льющейся из динамиков.
– Прекрати, – засмеялась я, – иначе мы куда-нибудь врежемся. Тем более, тебе просто не могли не поставить этот зачет с твоим-то декольте.
Мы рассмеялись, и, подтверждая мои слова, подруга выпятила свой силиконовый бюст вперед, грациозно проводя рукой по декольте.
– Понятия не имею, зачем ты вообще учишься. Ты ведь не собираешься становиться врачом, в отличие от нас с Лерой.
– А я может быть брошу в следующем году, – отмахнулась она от меня, посмотрев в боковое зеркало, чтобы перестроиться в соседний ряд.
– Ты, наверное, единственный человек, который учится от скуки.
Лаура равнодушно пожала плечами.
– Так и есть.
Летняя сессия подходила к концу, и я была безумно рада. Учеба в медицинском высасывала все силы. Впереди было целое лето, и я планировала провести его по максимуму. Лаура собиралась слетать куда-нибудь. Не знаю, даст ли отец мне денег, но мне бы очень хотелось.
Подруга высадила меня возле дома, и отправилась к себе. Я жила в относительно новом жилом комплексе. Сюда мы с отцом переехали, когда мне исполнилось десять. Он много лет работал на Зарянского и смог накопить на хорошую квартиру. Мы жили на 16 этаже, и окна моей спальни выходили прямо на Москва-Сити.
Открыв входную дверь, я сразу же поняла, что отец снова пьян или, по крайней мере, находился в процессе. Его обувь стояла в коридоре, значит, он был дома. И это в дневное время в будний день. Проклятие!
Я прошла на кухню и обнаружила папу, отрубившегося, лежавшего головой на сгибе локтя, опираясь на стол. Слезы гнева и разочарования угрожали прорваться, но я сдержала их. Прошло всего пару дней с праздничного вечера у Зарянских, и, несмотря на обещания, отец вновь напился. Я оглядела стол и поняла, что выливать уже было нечего. Бутылки пусты. Зазвонил телефон, но отец никак не среагировал. Я засунула руку в карман его брюк и вытащила мобильник. Ему звонил начальник. Я запаниковала, но, быстро взяла себя в руки и ответила вместо отца.
– Здравствуйте, Владимир Николаевич. Это Маша. У отца поднялась высокая температура. Мне пришлось сделать ему укол. Сейчас он отдыхает. Не знаю, предупреждал ли он вас о том, что плохо себя чувствует.
Я закусила губу, благодаря Бога, что мне не пришлось говорить это лично, потому что врать никогда не могла. Зарянский раскусил бы меня сразу же.
– Мари, – послышалось с другого конца провода. – Рад тебя слышать.
От теплоты его голоса я невольно улыбнулась. Родители Андрея всегда хорошо ко мне относились, но каждый раз мне было неловко. Я часто думала о том, что они просто жалели меня, ибо я росла без матери и с отцом-алкоголиком.