Рыцари веры
Шрифт:
Протянув руку, увеличил напор воды, а потом включил холодную. Сжав зубы, выдержал время и сменил на обжигающе горячую. Душевую кабину заволокло паром. Потом опять холодная. Горячая. Холодная. Выключив воду, тряхнул светлыми волосами. Другое дело. Контрастный душ всегда бодрил и прояснял мысли.
Растерев порозовевшую кожу полотенцем, накинул банный халат и вышел из ванной в роскошно обставленный номера отеля.
Часто путешествуя, он ценил комфорт, но если задерживался дольше, чем на несколько дней, предпочитал снимать дом в пригороде.
Завибрировал телефон. Богдан
"Жив, не дождёшься. Проект в провинции Альберта, только что прилетел. И здесь просто отвратительная погода».
Наконец-то! А уж он решил, что названный братец пропал с концами, раз не отвечает так долго. Ухмыльнувшись, написал ответ: «Ха! Ты не представляешь в каких условиях работаю я. Скидывай фотки, которыми тебя можно шантажировать. До Рождества успеваешь? Отец хотел с тобой поболтать. Говорит, скайп живого общения не заменит».
Вскоре от Хана пришло новое сообщение: «Я закончу до Рождества. И хрен тебе, а не фотки! До встречи, брат мой. И будь осторожен».
Богдан усмехнулся. Да, в России осторожность не повредит. До цивилизации этим дикарям далеко, но, с другой стороны, всё было на порядок проще. Русские любили деньги, здесь все легко покупались и продавались.
Захотелось увидеть Хана. В последнее время дела разбросали их по миру.
Память перенесла на двадцать один год назад. В Польшу. Богдан с первого дня присматривался к новичку в их закрытой школе для избранных. Сирота. Иногда он сам в тайне мечтал, чтобы родиться сиротой. Строгая рука родителя частенько учила его уму-разуму, вдалбливая воспитание, а мать отводила глаза, старательно делая вид, что её нет, и покорно опускала голову, когда муж говорил, что это её влияние и гены. Именно тогда Богдан научился ни на кого не надеяться, отвечать за свои поступки и рассчитывать лишь на себя.
Ему нравилось, что новенький ничего не знает о семье Ковальских. В их классе все старались подружиться с Богданом, лебезя, или держались настороженно, а Хан был независим. К нему полезли в первые дни, задирая, но он быстро подправил носы богатеньким сынкам, и нападать на него в открытую после этого опасались.
Однажды Богдан не удержался и подошёл к нему на заднем дворе школы. Тщательно скрывая любопытство, спросил про приют, где тот воспитывался, и был удивлён, что там их не били. Исподволь выясняя обстоятельства жизни сироты, он, не задумываясь, поменялся бы с ним местами. Сказки на ночь, вечерние просмотры мультфильмов, настольные игры… Всё это стало для него окном в совсем иную жизнь. Самому Богдану никогда не читали сказок, а просмотр мультфильмов отец считал пустым времяпровождением.
Одноклассники недоумевали, когда видели Ковальского и сироту вместе. Ещё больше бы они удивились, услышь, о чём те говорят. А Хан рассказывал Богдану сказки и вспоминал смешные истории из жизни в приюте. Так и зародилась их дружба, которая год от года становилась лишь крепче.
Ожил планшет, вызывая по скайпу. Сестра. Ей он был рад всегда.
– Ты прячешься от меня? – тут же спросила она, гневно сдвинув брови. Глядя на строгое выражение лица,
– Угадала. От тебя только в ванной и можно спрятаться.
Увидев его влажные волосы, она оттаяла, но не показала виду.
– И там достану!
– Знаю. Это же ты ещё в детстве пробралась ко мне в душ, с целью выяснить, чем это девочки отличаются от мальчиков.
– Не напоминай! У меня до сих пор не зажила психологическая травма. И ты мне должен!
– Опять?! – Богдан притворно ужаснулся. – У меня тоже травма на всю жизнь! Тебе напомнить, как ты тянула ручки к святому и просила потрогать?
Они рассмеялись и уже другим тоном Ирен произнесла:
– Брат, спасай! Меня мама достала со своей общественной жизнью и заседаниями благотворительного комитета. Я на стенку лезу. Не доводи до убийства! Можно, я к тебе прилечу?
– Чтобы ты меня убила? Я сейчас как раз инспектирую местный благотворительный филиал.
– Не произноси этого слова!!! – глухо застонала девушка, театрально закрыв глаза ладошкой.
– Зато я знаю, что… – Богдан таинственно понизил голос и сквозь расставленные пальцы на него заинтересованно взглянул голубой глаз, – в провинции Альберта отвратительная погода и прекрасного принца не мешало бы встряхнуть от меланхолии.
– Хан там? – встрепенулась сестра, подавшись к экрану, и глаза её зажглись в предвкушении.
– Там-там, – усмехнулся он, уже представляя реакцию Хана, когда на его голову свалится это неугомонное стихийное бедствие. – Я думаю, что отец будет не против твоей поездки, ведь ваша помолвка не за горами.
– И ты туда же?! Он мне как брат!!! – от обиды Ирен готова была испепелить его гневным взглядом.
Сразу видно, что совсем её дома достали, раз так реагирует. Нет, ей точно необходимо проветриться и сменить обстановку.
– Вот и скажи об этом отцу, а потом отправляйся на очередное заседание благотворительного комитета, – насмешливо скривил губы Богдан, и сестра тут же взяла себя в руки. Ему понравился хитрый блеск её глаз.
– Хан такой лапочка… – захлопала ресницами проказница, накручивая на палец белокурый локон.
– Не переигрывай, – усмехнулся в ответ, – но движешься в правильном направлении.
– Пойду, порепетирую, – деловым тоном сообщила Ирен. – Люблю тебя!
И я – тебя, – сказал Богдан уже пустому экрану.
Зная сестру, скоро Хана ожидал сюрприз в её лице.
Не успел отложить планшет, как зазвонил сотовый. Посмотрев на высветившийся номер, не удержался от кривой улыбки. С Кристофом они последний раз виделись в Вене. Неужели тот в России? Короткий разговор подтвердил, что да, и они даже в одном городе. Договорились встретиться вечером и обсудить новости.
Разговору помешала трель внутреннего телефона гостиничного номера. Быстро попрощавшись и усмехнувшись своей популярности, взял трубку. Оказывается, пришёл курьер из фонда с документами, которые Богдан просил подготовить и собирался просмотреть в спокойной обстановке. С него хватило переполоха, который образовался в офисе компании из-за его неожиданного приезда.