Рыцари Ночи
Шрифт:
— Постой, — крикнула я, — я хочу попросить тебя о помощи.
— Но с какой стати мне тебе помогать, — спросил Джек, — неужели ты не слышала о том, что случилось с моим дедом, который хотел помочь твоей семье. Меня, например, вся эта история научила одному: я должен держаться от тебя подальше. Никому не говори, что этот разговор был.
— Но неужели ты сможешь после этого смотреть в глаза своим родителям, зная, что мог бы вернуть им былую славу, — вопрос прозвучал несколько резко, но мне хотелось, чтобы именно эта резкость
— Ты хочешь вытянуть из меня ответ хитростью! — взревел Джек.
— Нет, — кричала на него в ответ я, — в моих силах предложить твоему роду то, что может предложить только Правитель Нуаров — былую славу и честь. Но если твоей семье все это не важно, тогда извини меня.
Теперь был мой черед уходить.
— Если бы для нас это не имело никакого значения, крикнул мне вслед гигант, — я не рисковал бы сейчас своей жизнью, рассказывая тебе все это.
— Тогда по рукам? — спросила, обернувшись, я.
— По рукам, — чуть подумав, ответил Джек, — но какую именно ты ждешь от меня помощь?
— Пока не знаю, — ответила я, — но во мне в каждой минутой растет уверенность в том, что этот день придет, и мне нужно знать наверняка, что у меня есть надежные союзники.
— Ты можешь на меня рассчитывать, — сказал Джек, — слово чести для нас, Нортенов, слишком много значит.
— Для меня тоже.
Я попрощалась с Джеком, и направилась к себе, решив пока никому об этом ничего не говорить.
Глава 23
И падающий в пропасть теряет Голову…
Остаток недели прошел в каком-то странном смятении: я не ходила на соревнования, так как не могла быть спокойным свидетелем того, что другие новички сражаются, а я — нет. Все мое существо ожидало лишь одного-единственного дня — воскресенья. Именно он давал мне надежду на то, что еще не все потеряно.
Когда наступило утро долгожданного дня, я не знала, куда себя деть, пока не объявят начало сражений. Проснувшись еще до рассвета, я металась по комнате. Чувства мои были накалены до предела.
Пробило восемь часов. Завтракать сегодня не хотелось, поэтому в столовую было решено не идти.
Девять часов. Время.
Я надела костюм с родовым гербом и направилась в сторону недавно выросшего стадиона. Трибуны еще не были заполнены даже на треть, но оставаться в комнате у меня уже не было сил. Я заняла место в первом ряду. Эти сиденья были специально подготовлены для нуаров, которые сегодня должны были выйти на поле боя.
Я стала ждать.
Вскоре места стали заполняться приходящими сюда нуарами, желающими увидеть сражения новых талантов. В этот момент мне вдруг подумалось, что мы не очень далеко ушли от Древнего Рима. Даже сейчас всем хотелось хлеба и зрелищ.
Что ж, вы это получите.
Когда все собрались, господин Полянский, также облаченный
"Наверное, это дано ему от природы", — подумала я, восхищаясь его умением привлекать к себе взоры других.
— Рыцари Ночи! Сегодняшний день должен стать апогеем всей Недели Боев. Через несколько минут прямо здесь, на этом поле, сойдутся в своих последних боях новые полноправные члены нашей большой семьи, семьи Клана. Вы самостоятельно сможете оценить работу, проведенную ими и их наставниками за последний год. Так давайте же пожелаем им удачи!
Раздались аплодисменты, за которыми мы не заметили подошедших к нам служителей Замка. Они несли большой сосуд, и каждому предлагали вытянуть по бумажке.
— Каждый из вновь Инициированных, — продолжил Полянский, — вытянет имя своего соперника. И номер боя.
Я опустила руку в сосуд, и вытянула маленький листок бумаги, развернув который, не поверила своим глазам.
Полянская.
Александра Полянская.
Мои мысли сталкивались в мозгу с такой силой, что я не могла разумно думать. Несколько минут прошло в полном хаосе, после которых возникло решение.
Единственно правильное в данной ситуации.
Пока шли приготовления к бою, я направилась к местам, отведенным для Совета. Вбежав туда на огромной скорости, я, не обращая внимания на оклики преподавателей, направилась сразу к Полянскому. Он был единственным человеком, который мог мне сейчас помочь.
— Господин, господин, — внутреннее волнение отразилось в моем голосе, отчего он дрогнул, — помогите мне, пожалуйста!
Видно, Полянского очень удивил мой приход к местам, которые не были предназначены для новичков, да еще и в таком состоянии, что он не нашелся, что мне ответить.
Я же расценила его молчание как положительный ответ, и продолжила:
— Все дело в том, что мне удалось из всей массы соперников вытянуть именно Алекс, понимаете? Мы не можем выступить в одном поединке.
Полянский тут же понял причину моего беспокойства, и обернулся к остальным членам Совета, желая услышать то, что они думают на этот счет.
— Это исключено, — первым зазвучал голос Лещинского, — правила боев на Турнире остаются неизменными на протяжении многих столетий, и мы не станем их сейчас менять, кто бы в нем не участвовал. Даже если этот кто-то — это сама наследница Клана Единения.
Я заметила, с какой завистью Лещинский произнес название нашего родового Клана. Думаю, если бы была возможность выменять место в нем на что-то очень ценное, он отдал бы все на свете. Мне никогда не нравились такие люди. Желая заполучить власть, они не останавливались ни перед чем. Таких как он не интересовали проблемы других. Ему было интересно лишь то, что имеет к нему непосредственное отношение.